Чертова ведьма - Лора Вайс

Неделю спустя

Риша

Вот как чувствовала, что весь мой отдых на природе накроется медным тазом. Думала, проведу пару недель вдали от дома, отвлекусь. Угу, размечталась. С другой стороны, с бабулей встретилась на перекрестке миров, поболтала с ней по душам. Она-то и обрадовала меня вестью, что я беременна!

Хотя подсознательно я к этому была готова с того самого дня, когда все случилось. Кейна права, один в поле не воин, и мне не нравится быть совсем одной. Хочется иметь родственную душу рядом. А кто это может быть, как не ребеночек? Дети любят родителей просто так, потому что они родители, а не из-за способностей или привлекательной внешности. Только мне теперь придется переехать. И подальше. Делиться своим ребенком я ни с кем не намерена.

Обратно лечу как никогда осторожно, чуть выше макушек деревьев. Все, теперь мне нельзя рисковать, нельзя нервничать. Отныне только положительные эмоции. Вот как раз и займусь поиском нового жилья, просмотрю варианты в соседнем городе. Говорят, Бервут спокойнее Ксантиппа, не так густонаселен, и маньяков там не водится, поскольку город закрыт и попасть туда можно, только если имеется родня, проживающая на его территории. У меня как раз тетка по линии отца обосновалась в Бервуте без малого двадцать лет назад. Подыщу себе домик подальше ото всех, заживу по-настоящему, буду воспитывать своего маленького некроманта или некромантку с капелькой ведьмы.

Но на подлете меня ждет очередное испытание в виде Геделя, сидящего на крыльце и подбрасывающего жуков моим живоглотам. И давно он там сидит, что успел с ними подружиться? Вот какого беса ему нужно? Я ведь и словами, и делом показала свое нежелание продолжать с ним встречаться.

Когда приземляюсь, Арон тут же встает.

— И где ты была? — прямо в лоб, ни здрасьте, ничего. Ишь, какой деловой выискался.

— А я разве забыла перед тобой отчитаться?

— Риша, что это за такие идиотские игры?

— Прости, какие игры? Я улетала по делам.

— Почему ты избегаешь меня? — подходит, без спроса хватает за плечи, а через мгновение я уже стиснута в крепких объятиях.

— Дорогой мой Гедель! — пытаюсь выкрутиться. — Между нами ничего нет. Хватит надумывать лишнее. Ну, переспали два раза, подумаешь. С кем не бывает! Пусти.

— Я соскучился по тебе, — прижимает к себе еще крепче. — И даже не злюсь из-за всей этой выдуманной истории с Адамом. Понимаю, хотела вызвать ревность, что тебе прекрасно удалось.

— Арон! А ну! — и применяю-таки магию, чтобы отпустил. Гедель резко слабеет, разжимает руки. — Так-то лучше, — тяну спину до хруста. — Итак. Теперь о нас с тобой. Да, я немного переборщила с Адамом, из-за чего подставила его, благо, потом все исправила. Но между мной и тобой по-прежнему ничего нет и не будет, Арон. Прошу тебя, давай вот прямо сейчас разойдемся каждый в свою сторону. Я туда, — указываю на дверь, — а ты туда, — машу себе за спину. Договорились?

— Нет, не договорились, — засовывает руки в карманы, взгляд тем временем темнеет, на скулах желваки начинают ходить ходуном. — Ты будешь со мной.

— Серьезно? — аж смех разбирает от такой самоуверенности.

— Абсолютно, Риша. Серьезнее и быть не может.

— Скажу тебе так. Читай по губам. Ни-ко-гда э-то-му не бы-вать. Уяснил?

Вдруг он снова садится на верхнюю ступеньку крыльца, достает из кармана сигареты, однако я их перехватываю в ту же секунду и отправляю в ведро с дождевой водой:

— Даже не думай дымить на моем участке. Это вредно для живности, — и для меня самой заодно.

— Послушай, — прячет обратно в карман зажигалку, — я много думал о твоих последних словах. О том, что я воспылал к тебе интересом из-за способностей. Это не так, Риша. У нас в университете есть и покруче полукровки. Они, конечно, придерживаются закона и не балуются темными практиками, но сила в них большая. Дело в другом. В искренней симпатии. Мне хочется быть именно с тобой. Я чувствую, что встретил ту, которая сделает меня счастливым, которую я смогу сделать счастливой. Которой я с радостью отдам весь задний двор своего дома для этих зубастых уродцев.

— Нет, Арон. Мне не нужен твой задний двор для моих уродцев. Я не хочу кого-то делать счастливым, не готова к такой сумасшедшей ответственности, — грустно улыбаюсь, потому что мне действительно грустно. — В моей жизни пока нет места мужчине. Прошу, уходи. Могу вернуть тебе хурму. Ей уже лучше. Все-таки тетушкин посмертный подарок.

На что получаю немой кивок.

— Тогда подожди здесь. Сейчас вынесу.

Но когда захожу в сени, просто открываю рот. Хурма уже вся зеленая и вот-вот зацветет. Удивительной красоты дерево, даже отдавать жалко, но оно принадлежит Геделю. Пусть будет ему небольшим утешением. А я себе такое же заведу. Точно, помимо орешника у меня обязательно будет хурма. Она полезна как взрослым, так и детям.

Но Арон не дожидается и заходит следом за мной и так же впадает в ступор.

— Это точно мое дерево? — с недоверием и одновременно восхищением смотрит на пышущее жизнью растение.

— Твое, твое. А скажи-ка, твоя тетушка была чистокровной некроманткой?

— Говорила, что да, но семья всегда подозревала в ней наличие другой крови. Предположительно какого-то залетного варлока.

— Что ж, я подтверждаю, тетушка была частично ведьмой. Это древо напитано ее магией. И, думаю, не просто так она завещала хурму именно тебе.

— У нас с ней всегда были теплые отношения, она искренне переживала за меня и каждый раз желала найти то, что я так давно ищу. Мне думалось, она говорила о науке, которой я был одержим с юности. И знаешь, как Шепра повела себя, когда я привел к ней знакомиться свою жену?

— Как?

— Не пустила в дом. А потом при разговоре сказала, что я ослеп и оглох, раз выбрал себе в пару эту фарфоровую куклу.

— Мы часто не слушаем старших, часто считаем себя умней, взрослей, мудрей, чем есть на самом деле. В итоге совершаем ошибки, из-за которых впоследствии приходится чем-то жертвовать. К примеру, я пожертвовала семьей.

— Риша, — касается он моего лица.

— Все, Арон. Не будем продолжать этот разговор. Бери хурму и заботься о ней как положено. Поставь в прохладное, светлое и хорошо проветриваемое место, избегай жары, морозов и сильных сквозняков.

— Я еще вернусь, — берет горшок.

— Попробуй, рискни здоровьем, — складываю руки на груди.

— Рискну, не сомневайся.

Но он снова не слушается. Треклятый некромант берет меня за талию, подтягивает к себе и начинает целовать в шею:

— От тебя пахнет лесом, — шепчет.

— Пожалуйста… — и невольно закрываю глаза.

— Нет, не проси меня уйти сейчас, — забирается пальцами под свитер, добирается до груди и накрывает ее ладонями. Дьявол, опять, что ли, тело предаст? Слишком уж хорошо в его руках.