Хорошая ведьма Малика - Валентина Гордова

— Я знаю.

И мне вот очень интересно, откуда у него эта информация, но потом я вспомнила и про способности моего отца, и про его ревностное отношение ко всем членам своей семьи, и про иногда чрезмерную опеку… в общем, вопросов не осталось.

Не прощаясь, папа спустился со ступеней беседки и, даже шага не сбавляя, уверенно вошел в мгновенно призванный портал.

И остались мы с Эльмаром в саду одни.

— Так, — без присутствия родителей пришлось торопливо вспоминать, что я взрослая и самостоятельная верховная черная ведьма, и у меня репутация и все дела, — откуда жнецы в моем городе? Нет, подожди, мы начнем с другого вопроса: ты знал, что жнецы в моем городе, и поэтому решил проявить чудеса сообразительности и выступить против них в одиночку?

Я была злой, очень. И сама не понимала, насколько злилась, пока вопрос этот не задала и воспоминаниями к буквально только что произошедшему не вернулась.

И вот теперь я злилась, да! Это надо же быть таким идиотом! Я просто поверить не могу, что некромант, который до этого момента казался мне умным и сообразительным, взял и совершил такую глупость!

— Знаешь, — неожиданно широко и как-то слегка восторженно улыбнулся Эльмар, странно меня рассматривая, — мне очень нравится, как ты говоришь «мой город». С таким собственническим видом, я даже немного ревную.

Не поверив, удивленно переспросила:

— Город?

— К городу, — исправил некромант, продолжая рассматривать меня с непонятным выражением лица, очень задумчивым, изучающим. — С нетерпением жду момента, когда ты начнешь говорить «мой Эльмар». А еще лучше — «мой любимый Эльмар».

Ну и наглость, вы посмотрите.

— Ну жди, — хмыкнув, снисходительно разрешила я.

И тут в трех шагах от нас ярко и как-то зло вспыхнул портал, из которого, явно кем-то вытолкнутая, вылетела и чуть не упала Мадина.

Моя младшенькая пошла красотой в бабушку, папину маму — высокая, стройная, с копной золотистых волос до талии, с большими голубыми глазами, аристократическими чертами лица, горделивой посадкой головы и осанкой. Она была очень красивой, как и бабушка, но в данный конкретный момент безупречный вид несколько портили огромные от ужаса глаза и ногти, которые Мади на нервной почве принялась грызть.

— Все, это все, я просто труп, — бормотала она с потрясенным, но больше испуганным видом.

И тут младшенькая увидела нас. Скользнула безразличным взглядом по явно удивленному Эльмару, посмотрела на меня, замерла на миг, а потом:

— Малика! — Полное радости и… надежды. — Как хорошо, что ты здесь! Ты должна, нет, ты просто обязана помочь своей сестре, иначе сейчас у тебя на одну сестру будет меньше!

Такое громкое паническое заявление не могло оставить меня равнодушной. Недоуменно глянув на рыжего, снова посмотрела на сестренку и спросила закономерное:

— Что случилось?

Мади подскочила ко мне, боязливо огляделась по сторонам, схватила меня за руку, стащила со ступенек на землю, немного сверху вниз заглянула в мои глаза и принялась рассказывать:

— Наш папочка умеет подбирать самые неудачные моменты, чтобы появиться.

Вспомнив, что он нас с Эльмаром, да и вообще весь мой город от жнецов спас, я не согласилась, но озвучить свое мнение мне не позволили.

— Сидим мы с Орисом у нотариуса, он старательно переписывает на меня свое столичное имение, и тут появляется папа! И его, как ты понимаешь, ситуация очень заинтересовала, поэтому он листочки себе магией перетянул, в договор вчитался, мгновенно все понял, он же у нас умный, и…

У Мадины от переизбытка эмоций срывался голос, а под конец и вовсе не хватило дыхания, чтобы договорить.

— И? — Поторопила я, очень заинтересованная.

— Видела в столице такое большое красивое здание, коричнево-золотое, со стеклянной крышей, колоннами и большими витражными окнами?

Припомнив что-то такое, несмело кивнула.

А Мади как заорет:

— Так вот там теперь руины! Руины! — Страдальчески повторила находящаяся на грани сестра. — И на месте ближайших домов теперь тоже чертовы руины!

Крайне потрясенная, я немного не поняла:

— Он из-за имения так взбесился?

— Нет! — Мади уже чуть не плакала, но продолжала едва ли не кричать. — Он заставил юристов предоставить ему всю имеющуюся на меня информацию!

— Так они же не имеют права, — напомнила неуверенно.

— Ты нашего папу в гневе видела? Вот и эти все увидели! Самоубийц среди них не нашлось, к несчастью!

Ну да, папа умеет убеждать. Вообще он добрый и пошутить любит, но если его довести… хана всем. Просто хана.

Блондинка отпустила мою руку и тут же схватилась за голову с обреченным видом.

— Он все-все увидел, все дома, все территории, даже замок на берегу Клеймийского океана… и шахты дроу… и золотые источники гномов…

Стою и просто изумленно на сестру смотрю. В итоге любопытство победило и я спросила:

— Зачем тебе шахты дроу и золотые источники гномов?

Скосив на меня странный взгляд, Мади на миг оставила саможаление и как глупой пояснила:

— За сутки десять гномов добывают пятьдесят грамм чистого золота. У меня в подчинении их восемьдесят три.

А дальше все удивительнее и удивительнее!

— Откуда у тебя восемьдесят три гнома?! — Воскликнула потрясенная до глубины души я.

Мади опустила руки, которыми продолжала за голову держаться, выпрямилась, гордо вздернула подбородок, насмешливо на меня глянула и с превосходством усмехнулась. Мол вон какая я молодец и вообще.

— Мадина, не говори мне, что ты украла восемьдесят трех гномов. — Очень серьезно попросила я ее.

Блондинка выразительно скривилась и нехотя призналась:

— Успокойся, Мал, я их выиграла.

— Еще лучше! — Всплеснула я руками в полном негодовании. — Как можно выиграть восемь десятков гномов? Нет, не так — кто мог их проиграть?!

Не собираясь отвечать, девушка сделала важный вид и заявила:

— Мой рот закрыт договором о неразглашении.

Кошмар, просто кошмар! А я еще думала, что это именно я самый проблемный ребенок в этой ненормальной семье! Как оказалось, мне до младшей сестры еще работать и работать!

И тут Мади вспомнила, что у нее, вообще-то, проблемы. Но вместо повторной паники девушка окинула меня внимательным взглядом и по-деловому сказала:

— Предлагаю сделку.

— Да ни за что! — Сейчас еще предложит все свое добро на меня быстренько переписать, чтобы папа не отнял и обратно никому не раздал.

— Ты помогаешь мне, — проигнорировав мой ответ, начала Мади спокойно озвучивать условия своей аферы, — а я взамен не рассказываю родителям о том, что ты была замужем два года.