Отмеченная лунным светом - Шери Колер

Ярость и ненависть затопили ее.

– Он был моим учеником, - зарычала она.

Сирил продолжил спускаться, проигнорировав ее слова.

– Я очень избирательный, ты же знаешь. Я не собирался инициировать нового члена стаи в ближайшие несколько лет, – он говорил это с такой же гордостью, словно гордящийся собой отец. – Но тебе, Клэр, я дал достаточно времени на раздумье. Ты не тот тип людей, который я, как правило, выбираю…

- Тогда почему ты меня пригласил подобным образом?

Сирил легкомысленно рассмеялся.

– Не для того, чтобы пригласить к себе. Мне нужна информация. Намного больше, чем я бы мог получить из бумаг. Дети, такие как Ленни, обожают тебя. Ты им как мать, которой у них не было, – он усмехнулся. – А ты, в свою очередь так же любишь их. Разве ты не помнишь тот вечер, когда у нас было свидание?

Она покопалась в памяти. Они говорили о школе. Работе. Общих интересах. Клэр считала, что он разделяет ее взгляды о помощи более неудачным студентам, но, как выяснилось, Сирил только использовал ее, чтобы добыть нужную информацию. Сожаление охватило ее. Она говорила ему о Ленни. О положении у него дома и о небрежности и безразличии его приемных родителей. Клэр рассказывала, каким особенным был для нее Ленни, что ей удалось помочь ему.

- Ты использовал меня, чтобы подобраться к нему, сволочь!

Улыбаясь, Сирил кивнул.

– Да, я использовал тебя, чтобы добраться до них всех.

Она взяла дрожащую руку Нины в свою, поддерживая ее.

– И почему же мы здесь?

- Как я уже сказал, у тебя было время подумать, и что сделано, то сделано. Сейчас ты одна из нас, – он решительно кивнул. – Было весьма занимательно наблюдать за твоим развитием. Прежде ты была такой пугливой, словно мышь, – его взгляд оценивающе прошелся по ней. – Сейчас ты изменилась. К лучшему.

- Я не собираюсь вступать в твою стаю.

- У тебя нет выбора, – он указал глазами на Нину, наблюдающую за ними широко открытыми испуганными глазами. – Именно за этим эта маленькая голубка здесь.

Клэр посмотрела на Нину, затем обратно на него.

- Ты останешься здесь до завтра. До восхода луны, – он кивнул в сторону Нины. – А она составит тебе компанию.

Глаза Клэр, посмотревшие на девушку, были полны ужаса. Нина моргнула, сбитая с толку, запутавшаяся и не понимавшая, на что намекал Сирил. А Клэр прекрасно это поняла.

Он указал на два кувшина у изножья лестницы.

– Таким образом, ты не будешь страдать от обезвоживания. Не забудь дать попить девушке. Мы бы не хотели, чтобы она погибла прежде, чем у нее появиться шанс стать свежей пищей, – губы Сирила сложились в насмешливую улыбку. – Тебе придется поголодать до завтра.

- Пожалуйста, не делай этого, – она посмотрела на Нину, сидевшую позади нее, ее лицо было пугающе бледным по сравнению с обычным карамельным оттенком кожи. – Кого-то другого. Не ее.

Сирил выглядел довольным.

– О, ты получишь удовольствие от обучения. Хотел бы я посмотреть, как быстро ты сможешь избавиться… от излишней чувствительности после того, как попробуешь ее на вкус.

Развернувшись, он начал подниматься по ступенькам. Клэр полетела за ним, ее ноги словно размылись в воздухе. Зарычав, она бросилась на него, обхватив ногами его за талию, царапая пальцами его лицо.

Сирил оторвал ее с себя настолько легко, словно она ничего не весила. Крепкие пальцы впились ей в лицо, подняв ее над ступеньками.

– Осторожней, Клэр. Не тебе тягаться со мной.

- Я убью тебя, - прошипела она.

Смеясь, он швырнул ее вниз. Девушка упала на бетонный пол, сильно ударившись. Он поинтересовался у Нины.

– Ты случайно не девственница? – и покачал головой с шутливым недовольством, когда Нина не ответила. Едва хмыкнув, Сирил снова обратился к Клэр. – Сегодняшние девчонки просто не знают, что надо хранить свое целомудрие. Я уже даже не помню, когда в последний раз я пробовал девственницу. Кровь всегда, - он повертел пальцем, словно подбирая подходящее слово, - слаще.

И снова Клэр ощутила горечь во рту.

Продолжив смеяться, он поднялся по лестнице. Затем за ним захлопнулась дверь, и этот звук усилился у нее в ушах.

- Мисс Морган?

Клэр посмотрела на студентку, в карих глазах которой отражалась мольба.

Нина подбирала слова, на ее лице было написано беспокойство.

– Вы же не собираетесь убить меня?