Укрощение строптивого ректора - Александра Чиликина

Бух! Бах!

Бомц!

Такое ощущение, что это не Мила выходит из ванной, а ванная исходит из неё.

ДЫЩ!

Дверь ванной распахивается, и полуголая Мила в одном полотенце летит прямо на меня. Вот вроде человек тут Мила, а страшно почему-то мне.

— И всё?!! — вырывает у меня из рук записку.

— Нет, там еще два сердечка в конце.

— Подожди, что это за язык?? — Мила начинает нарезать нервные круги по комнате, а я иду в ванную ликвидировать потоп в виде незакрытого крана. — Астра! Как ты смогла прочитать?!

— Да это какая-то их старая присказка, очень популярная среди романтичных личностей, — отвечаю рассеяно, борясь с вялой струйкой холодной воды, текущей из гипотетически горячего крана.

— А с каких пор ты попадаешь в категорию романтичных личностей? — И без паузы: — Астра, ты представляешь, он не может сравнить меня даже с сиянием гор!!

— Логично, ведь ты очевидно проигрываешь, — бормочу себе под нос, бросая тряпку на пол, пока радость Милы не снизошла на соседей снизу в виде благословенного дождя.

Как же тяжело жить в одной комнате с душевно влюбленной.

Стук!

— Мила, стоять! — кричу, но тут же понимаю, что поздно. Окрыленная подруга, не чуя ног и полотенца на попе, радостно распахивает дверь, видимо, рассчитывая на очередную вкусняшку, но вместо этого….

— А-а-а — а! — дикий визг наполняет комнату, и я с горечью понимаю, что визжал не курьер.

Выскакиваю обратно и вижу буквально таки возмутительную картину, от которой ну очень хочется пойти и жестко посплетничать: Мила в наполовину съехавшем полотенце стоит у открытой двери, визжит, а за порогом застыл… шокированный декан боевиков.

Пойду дальше протирать пол.

— Змеиная!!

Очень долго мне пол протирать.

— Ко мне, живо!!

Пол же сырой, ну.

— Астра!! — Мила врывается в ванную, закутанная в плед с ног до головы.

И я даже не хочу знать подробности.

— Либо вы сейчас же выходите, либо я зайду сам!! — слышу рык.

— Здесь же я! — пищит пунцовая Мила.

Тишина.

…

…

— Змеиная, ко мне, чтоб вас!!!

Ой-ой-ой…

— Астра, я не знаю, что ты натворила, но выйди, пожалуйста! — шепчет Мила.

Шепчет, ну надо же. Раньше я бы подумала, что, как минимум, пнет.

Ла-а-адно.

Стоит только высунуться из-за двери, как меня хватают за локоть и кидают в портал.

— Я протестую!! — восклицаю сразу после того, как нас выкидывает в каком-то пыльном кабинете без окон.

— Ректору протест будете высказывать! А сейчас немедленно объясните, что вы со мной сделали!

— Всё, что бы я не сделала, вы сделали с собой сами! — выпаливаю и, обернувшись змеей, пытаюсь бежать.

— СТОЯТЬ! — меня хватают за хвост и поднимают на уровень глаз.

Извиваюсь!

Никто не смеет хватать меня за хвост, никто!

— Ш-Ш-Ш-Ш-ШШШШ! — убью!

— Отставить шипение! Немедленно отвечайте, какого черта я веду себя как… как… как будто мне семнадцать!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- А вы бы-шш заглянули-ш в документы-ш, ну а вдруг-ш-ш!

— Змеиная!

Меня снова ощутимо встряхивают и всё, терпение лопается, иду на крайний меры.

Кусь!

— Ай! Зараза!

Декан дергается и разжимает пострадавшую руку, тряся ею изо всех сил, а я, мягко приземлившись, быстро соскальзываю под какой-то длинный стол, забиваюсь в угол, свиваюсь в клубочек и рассерженно шиплю.

— Там был яд?!! — опомнившись, спрашивают у меня.

— Там — не было-ш-ш. — Обиженно отвечаю.

— А ГДЕ БЫЛ?!

— Нигде-ш-ш не было!

— ЗМЕИНАЯ!

Да что чуть что сразу Змеиная?

Молчу.

И декан замолчал. Только ходит из угла в угол, руку к груди прижимает — куснула я ну очень больно, чтобы точно прочувствовал.

— Так, выползайте. — Садится в конце концов на колени перед моим убежищем. — Давайте поговорим как взрослые люди.

— Нет-ш.

— Да почему?!

Судорожно ищу причину.

— Я до сих пор играю-ш с соседш-шкими лягуш-шками, мне взрослые разговоры ещ-щ-ще рано!

— Да чтоб вас! — декан шарахает по полу кулаком с такой силой, что меня даже подбрасывает.

Шиплю!

— Извините, — цедит сквозь зубы. — Но мы не выйдем отсюда, пока вы не объясните, что за дрянь в меня впрыснули!

Молчу.

Змеиные не сдаются!

Тем более, что если змеиные сдадутся, им будет еще хуже.

Декан, не дождавшись ответа, глубоко вздыхает и внезапно усаживается прямо на пол, спиной опираясь на ножку стола, под которым я прячусь.

— Астра, я в самом деле словно схожу с ума, — устало произносит, пока я борюсь с шоком, что кто-то рискнул сесть к злой ядовитой змее спиной, — я на каждую девушку стал смотреть так… будто это девушка.

— Это безусловно уш-ш-шасно, — подтверждаю на всякий случай.

— Да не издевайтесь вы еще больше! Змеиная, я серьезно, это невыносимо! Я стал укладывать волосы! Я сменил гардероб! Мне больше не все равно, что обо мне подумают!

— Так, а когда начнутся минусы?

— Астра!!

Да что?!!

— Змеиная, я даже на вашу соседку стал смотреть… как на… как на женщину. На человечку восемнадцати лет от роду! Астра, избавьте меня от этого, я прошу вас!

— Мош-ш-ет вы себе девуш-ш-шку найдете? — спрашиваю, прекрасно зная ответ.

— Да не могу я никого найти! Мне никто… да такой степени не нравится!

— Шовсем? — и снова задаю вопрос, прекрасно зная ответ.