Ты жена мне, помнишь? - Ольга Островская

– Э-э-э, что? – опешив, вскрикиваю я. – То есть как?

Нет. Не может быть. Это просто в голове не укладывается.

Потому что моё напичканное всякими книжными и киношными сюжетами сознание, сопоставляя несопоставимое, сразу начинает выдавать жуткие варианты, как должен был проходить этот ритуал, и с какими последствиями. Наталкивая на такие выводы, от которых тошно становится. Тем более после нашего вчерашнего визита в Мораду. 

Воспользовавшись моим замешательством, Федерик вытаскивает из моих пальцев тетрадку. И дальше читает сам. Молча.

– А может такое быть, что ритуал с Анной всё же провели? И поэтому вместо её души, пришла моя? – сиплю помертвевшим голосом.

Мысль безумная и жуткая. Но она сверлит мне мозг, доводя до иступления. А что, если это действительно так? Что если моё счастье в этом мире куплено кровью этой несчастной девочки? Не случайно. А вот так, намеренно и жестоко. Когда её готовили к этой жертве с детства. 

– Лана, прекрати сейчас же, – на плечах смыкаются сильные руки, сильно встряхивая. – Посмотри на меня.

Этот безапелляционный тон немного приводит меня в себя.

Подняв глаза, попадаюсь в ловушку сумрачного, пронзительного взгляда. Федерик склоняется ко мне, смотря так, будто душу сканирует.

– Ты. Ни в чём. Не виновата. Поняла меня?! – чеканит строго.  

– Ты не можешь этого знать… – бормочу в ответ. Умолкаю растерянно, не в силах унять собственные сомнения и тревогу. Может, кому-то и просто договориться с собственной совестью, найдя крайних в других людях, но не мне.  

– Ты желала попасть в другой мир? – прищуривается муж.

– Нет, я даже не знала, что другие миры существуют, – фыркаю, мотнув головой.

– Хотела новую жизнь, ценой убийства ни в чём не повинной девушки?

– Боже, нет конечно. Я давала клятву жизни беречь и спасать.  

– Может сама себя намеренно убила? – продолжает этот странный допрос мой супруг.

– Нет, – вздыхаю, уже поняв, куда он клонит. – Хорошо, я поняла, что не виновата. Умом. Но это не отменяет вероятность того, что её могли убить ради… призыва ведьминской души в этот мир.

– Не думаю, – качает головой Федерик, сурово играя желваками. – Дальше Анна пишет, что этот ритуал должен был вернуть потомкам ведьм способность черпать силу из источников нашего мира. А это совершенно не то же самое, что призвать душу ведьмы из чужого. У нас так же ничего не известно о других мирах, как и у вас. Только боги знают. Ну и, выходит, те немногие, кому они эту истину открыли. Как нам с тобой. К тому же мы точно знаем, что твоё появление в Совванире дело рук Великой Праматери. Богини жизни. Она бы точно не требовала человеческого жертвоприношения. А вот воспользоваться ситуацией, чтобы повернуть всё по-своему, переместив тебя, это запросто. Да и врать ей тебе просто незачем. Ну и последнее. Анна точно не была девственницей, можешь мне поверить.

– Ладно. Всё это звучит логично. Но всё равно… вся эта ситуация с ритуалом жуткая и очень мутная. Получается, Анну буквально на заклание растили.

– Не факт. Может «отдать кровь» означало лишь руку порезать? – пожимает плечами мой муж.

– Или… потерять девственность на алтаре, – широко распахиваю глаза. – Раз уж её невинность так сильно берегли.

– Возможно, – хмурится Федерик, но тут же с сомнением качает головой. – Но она согласилась на брак со мной. И от первой брачной ночи не отказалась. Наоборот была полна решимости. Будто ей это было важнее, чем мне, несмотря на всё внутреннее неприятие.

Ну да. Странно. Очень странно.

– Может потенциальный ритуальный дефлоратор… то есть избавитель от невинности, ей не нравился в отличие от тебя? – озвучиваю новое предположение.

Удивлённо взглянув на меня, Федерик устремляет задумчивый взгляд в окно. Подпирает лоб ладонью, кривя губы.

– Можно гадать до бесконечности, – выдаёт наконец. – Иезенния вполне могла и обмануть Анну. Сказать именно то, что было нужно для её целей. Или не её. Думаю, сначала необходимо прочитать все дневники до конца. Возможно, тогда картина прояснится.

– Или станет ещё запутанней и обрастёт новыми вопросами, что более вероятно, – медленно киваю. – А можно ещё мне попробовать посмотреть. Увидеть то, что она не могла знать. Например, реальные мотивы Иезеннии.

Услышав моё предположение, муж снова обращает на меня свой особый сканирующий взгляд.

– Хочешь попробовать? Сейчас? – спрашивает тихо. И видя мой утвердительный кивок, обхватывает рукой за затылок. Склоняется к моему лицу. – Ты уверена, что готова к этому? К видениям из жизни Анны?

– Да. Мы должны узнать, что с ней случилось. И мне пора учиться контролю над своей силой, договориться со своей стихией. Раз могут маленькие ведьмы, то и я смогу. Только это может занять время. И требуется место, где я никому не причиню вреда. 

– Хорошо. Тогда, давай поднимемся на нашу башню. Там есть открытая смотровая площадка. Нас никто не увидит, я прикрою щитами. А тебе, скорее всего, будет легче на свежем воздухе.

– Ну да. Пламени необходим воздух, – дёргаю уголком губ в кривой ухмылке.

Медлить не хочется, под кожей уже и так будто искры пляшут, угрожая вырваться наружу. Но я больше не стараюсь бороться с собой и с огненной стихией в своей крови. Лишь прошу её подождать, совсем немножко. И решительно поднимаюсь с отоманки.

Спрятав дневники обратно в ящик стола, положив туда же гримуар и дождавшись, пока муж защитит этот нехитрый временный тайник охранными заклинаниями, я первая устремляюсь к двери. Вот только Федерик настигает меня уже в гостиной и берёт за руку. Опять поражая жестом, которого можно ожидать разве что от… влюблённого мужчины.