Ночной Дозор - Сергей Лукьяненко

Не может этого быть. Я не чувствую того, о чемговорил шеф. Нет у меня дежа вю. Никогда я не оказывался в женском теле,никогда не находил мертвых тел в общественных туалетах.

— Напряг я вас, — сказал шеф. Потянул изкармана тонкую длинную сигару. — Ситуация ясна? Что будем делать?

— Я готов исполнить свой долг, — сказал я.

— Погоди, Антон. Не надо бравировать.

— Я не бравирую. Дело даже не в том, что яготов защищать тайны Дозора. Я просто не выдержу такого допроса. Лучше умереть.

— Мы ведь не умираем, как люди.

— Да, нам приходится хуже. Но я готов.

Шеф вздохнул.

— Извините, девочки. Антон, давайте подумаемне о последствиях, а о предпосылках к случившемуся. Иногда полезно заглянуть впрошлое.

— Подумаем, — без особой надежды сказал я.

— Дикарь браконьерствует в городе уженесколько лет. По последним данным аналитического отдела, эти странные убийстваначались три с половиной года назад. Часть жертв — явные Темные. Часть,вероятно, потенциальные. Никто из убитых не стоял выше четвертой ступени. Никтоне работал в Дневном Дозоре. Весьма забавно, что почти все они были умереннымиТемными, насколько это слово вообще допустимо. Убивали, воздействовали налюдей, но гораздо реже, чем могли бы.

— Их подставляли, — сказала Светлана. — Верно?

— Наверняка. Дневной Дозор не трогал этогопсихопата и даже подсовывал ему своих, тех, кого не жалко. Зачем? Главныйвопрос — зачем?

— Чтобы обвинить нас в халатности, —предположил я.

— Цель не оправдывает средства.

— Чтобы подставить кого-то из нас.

— Антон, из всех сотрудников Дозора алиби намоменты убийств не имеешь только ты. Зачем Дневному Дозору охотиться на тебя?

Я пожал плечами.

— Месть Завулона. — Шеф с сомнением покачалголовой.

— Нет. Ты с ним столкнулся недавно. А удар былрассчитан три с половиной года назад. Вопрос остается: зачем?

— Может быть, Антон потенциально очень сильныймаг? — тихо спросила Светлана. — И Темные это поняли. На свою сторонуперетаскивать уже поздно, решили его уничтожить.

— Антон сильнее, чем он считает, — резкоответил шеф. — Но выше второй ступени ему не подняться никогда.

— Если враги видят варианты реальности дальше,чем мы? — я посмотрел шефу в глаза.

— И что?

— Я могу быть слабым магом, могу быть среднимили сильным. Но если мне достаточно будет просто что-то сделать и этим изменитьравновесие сил? Сделать что-то простое, не связанное с магией? БорисИгнатьевич, ведь Темные пытались увести меня от Светланы — значит, они виделиту ветвь реальности, в которой я смогу ей помочь! А если они видят что-то еще?Что-то в будущем? И видят давно, и давно готовятся меня нейтрализовать? Причемпо сравнению с этим борьба за Свету — мелочь?

Вначале шеф слушал внимательно. Потомпоморщился и покачал головой:

— Антон, у тебя мания величия. Извини. Япросматриваю линии всех работников Дозора, от ключевых и до сантехника дядиШуры. Ну нет, прости уж, — нет у тебя в будущем великих свершений. Ни на однойлинии реальности.

— Борис Игнатьевич, а вы абсолютно уверены,что не ошиблись?

Все-таки он меня разозлил.

— Нет, конечно. Я ни во что не верю абсолютно.Даже в себя. Но очень, очень мало шансов, что ты прав. Поверь.

Я поверил.

По сравнению с шефом мои способности близятсяк нулю.

— Значит, мы не знаем главного — причины?

— Да. Удар нацелен на тебя, теперь ужесомнений нет. Дикарем управляют, очень тонко и изящно. Он считает, что воюет соЗлом, а сам давным-давно стал марионеткой на ниточках. Сегодня его привели втот же ресторан, куда пришел ты. Подсунули жертву. И ты влип.

— Тогда — что делать?

— Искать Дикаря. Это последний шанс, Антон.

— Мы же его фактически убьем.

— Не мы. Мы его только найдем.

— Все равно. Как бы он ни был плох, как бысильно не заблуждался, но он — наш! Он воюет со Злом, как умеет. Ему надо простовсе объяснить.

— Поздно, Антон. Поздно. Мы проморгали егопоявление. Теперь за ним тянется такой след… Помнишь, как кончила та вампирша?

Я кивнул:

— Упокоение.

— А ведь она совершила куда меньшепреступлений — с точки зрения Темных. И тоже не понимала происходящего. НоДневной Дозор признал ее вину.

— Случайно ли признал? — спросила Светлана. —Или — создавая прецедент?

— Кто знает? Антон, ты должен найти Дикаря.

Я вскинул глаза.

— Найти и отдать Темным, — жестко сказал шеф.

— Почему я?

— Потому что только для тебя это моральнодопустимо. Под ударом — именно ты. Ты лишь обороняешься. Для любого из насотдать Светлого, пусть даже стихийного, самоучку, обманутого, будет слишкомбольшим шоком. Ты выдержишь.

— Не уверен.

— Выдержишь. И учти, Антон. У тебя есть толькоэта ночь. Дневному Дозору больше незачем тянуть, утром тебе предъявятформальное обвинение.

— Борис Игнатьевич!

— Вспомни! Вспомни, кто был в ресторане? Ктопошел вслед за Темным магом в туалет?

— Никто. Я уверена, я все время поглядывала,не выйдет ли он, — вмешалась Светлана.

— Значит, Дикарь ждал мага в туалете. Но выйтион был должен. Помните? Света, Антон?

Мы молчали. Я — не помнил. Я старался несмотреть на Темного мага.

— Вышел один человек, — сказала Светлана. —Такой, ну… Она задумалась. — Никакой, абсолютно никакой. Средний человек,словно смешали миллион лиц и вылепили одно общее. Я мельком увидела и сразу жезабыла.

— Вспоминай, — потребовал шеф.

— Борис Игнатьевич, не могу. Просто человек.Мужчина. Средних лет. Я даже не поняла, что он — Иной.