Склонный к Силе - Вадим Крабов

– Замечательный город, Эрлан! – разглагольствовал подвыпивший Леон. – Какие здания, храмы, арены! Их целых пять штук, я на всех выступал. А главная достопримечательность знаешь какая? – Эрлан безразлично покачал головой. – Главное Древо Лоос! Единственное плодоносящее на всей Гее! Неподалеку находится, милях в пяти, – вдруг вспомнил о лооском рабстве Русчика, поморщился и замолчал. Друг оставался расслабленно-невозмутимым.

– Ну и что? – презрительно протянул этруск. – Лооски – осы нашего мира, нет причин восторгаться их главным гнездом.

– Ну ты сказал: осы! Они в селениях помогают и лечат дешевле Целителей, а то и бесплатно! – возмутился было Леон, но быстро сдулся, снова вспомнив о Русчике. – Хотя ты прав, и покусать могут – не поднимешься.

– Ты не понял основное, – Эрлан продолжил поучение, – царица их крепко держит – вырваться невозможно, любой ее каприз исполнят не задумываясь.

– Ну уж прямо не вырвешься! – не согласился Леон, но даже виду не подал, кого имеет в виду. Рус молча наслаждался вином, казалось не слушая беседу.

Эрлан в ответ презрительно пожал плечами. Он в принципе не хотел, чтобы этот варвар пошел с ними. Да Аргост с ним!

А Рус действительно слушал вполуха, он наблюдал из астрала и снимал координаты. Четко видел толстенные нити липкой паутины, которые концентрировались в Древе и распускались во все стороны, а к самой главной лоосской святыне отовсюду тянулись тончайшие бледно-зеленые ниточки.

«Это, что ли, первоначальная Сила богини плодородия? – задумался он. – Почему раньше не видел?..»

Подошедший разносчик прервал размышления.

– Господа чужеземцы не желают послушать пение, посмотреть на изящных танцовщиц? Или, может, хотите узнать последние новости за абсолютно мизерную плату? – ненавязчиво предложил он.

– Новости! – согласился Леон. – Кажется, тысячу лет здесь не был! Ты как? – повернулся к Русчику. Он согласно кивнул.

Симпатичная девица в открытом наряде танцовщицы подсела к ним и, кокетливо косясь на Руса, спросила:

– Господа желают послушать о событиях в царской семье, о случае в Главном Месхитинском храме Лоос, о победах гладиаторов, о…

– О гладиаторах! – перебил ее Леон.

– О лоосках, – потребовал Рус.

Танцовщица мгновенно определила в нем главного и заговорила с экспрессией опытного экскурсовода:

– Невероятно событие произошло буквально семь дней назад! Весь город до сих пор только об этом и говорит, шагу не шагнешь, чтобы не услышать: «Флорина» или «Томила», ужас! Такого воистину не знала история… – выдержала театральную паузу, закручивая интригу, пригубила вина, любезно налитого Эрланом, и продолжила: – На Змеином холме недалеко от храма, состоялось правосудие богини. Верховная жрица Флорина вызвала своего стандора, Томилу. Обе красавицы, как все лооски, – произнесла чуточку презрительно, без толики зависти. – Были обе, а получилось…

Ее слушали не перебивая. Рус уже понял, кто победил, он видел астральное тело Флорины – его невозможно не узнать: магистр есть магистр, но что случилось с Томилой? Девушка его заинтриговала. Не зря она получала свои лепты.

– Сражение шло от рассвета до заката, никто не мог взять вверх. Сверкали структуры, сотрясая землю, живая смерть умерщвляла все вокруг, жрицы летали по воздуху! Обе слабели, и тут… Богиня выказала благоволение своей верховной жрице. Она сама снизошла на поле и лишила недостойную своей благодати! Более того, Томила потеряла само посвящение… – закончила фразу трагическим шепотом. Откинулась на спинку и стала ждать возгласов: «Не может быть, такого не бывает», восторгов, недоверия, возмущения… Троица молчала, ожидая развязки.

Эрлану было все равно. Нет, это лучше для принца; девица подтверждает возможность перепосвящения, но спрашивать о взбесившихся осах претит. Леон хотел воскликнуть, но заметил терпеливое ожидание Русчика и промолчал.

Наконец продолжила сама:

– Бывшая стандор могущественного ордена, прекрасная лооска превратилась в старуху. Она не вынесла уродства и бросилась в быстрые воды Эры! – воскликнула трагически-торжественно. – Это наша река, – пояснила, обидевшись на невозмутимость слушателей.

– Спасибо, красавица, – поблагодарил Рус, вкладывая в ее руку драхму.

– Не стоит, господин, – кокетливо ответила девушка, ловко пряча монетку в складках почти несуществующей одежды. – Вы все равно заплатите за новости разносчику.

– Нам пора, – сказал Эрлан и поднялся. По пути к вратам заметил: – Никакого явления Лоос не было.

– Почему? – удивился Леон. – Зачем ей врать?

Объяснил Рус:

– Потому что когда богиня являлась летом в Сиракский храм, то об этом на следующий день знала вся Гея. Даже мы в Тире узнали. Помнишь, сколько слухов ходило? А приврала она для развлечения. Так интересней.

Леон, покачав головой, вынужден был согласиться, а Рус подумал: «Что-то мне подсказывает, что эти события связаны…»

До Анектии добрались в третью вечернюю четверть. Здесь, на севере, их встретила промозглая сырость. Городские красоты не разглядывали, а бегом добежали до какой-то таверны у черта на куличках. Бег не дал замерзнуть в тирских одеждах, которые сберегали больше от пыли, чем от ледяного дождя.

Эрлан кивнул хозяину, и тот лично проводил их в тесную комнату с тремя кроватями. Теснота – ерунда, главное – тепло.

– Гаспар, – этруск обратился к трактирщику, – нам ужин сюда, провизии на три дня и одежду. Ясно?

– Сделаю, господин Эрлан! Только… – ненадолго замялся, – не ранее третьей утренней четверти.

– Но не позднее! Смотри у меня!

– Что ты, господин Эрлан! Когда я тебя подводил? – делано обиделся хозяин.

– Потому и помогаю. Ступай.

– Строго ты с ним, – заметил Леон, когда Гаспар вышел.

– С такими иначе нельзя, – нехотя ответил Эрлан. – Хитрый заяц, но у меня в силках крепко сидит. Отдыхаем. Так, принц? – опомнился и «передал бразды правления».

– Командуй, Эрлан, – усмехнулся Рус. – Здесь и дальше в дороге ты за главного.

«Припасами в дорогу» оказались три заплечных мешка, набитые провизией, и луки со стрелами. Одежда – длинные кожаные куртки на меху (зверя Рус не узнал и не спрашивал), пристяжные капюшоны, кожаные штаны с теплыми подштанниками, сапоги с войлочными вкладышами.

– А не жарковато будет? – одевшись, проворчал Леон.

– Вообще-то ты прав, – хмуро согласился Эрлан, – это на позднюю осень. Ну, Гаспар!

– Угомонитесь, ребята, – остановил ворчание Рус. – Жар костей не ломит, если что – разденемся. Командуй, вождь! – он уже успел изучить, Эрлан шутки понимает. До определенной степени.

Столица Анектинского царства, Анектия, отличалась от других небольших городов просвещенной ойкумены разве только массивными зданиями с каминным или печным отоплением и полным остеклением даже бедных домов. Над некоторыми трубами уже вился дымок. В остальном же, в особенности кривыми запутанными улицами, полностью соответствовала стандартам центральных стран. Нет, бросалось в глаза еще одно существенное отличие – здесь часто встречались высокие этруски в своих дикарских одеждах, с волосами, заплетенными в две толстые косы, свисающие чуть ли не до груди. Хорошо хоть безбородые, переняли у просвещенных народов привычку бриться. Научились бриться и отгородились от остального мира – не пустили Ищущих и остались без Звездных врат.