Период полураспада. В ядерном аду - Алексей Махров

Поэтому, когда боец отступил в сторону и «проваливал» атаку, Паша не потерял равновесие и встретил его удар скользящим блоком, перешедшим в захват ударной руки. Чуть подкрутив захваченную кисть, что заставило парня сильно наклонить верхнюю часть тела, дабы избегнуть вывиха, Скорострел слегка толкнул неустойчивого противника плечом, и тот очутился по земле. Ему бы откатиться, но Паша продолжал удерживать в захвате его руку, загнув ее к спине болевым приемом. Теперь лейтенанту осталось только изобразить добивающий удар в позвоночник.

«Один есть!»

Якобы в пылу схватки Пашка оказался аккурат между двух остальных бойцов и даже повернулся к ним спиной. Риск? Пожалуй, нет – точный расчет! Они не успели прийти на помощь своему напарнику буквально на доли секунды. Причем именно в силу привычки действовать совместно, распределяя роли. Бросились бы кучей – то вполне успели бы достать лейтенанта.

Тот боец, что стоял справа, с ходу попытался ударить Павла ногой в беззащитную спину. Однако совершенно непонятным образом не попал, а в следующее мгновение совершил немыслимый кульбит, споткнувшись с разбега о Пашкино тело, вдруг оказавшееся у него на пути. Сила инерции пронесла парня метров на пять. И свой полет он закончил на руках зрителей.

«Это еще не минус – в бой он вернется, но несколько позже, а мне именно время и нужно!» – прикинул Скорострел.

Атакующий по центру боец был вынужден слегка притормозить, пропуская несущегося на скорости напарника – Паша специально выстроил траекторию движения «неуправляемого болида» так, чтобы она пересеклась с траекторий движения последнего из троицы. Это дало лейтенанту время вскочить на ноги и отпрыгнуть в сторону, зайдя пареньку во «фланг и тыл». Он, конечно, противник ловкий и опытный – от удара, даже нанесенного почти со спины, увернулся бы. Наверняка их этому учили и такой прием отрабатывали. Но в том-то и дело, что бить Паша не собирался. Вместо удара он схватил бойца за пояс. Тот дернулся, понял, что схвачен, четко ударил локтем Пашке в голову (не попал, естественно) и через секунду лежал на земле, придавленный сверху Пашиной тушей.

«Простая подножка, однако! Теперь легкий шлепок ладонью по шее – имитация рубящего удара ребром ладони. Парень понял, что «добит», и молча ткнулся лицом в пыль. Минус два!»

Лейтенант быстро поднялся на ноги и осмотрелся.

«Так, а где мой «беглец»? – подумал Скорострел. – Так вот же он! Уже летит на меня, пыхтя, как паровоз! Дыхалку я ему сбил и разозлил изрядно. Усугубим – теперь время есть, он один остался, так что можно и поиграть!»

Паша несколько раз просто увернулся от его атак, не предпринимая ничего в ответ. Это разозлило парня еще больше, но головы он не терял – продолжал атаковать, четко фиксируя перемещения противника. Подвела его благоприобретенная за эти два десятка секунд «привычка» – Пашка приучил бойца, что не атакует в ответ, и вдруг встретил очередной бросок встречным ударом в голову.

«Нокаут! Минус три!»

Аплодисментов Павел не ждал – не в театре все-таки. Но какие-то жидкие хлопки все-таки раздались. А основная масса пришедших на тренировку бойцов просто молчала. Наверное, переваривала увиденное. А потом его попросили ме-е-едленно повторить.

Повторение и показ других приемчиков заняли часа три. Все взмокли и перепачкались. К удивлению Павла, кроме вчерашней баньки, здесь был и обычный душ. В стандартной сорокаместной палатке. Так что бойцы дружно смыли трудовой пот с натруженных тел и отправились на ужин.

Меню разнообразием не отличалось: та же гречневая каша и та же тушенка, что и на обед. Только вместо спирта давали чай. Чай был настоящий (и даже с сахаром!), который Пашке впервые довелось попробовать только пять лет назад.

За едой к Скорострелу подсел Тихий. Очистив свою миску, он неспешно прихлебывал из кружки чаек с сахаром вприкуску, откровенно разглядывая Пашу, словно диковинное насекомое.

– Видел сегодня твою «показуху»! – негромко сказал Александр Сергеевич, выпив половину кружки. – Впечатляет! Ловко ты щенят моих уделал!

– Я так понял, что ребятки твои хоть и обучены неплохо, но в реальных боях почти не были? – уточнил Павел.

Полковник только кивнул.

– Ну, невелика доблесть новичков побить! – подольстил Паша.

– Ну, почему же невелика? Я ведь их сам натаскивал. А это, поверь, дорогого стоит! – гордо сказал Тихий. – Меня ведь в свое время такие спецы учили… Сейчас таких уже нет. А ты парней за полминуты уделал. Лучшая тройка в моей группе!

Пашка виновато развел руками. Мол, что же тут поделаешь. А потом неожиданно спросил:

– А откуда вы такие взялись, необстрелянные, практически пороху не нюхавшие, но с хорошей базовой подготовкой? Да у бредунов каждый пацан и каждая девка с пяти лет автомат из рук не выпускают, и в рейды с десяти лет наравне со взрослыми ходят! Я своего первого врага убил, когда еще под стол пешком ходил, а к шестнадцати годам в Совет клана входил!

Полковник невесело усмехнулся.

– Я бы тебе рассказал, ты вроде парень неплохой, и не чета этим диким… варварам, но… это секретная информация!

– Хм, тоже мне секретная… Да про то, что вы из какого-то Бункера несколько лет назад вылезли, каждая собака знает! – пробурчал Паша.

– Чего?!! – оторопело воззрился на парня полковник. – Что ты сказал? Из Бункера? Это какая такая собака об этом знает?

– Ты на меня, полкан, глазами-то не сверкай! – усмехнулся Паша. – Кому надо – тот и знает. Все «правильные» кланы в курсе, это только диким невдомек. Вы небось потому вылезли, что жрачка кончилась? Потому и на Электрогорск нацелились!

Полковник смотрел на Пашу с интересом энтомолога, нашедшего новую разновидность кольчатого червя.

– Вот, значит, как… – задумчиво поиграв желваками, сказал Тихий через пару минут, а затем вдруг подмигнул. – Значит, правильные кланы все знают?

– Знают! – кивнул Паша.

– А к нам ты специально пришел, в качестве парламентера?

Пашка не колебался ни секунды, хотя соблазн представиться именно так был велик. Но если вдруг в лагере появится настоящий парламентер от кланов…

– Нет, полковник. Кланам не до вас, у нас своих проблем хватает. Да и не верят нормальные бредуны в возможность захвата Электрогорска. Мешать вам не будут, но и помогать – вряд ли. А в здешних местах я, веришь или нет, исключительно по личному делу очутился. Обещал последнюю просьбу умершего товарища выполнить.

– Может, тебе чем помочь? Исключительно в целях поддержания добрососедских отношений между Московским княжеством и «правильными» бредунами! – сказал полковник и рассмеялся своей немудреной шутке.

Скорострел вежливо улыбнулся.

– Если только подбросите меня до моей стоянки. Тут недалеко. А то мой транспорт сломался.

Тихий кивнул.

– На завтра у нас намечено совещание с представителями тех бредунских кланов, которые приняли наше предложение, – неожиданно сказал полковник, вставая из-за стола. – Хочешь поучаствовать?