Клинки сверкают ярко - Илья Новак

Я плечом распахнул дверь как раз когда стрела с хрустом вонзилась в косяк. В коротком коридоре развил такую прыть, что вышиб парадную дверь вместе с петлями и засовом. Снаружи было свежее и чуть светлее. Возле подъездной аллеи, окруженной двумя рядами высоких деревьев, стоял домик охранников. Там услышали шум, в окошке загорелся свет. Я соскочил с аллеи и понесся через сад. Дверь домика распахнулась, наружу высыпали сонные охранники с факелами, не то люди, не то гоблины, а скорее всего — и те и другие. Раздались крики:

— Кто это?

— Откуда он взялся?

Один из двоих, что обнаружили меня в доме, проорал:

— К ограде побег! Он один, кажись!

Я несся, не разбирая дороги, спотыкаясь о корни и перепрыгивая через кусты. Сабли бряцали на спине, а мешочек с отцовскими монетами колотил по ноге. Вдоль сада тянулась полоса освобожденной от растительности земли. Деревья расступились, впереди возникла копейная ограда, слабо мерцающая благодаря заключенной в ней магии. Широкие горизонтальные полоски соединяли тонкие копья, наконечники которых, узкие и остро отточенные, возвышались на высоту в полтора моих роста.

Над головой свистнула стрела. Прыгающие отблески факельного огня упали на пустое пространство перед оградой, и преследователи вывалили из сада. Я уже подскочил к копьям и стал взбираться по ним. Стрела звонко клюнула металл где-то рядом. Кто-то метнул кинжал, но неумело — он ударил меня рукоятью пониже поясницы и упал в траву. Слыша дыхание позади, я достиг верха, и тут магия ограды включилась.

Отточенные наконечники копий мелко затряслись, задрожали так, что мои пальцы начали соскальзывать. Заклинание все-таки выдохлось за эти годы — оно должно было включиться именно в тот миг, когда я бы переваливался через ограду, но заработало немного раньше.

Я выкрикнул:

— Полифалисто!

Слово блокировало магию ограды, наконечники мгновенно успокоились.

Раз… Разрезая пальцы и ладони, я подтянулся и перекинул ногу.

Два… Под аккомпанемент посвистывания стрел качнулся на руках, упирающихся в самую верхнюю горизонтальную полоску.

Три… И полетел головой вниз, на склон холма.

Четыре… Я не смог остановиться и кубарем катился дальше, с корнями выдирая кусты. Перед глазами мелькали то склон, то ветви деревьев, то звезды плясали в небе, а иногда…

Пять… А иногда в поле зрения попадала ограда, на котоpyю карабкались два самых прытких охранника, один из них уже перекидывал ногу через…

Шесть.

Действие пароля закончилось, заклинание вырвалось на свободу и выплеснуло всю энергию, которая накопилась в нем за шесть мгновений. Тот охранник, который добрался лишь до середины, соскочил так поспешно, что упал навзничь. А тот, нога которого была уже снаружи, а вторая пока внутри, пронзительно заорал.

Его крик разносился над холмом, когда я достиг пологой земли и встал. В отблесках факельного света было видно, как размахивающая руками фигура, нелепо и страшно дергаясь, оседает, медленно насаживаясь на один из наконечников.

Тяжело дыша, я отвернулся. Рассеченные ладони жгло, тягучая боль распространялась от затылка вниз по шее. Подняв руку, я ощутил жидкое тепло чуть ниже затылка, там, где наконечник стрелы глубоко оцарапал кожу. Морщась, я зашагал вперед, одновременно снимая куртку и пытаясь на ходу оторвать рукав от рубахи, чтобы перевязать рану.

Надо было спешить. Даб и Самурай, скорее всего, уже подбираются к цирюльне Большака.