Меч королевы - Робин Маккинли

– Это всё, что у нас есть?

Джек кивнул.

– Боюсь, что всё.

От защитников юга, стоявших у Врат Мадамер утром, осталась едва половина. Лица уцелевших приобрели пепельный оттенок – северо-западный ветер был вреден для дыхания. Конечности немели и плохо слушались, а душу снедал ужас, имевший мало общего со смертельным риском боя.

– Турра известен любовью к медленному кровопролитию, – сказала Кентарре, перевязывая руку очередному лучнику, – и он может позволить себе не торопиться. Ничто не в силах устоять против него. Но ты нанесла ему удар, которого он не ожидал, ведь ты захватила его знамя.

– Турра? – недоверчиво переспросила Харри.

Филанон кивнула, а Терим с Сенай прервали свои занятия и посмотрели на нее.

– Я сразу его узнала, – продолжала лучница. – Он смеется в бою и всегда ездит на белом жеребце, который любит кровь так же, как его хозяин. Почему, ты думаешь, нас осталось так мало после столь короткой стычки? Мы хорошие бойцы и сражаемся к тому же с силой отчаяния, поскольку враг многократно превосходит нас числом. Но любой, кого достал белый всадник, умирает с первого удара.

– Не любой, – возразил Терим. – Харизум-сол – нет.

Кентарре торжественно кивнула.

– Почему, ты думаешь, мы следуем за ней?

Харри сказала, положив левую руку Золотому Лучу на седло, дабы сохранить вертикальное положение:

– Он мне не по силам – даже для одного удара. Я не умерла только потому, что он решил не убивать меня. – Цорнин повернул голову, и его хозяйка, с трудом разогнув локоть, положила ладонь на его мягкую морду, подержала так с минуту, и немного тепла просочилось в ее помертвевшую руку. – И отчасти потому, что у меня конь лучше.

Тут где-то позади, возле устья тропы послышался шум. Затем один из Джековых людей рассмеялся, и шум стих. Харри вопросительно глянула в ту сторону и увидела высокую, стройную фигуру, решительным шагом выходящую на поляну, ведя в поводу усталую лошадь.

– Дикки! – выдохнула она и тут же нервно зарделась, поскольку знала, как он ненавидел свое детское имя. – Ричард… – снова начала она робко, но тут он добрался до нее и сгреб в объятия.

Она обняла его в ответ, хотя правая рука еще плохо слушалась, да и левая оставляла желать лучшего.

Наконец он ее отпустил. Взор Харри затуманился, и она не могла сказать, действительно у брата подозрительно блестят глаза или виной тому ее собственные слезы.

– Я вернулся через два дня после вашего отъезда, сэр. Ничего хорошего поездка не принесла, как вы и предвидели, – доложил Ричард Дэдхему.

При этом он не отрываясь смотрел на сестру и держал ее за руки, словно она могла исчезнуть, если он отпустит.

Джек что-то проворчал.

– Мне рассказали, что произошло и куда вы отправились… и кто был с вами… и я взял свежую лошадь и поехал следом. – Он наконец улыбнулся. – Харри, черт побери, мы же все думали, что ты умерла!

Харри помотала головой:

– Нет, как видишь. – И улыбнулась в ответ. – По крайней мере, пока.

Ричард опустил руки. Темная армия раскинулась под ними, и северный ветер, притихший после того, как Цорнин побил колдовского жеребца, а Наркнон сорвала красно-белое знамя, снова принялся завывать вокруг и жалить южан в глаза и горло.

– Свежую лошадь, говоришь? – задумчиво произнес Джек. Добравшись до сестры, Ричард бросил поводья, и уставшее животное покорно остановилось. – Похожа на кобылу Билли Стаббса.

Ричард обернулся к своему командиру и улыбнулся.

– Так и есть. Она всегда была слишком хороша для него, а мне требовалась скорость. Я хотел догнать вас прежде, чем все кончится.

– Ты разрушил безупречную карьеру конокрадством? – мягко спросил Джек.

Ричард посерьезнел.

– Если угодно. Вы же знаете, все мы, кто пришел сюда, связав свою судьбу со старым Дамаром, с точки зрения правительства ее величества, конченые люди. Вы знали это, когда решили идти.

Харри уставилась на Джека, хотя в глубине души с самого начала догадывалась об этом.

– Это правда?

Джек пожал плечами:

– Да, правда. Вот почему все две дюжины тех, кто пришел, сплошь седые ветераны. Нам особо нечего терять. Но ты, Ричард…

Ричард сделал резкий жест рукой.

– Я знал, что делаю. Зов крови, полагаю. Заметьте, я сопротивлялся ему последние несколько лет. – Он взглянул на сестру. – Это все твой приезд сюда, в Дарию… Дамар… Ты полюбила его, полюбила пустыню, даже ничего не зная о ней… Я видел это. Ты сделалась не лучше полковника Дэдхема, – прошу прощения, сэр, – к концу первого же месяца. Мне было от этого так стыдно. Я… я не мог говорить об этом…

Харри сообразила, что перед ней извиняются, и кивнула. Прошлое не имело значения. Брат здесь, с ней, и только это важно.

– Затем, после твоего исчезновения, – медленно продолжал Ричард, – за эти последние длинные месяцы я много передумал… даже надеялся, вдруг ты не умерла… и эта мысль казалась предательством… Понимаешь, я приехал сюда, к ущелью Ритгера, ни разу не сбившись с пути. Я знал, куда поворачивать, где искать все эти безумные тропочки сюда, наверх. Всегда знал.

– Зов крови, – отозвалась Харри. – Почему ты никогда не рассказывал мне, что в нас течет горская кровь?

Ричард удивился:

– Мне рассказал отец. Я… я думал, он и тебе рассказал. Мне не хотелось об этом говорить. Мне о многом говорить не хотелось.

– Я узнала об этом неделю назад, от Джека.

Последовала пауза, а затем Ричард начал смеяться.

– Боже мой! Тогда посвящение в королевские Всадники, должно быть, по-настоящему потрясло тебя. Я сам опешил, когда мне Том Ллойд рассказал. – Он взял сестрину правую руку и повернул ладонью к себе. – Я гордился тобой. Именно тогда я понял, что должен последовать за тобой. И не только в надежде снова увидеть сестру. Чтобы… вернуть кое-что. Или признать, что всегда этим владел.

Северный ветер дергал их за волосы и за ресницы, прислушиваясь к их беседе. Харри рассеянно прикинула, понимает ли он островную речь.

Кентарре уходила. Теперь она вернулась и сказала:

– Сол, Север снова готовится двинуться против нас.

Ричард взглянул на сестру и развернул плечи, словно готовясь к удару.

– Приказывай мне, сол, – произнес он неловко по-горски. Затем продолжил на островном: – Поскольку я опоздал, возможно, вы захотите поручить мне дерзкую одиночную вылазку.

Джек фыркнул.

Харри невольно улыбнулась.

– Нет, в этом нет необходимости. Мы выстроимся здесь, поперек ущелья, и на плато. – Она помолчала. – Я не могу рисковать. Нас слишком мало для нового спуска в долину…