Крыло ангела - Олег Маркелов

— Ты достоин своих воинов, Лексар, как никто иной! — восторженно похвалил Хардар, когда Алексей вернулся наконец на свое место. Несколько секунд орк весело рассматривал все еще тяжело дышащего Алексея и вздувающуюся после удара Гаркона скулу, а потом добавил: — После пира Юлит придет в твои покои, чтобы позаботиться о твоих ранах и постелить тебе постель.

Нежные пальцы скользнули по телу, мягко прогоняя сон. Ласки казались теплым прикосновением солнечного лучика. Алексей с удивлением почувствовал, что полон сил и совершенно здоров, несмотря на тяжелый бой с доблестным Гарконом, долгий пир за столом гостеприимного Хардара и еще более жаркая схватка на громадном ложе с неутомимой и изобретательной Юлит. Алексей не открывал глаз, наслаждаясь утренними ласками девушки, которая, в отличие от Эльви, не покинула ложе, едва господин насытился, а осталась и всю ночь согревала его своим прекрасным телом. Впрочем, не понять, что он проснулся, девушка не могла. Слишком явными оказались признаки отступления сна. Ласки превратились из едва осязаемого прикосновения в разгорающийся костер. Алексей позволил себе лениться, принимая их почти безучастно и наслаждаясь таким восхитительным «будильником». Впрочем, благодаря умению Юлит и ее настрою не превращать пробуждение господина в продолжение вчерашнего ночного безумства Алексей не смог наслаждаться слишком долго, не в силах сопротивляться нахлынувшей финальной волне.

— Пусть день твой будет легким и добрым, господин, — прошептала девушка, целуя его плечо. — К сожалению, время слишком быстротечно, и совсем скоро мой господин будет ждать тебя к завтраку. Но у тебя еще есть время, чтобы освежиться. Я помогу.

Алексею совершенно не хотелось сейчас что-то делать. Он с удовольствием повалялся бы сейчас в постели, расслабившись после столь приятного начала дня, но пренебрегать приглашением орка, встречу с которым подарила сама Судьба, было бы непростительной глупостью. Поэтому Алексей встал и, быстро умывшись и окунувшись в бассейне, заставил себя собраться и настроится на деловой лад. Одежда, которую подала ему Юлит, оказалась выстиранной и даже тщательно выглаженной. Мысленно подивившись расторопности прислуги в доме Хардара, а еще больше ее незаметности, Алексей проследовал в сопровождении девушки в тот самый зал, где состоялся вчера долгий пир. Доведя его до двери, Юлит исчезла в боковом проходе, поэтому в зал Алексей вошел один. И с удивлением обнаружил, что и его друзья, и сам хозяин дома уже сидят за накрытым столом и ведут неторопливую беседу.

— А! Лексар! — обрадованно воскликнул Хардар, поднимаясь навстречу Алексею. — Хорошо ли спалось ночью?

— Спасибо, Хардар, в твоем доме вряд ли можно спать плохо, — поблагодарил Алексей совершенно искренне. Действительно, вряд ли ему можно было желать большего.

— Тогда к столу! — пригласил орк. — Нет с утра ничего лучше, чем добрый кусок хорошо приготовленного мяса.

Завтрак прошел за разговорами о мастерстве рук, его приготовивших, вчерашних состязаниях, героях, в них победивших, и хлебосольстве хозяина дома. Алексей с удовольствием поглощал поданные к завтраку блюда, размышляя о том, что слишком много за последний кратчайший интервал времени выпало на его долю успеха и удовольствий. Не исчерпать бы лимит Судьбы. Наконец трапеза завершилась, и на столе остались только кубки да кувшин с молодым вином.

— Ты честный и доблестный воин, Лексар, — вдруг заговорил Хардар. — Надеюсь, что ко мне ты относишься так же. А воинам не пристало ходить вокруг да около, когда разговор касается дела. Я понимаю, что чужеземцы вряд ли пришли в Ремекесс, от скуки путешествуя по новым для них мирам. Весь мир наш, единовременно и благословенный и проклятый, не то место, куда путники заходят по доброй воле или с добрыми целями. Ты не похож на того, кто держит сторону гноров, как и твои воины. А это означает только одно — гноры вам не друзья. Наш мир черно-бел. Здесь нет полуцвета, как нет и иных цветов. Потому все делятся на врагов гноров и их слуг. Скажи мне честно, Лексар, с чем пришел ты в этот мир?

Алексей почувствовал облегчение оттого, что разговор этот начался сам собой. Он с первой встречи с Хардаром думал, как лучше начать его, но все откладывал, опасаясь того, что он может бросить тень даже на искренность той помощи, которую оказали Хардару в харчевне. Ведь все можно при желании перевернуть с ног на голову, всего лишь освещением изменив события до абсурда. Именно так поступают часто в Забытом мире и журналисты, и политики, и многие другие, кому выгодно обыграть происходящее в свою пользу. Но теперь инициатива разговора исходит от орка, и это значительно облегчает положение, как бы разговор в дальнейшем ни сложился.

— Ты мудр в своих наблюдениях, Хардар, — кивнул согласно Алексей. — Мы действительно пришли в этот мир и в этот город не из праздного любопытства. И, к сожалению, не с миром. Правда, враг у нас с тобой один — гноры. Я не стану ходить вокруг да около, как ты верно заметил. Я расскажу тебе все как есть, а ты в соответствии со своими убеждениями, мудростью и честью решишь, как к нам относиться и как поступить.

— Господин, — промурлыкала Юлит, появляясь в полдень в гостевых покоях и садясь в ногах Алексея, ласкающего пальцами древний кистень, покрытый, подобно секире Оторока, неведомыми рунами. — Мой господин просит тебя оказать ему честь и навестить в зале славы. Только он просит тебя прийти без сопровождения твоих воинов. Ведь ты в доме друга.

Выслушав рассказ Алексея, Хардар не стал ничего говорить сразу. Он предоставил путников заботе слуг, а сам удалился, чтобы обдумать услышанное. И вот теперь, видимо, готов был озвучить свое решение. Учитывая, что все домочадцы волей-неволей несли на себе отпечаток настроения хозяина, то, что сказала только что Юлит, позволяло надеяться.

— В доме друга, — эхом повторил Алексей. — Тогда отведи меня скорее в этот зал славы.

Девушка провела его по полутемным коридорам, по каменным лестницам на самый верх центральной части дома-крепости. Оказавшись перед широкими распашными дверями, полностью окованными потемневшей медью и покрытыми искусной чеканкой, Юлит покинула его, ускользнув в такой же боковой проход, как и перед дверями пиршественного зала. Алексей толкнул тяжелые двери, и они на удивление легко распахнулись. Обстановка зала славы отличалась от обстановки остального дома только тем, что здесь было собрано еще больше оружия. То тут, то там стояли примитивные манекены, облаченные в доспехи. Алексей даже не сразу заметил среди всех этих фигур дожидающегося его орка. Хардар стоял перед висящим на стене тяжелым двуручным мечом. От этого меча веяло той же древностью и силой, что и от секиры Оторока. Видимо, их выковали в одинаково далекие времена, вложив вместе с частью души мастера приличную порцию древней магии. Почувствовав приближающегося человека, орк обернулся.

— В этом зале собраны почти все мои трофеи, добытые в бесчисленных войнах и боях. Бывало, что поверженный мною враг возрождался вновь в этом же самом мире. Он рос и готовился отдать мне кровавый долг. И приходил ко мне, чтобы забрать назад свое оружие, ставшее для меня лишь украшением на стенах зала славы. И тогда эти стены получали новое украшение. Много славных битв было…