Темный княжич - Сергей Плотников

– Ваша светлость! Что случилось?! – Вот почему я попросил трубить сигнал тревоги князя Марна – расчет катапульты добирался на крышу целых полторы минуты. Даже если бы я к ним с горном спустился – все равно подниматься бы пришлось: на ярусе под боевой площадкой ни окон, ни бойниц. Полторы минуты – это нормальная готовность бойцов для большой стрельбы из большого метателя: огромная дура наводится поворотом всей площадки (для чего у нее колеса стоят «враскоряку», а стрелять может и вовсе либо по неподвижным целям, либо взяв гигантское упреждение… и в этом случае атакующим, вовремя разглядевшим ушедший в небо «подарок», достаточно просто встать на месте. Правда, у метательной машины еще и разброс при попадании такой, что может зацепить чисто случайно…

– Враги, – указал я рукой на конную группу… которая как раз галопом дошла до отметки полтора перестрела до ворот из лука и явственно останавливалась. – Сможете поразить?

– Да, княже! Есть отметка пристрелки… полторы минуты, княже!

– Сколько?! – явно не поверил своим ушам Ллойл. – Да вы взводить вчетвером будете минут десять!

– Грузовой противовес на три взвода. – Откинув в сторону деревянную панель, чтобы можно было пролезть под креплением пускового рычага, я указал на пропущенную через шкив натянутую цепь, одним концом уходящую через отверстие для водослива (в смысле, я думал, что это водослив – раньше) куда-то вглубь башни. – Когда черную лестницу расцепляют, получается колодец для груза. Как часы с кукушкой!

– Однако. – Марна был не то чтобы поражен такой технической конструкцией – скорее его удивил сам факт установки такой вот системы.

– Мы потому так долго выбирались – груз от клиньев освобождали, чтоб, значит, по Уставу все было. – С превосходством гордо повел усами сержант и ухватился за рычаг-стопор у тяжелой бобины с намотанной цепью. – К взводу боевой части товьсь!.. Пускаю!

Цепь пошла в отверстие, но медленно, не набирая ход, – явно пропущенная через блоки, зато до донжона долетели другие резкие звуки, которые я сначала не опознал…

– Пуфф! Пуфф! – Еще и расстояние заметно приглушало и меняло тембр… да, это были выстрелы. Ружейные выстрелы. Пользуясь тем, что находятся вне досягаемости лучников на стенах, пятеро из пятнадцати, установив свои винтовки на что-то вроде гибрида подпорки для мушкета из вооружения европейского солдата века этак конца шестнадцатого и штатива для фотоаппарата, враги спокойно выцеливали и расстреливали копошащихся на боевых площадках обычных башен дружинников – и, сволочи, отлично попадали! В отличие от стен, на башнях был низкий парапет, иначе баллисты не смогли бы стрелять прямой наводкой: стрелу туда можно было забросить все равно только навесом, отчего зубцы вообще не помогают. Уродливые многозарядки в руках всего пяти нападавших, при каждом выстреле выбрасывающие просто чудовищное количество почему-то почти мгновенно редеющего и рассасывающегося прямо на глазах дыма, били просто чудовищно метко! За минуту, пока шел вниз рычаг катапульты, дружина потеряла половину состава – только на дальних площадках выжившие успели догадаться залечь – видимо, на таком расстоянии промахи все-таки были. Впрочем, разницы уже никакой не было – баллисты остались без расчетов и вести огонь не могли, и самое ужасное, лучники-ополченцы, выстраивающиеся на стенах, даже не поняли, что метатели больше их не прикрывают.

– Метатель к бою взведен! Княже, какой снаряд[31]ставить?

– Кованки[32]против магов. – Не дал мне и рта раскрыть князь Марна. Вовремя – я понятия не имел, какие снаряды заготовлены для тяжелой метательной машины. – Ну, быстро!

– Ваша…

– Делай, как он говорит, – приказал я, приникая к окуляру зрительной трубы.

– Их всего три пакета[33], – чем-то звякая, предупредил меня сержант.

– А у тебя – три быстрых выстрела! – Судя по голосу, князь не почурался сам загрузить боеприпасы в ковш. – Скорее… теперь командуй наведением, я помогу!

Раздался скрип дерева о металл, и я увидел, как крайний стрелок махнул рукой в нашу сторону – видимо, заметил поворот большого метателя.

– Близняшки, ложись! – Я первым успел залечь в бойнице, мельком оглянувшись и убедившись, что растерянные сестры выполняют мой приказ – и повторяют мой маневр. И раскрывают рот для вопроса…