Отдел 15-К - Андрей Васильев

– Да ты что? – Герман насмешливо нахмурился – Ну так попробуй это сделать со мной. Ну, а если не выйдет, то…

Красавица застыла, закусила губу, а после, развернувшись, припустила вверх по лестнице.

– За ней – скомандовал Герман, поморщившись – Эх, не вышло все тут решить, на месте. Несговорчивая попалась. Ей же хуже, сама виновата.

Договаривал он уже на бегу, прыгая через ступеньку.

На третьем этаже громыхала струнная музыка, исполнявшая какой-то древний танец – может, кадриль, а может и полонез.

Несколько зеркал ярко мерцали, создавая причудливую картину светотени в темном коридоре. В свет одного из них и кинулась беглянка.

– Ну, парни, нас ждет галантный век – залихватски сообщил друзьям Герман и последовал за ней.

Хлоп – и по лицу Кольки, спешащего за своим наставником, как будто размазалась какая-то холодная и влажная пленка, тут же по ушам хлестнула оглушительная музыка с визжащими скрипками, а в нос шибанул спертый запах горящих свечей и одуряюще пахнущих духов.

– Добро пожаловать ко мне в гости – прозвенел колокольчиком девичий голос – Теперь вы в моем мире!

Жительница зазеркалья стояла в центре огромной залы, по которой под музыку кружились пары. Все это навеяло Кольке воспоминания о длинном старом фильме «Война и мир», там он видел нечто подобное. Эполеты, камзолы, платья до пола, люстры, вон, со свечами. Забавно!

– Так доброй волей, без твоего участия и через твое зеркало – Герман и не подумал смущаться или пугаться – Ты думай лучше, что с нами делать будешь? Власть твоя над зеркалами – только до рассвета, потом все. А если мы живы до него останемся, – а так оно и будет, поверь – и отсюда не уйдем? И что тогда, а?

Красавица снова закусила губу и махнула рукой, после чего в зале заметно потемнело. Это погасли три зеркала, из которых струился яркий поток света.

Танцующие пары поблекли и стали больше напоминать тени. Они никак не реагировали на гостей, знай, кружились по огромной зале.

– И что? – пожал плечами Герман – Ничего же не изменится. Мы не принадлежим этому миру, а без нашего согласия ты ничего сделать не сможешь. Ты откусила кусок, который не сможешь прожевать.

Девушка ничего ему не ответила и уставилась на Кольку.

Тот наконец поймал ее взгляд и автоматически отметил, что глаза зазеркальной красавицы воистину прекрасны, их голубой свет притягивал к себе. Его лицо как будто опутала тончайшая паутина, а в ушах раздался шепот, правда, слов он разобрать не смог.

Парень потер лицо и все закончилось.

– Да кто вы такие? – как-то совершенно по-человечески возмутилась девушка.

– Мы потомки тех, кого призвал на службу Брюс – с достоинством ответил Герман – Ты ведь про нас слышала, еще в той, настоящей, жизни.

– Довелось – по ее лицу вновь пробежала рябь – Но я все равно вас не отпущу. Да, мой дом погибнет, но и вы из него не выберетесь. Это зеркала работы семейства Торильо из Лекко. Они не так просты, как ты думаешь. Вы будете веками скитаться по лабиринтам отражений, но не найдете дорогу в свой мир.

Колька не знал почему, но как-то сразу ей поверил.

– Вот ты вроде и красивая, но – глупая – огорчился Герман – Это я тебя не обидеть хочу, это я факт констатирую. С каждым шагом ты свое положение все ухудшаешь и ухудшаешь. Казалось бы – чего нам еще там, на лестнице, не договориться? Дала бы ты мне слово, что закончишь свои визиты в мир живых – и все. И развлекайся тут, на балу пляши, дурачков с той стороны рамы пугай. Нет, не захотела. И сейчас по-доброму не хочешь.

– Мне нужна живая сила – лицо её перекосилось, потеряв красоту. Оно стало похоже на маску, причем страшненькую – Мне она пришлась по вкусу.

– Это-то понятно – кивнул Герман – Еще бы. Вот только не дело это. Живым живое, мертвым – мертвое. Живешь ты в зеркале – так и живи, не лезь не в свой мир.

Девушка подошла к нему, встав лицом к лицу.

– Я тебя заберу, страж. Я не умру, я сильна. Я буду стоять за вашими спинами в зеркальных лабиринтах, я буду ждать, когда вы ослабеете и призовете смерть. Она – не придет, а я – приду.

– «Я», «я», «я». «Я» – последняя буква алфавита. Нет, нельзя с тобой по-хорошему – печально сказал Герман, быстро и ловко достал из кармана маленькое зеркальце и поднес его к её лицу – Вот она. И она – твоя.

В руке его как будто на секунду оказался прожектор, он сверкнул лучом света, и Серега с Колькой увидели, что к тем, кто был в этой зале, добавился еще один персонаж – та самая немолодая женщина из зеркала, которая так их перепугала на лестнице.

– Как договаривались – показал на красавицу пальцем Герман и повторил – Она – твоя.

– По какому праву ты пришла в мой дом? – требовательно, высоким голосом спросила пожилая женщина – По какому праву ты наводишь в нем свои порядки?

Повелительница залы явно опешила, такого она не ожидала, на ее лице появился страх, самый настоящий.

– Я сдержал свое слово – без особых сантиментов сообщил пожилой леди Герман – Она – ваша, а нам пора. Плюс – мне нужна клятва.

– Я, хозяйка зеркал этого дома, клянусь в том, что пока они принадлежат мне, ни один человек не попадет сюда, в зазеркальный мир, если только он сам не проведет обряд перехода – медленно и торжественно произнесла пожилая дама.

– Все старые зеркала снимут и отправят на чердак – сообщил ей Герман, как только она закончила – Это не обсуждается. И ваше, мадам, тоже.

– Ничего не имею против – сварливо сказала его собеседница – На плебейские рожи нынешних обитателей дома смотреть радости мало. И потом – у меня теперь есть компания, то есть в ближайшие лет сто мне будет нескучно. Из моего дома эта мерзавка уже не выйдет.

Девушка выставила вперед ладонь и что-то выкрикнула, чем очень рассмешила и Германа, и женщину.

– Давай-давай – посоветовал оперативник ей – Еще что-нибудь попробуй. Чудо ты в перьях! Это ее дом, и она в нем хозяйка. А ты в него без спросу залезла, как воровка.

– Подумай теперь, что хозяева делают с ворами, когда их ловят – жестко сказала пожилая женщина окончательно растерявшейся девушке – Хорошенько подумай.

– Ладно, пойдем мы – сказал оперативник своей собеседнице и кинул на пол свое зеркальце, которое со звоном разлетелось на мелкие осколки – Рассвет на носу.

– Прощайте – та взмахнула рукой и одно из зеркал засветилось – У вас есть минута.

– Быстренько – Герман, как спринтер, взял с места в галоп, добавив на ходу – Она не шутит.

Как ни странно – и впрямь светало, в окнах не было темноты, там появилась предутренняя серость.

– Не понял – Серега взглянул на часы – Это как так?

– Разные миры – разный ход времени – пояснил Герман – Надо же, а девка эта и впрямь сильной оказалась. Недооценил я ее.