Зеркальный замок - Дженни Ниммо

Совещание началось.

— Главное — это все сделать вовремя, — веско сказал дядя Патон. — Минута в минуту, иначе наш план провалится. Оливия, тебе ясно?

— Мои часы никогда не отстают! — гордо сказала Оливия, вертя запястьем, на котором поблескивали модные серебряные часы с большим циферблатом-голограммой.

— Чудно. Главное, чтобы ты не забыла на них посмотреть, — не без ехидцы сказал дядя.

— Хорошо, — Оливия смутилась.

— Далее. Важно, чтобы в Королевской комнате каждый занимал свое место. Эмма, будь добра, нарисуй для Оливии схему и обозначь, кто, где обычно сидит.

Эмма принесла блокнот и карандаш и взялась за дело.

— Чарли, вы с Эммой должны проследить, чтобы все расселись по местам. Оливии в Королевской комнате не будет, а ей необходимо представить себе все в точности. Понятно?

— Да, — ответил Чарли, следя, как карандаш Эммы проворно порхает по бумаге.

— Хорошо. Идем дальше… Совещание продолжалось еще с полчаса, а потом за Фиделио приехал Феликс Дореми. Чарли с дядей отправились домой пешком. Решено было, что Оливия переночует у Эммы — ей требовалась кое-что подготовить, и мисс Инглдью водрузила перед девочкой целую гору иллюстрированных книг по истории.

— Надеюсь, Блуры ни о чем не догадаются, — сказал Чарли, поднимаясь на крыльцо дома номер девять.

— Куда им, — уверенно ответил дядя Патон. — Воображения не хватит.

В понедельник, согласно плану, всем участникам заговора надлежало ходить мрачнее тучи. Чарли заметил, что Фиделио взбудоражен, и напомнил ему о конспирации.

— Да я всегда такой, — отмахнулся Фиделио. — И вообще, я же не из одаренных, так что не обязан вешать нос.

Чарли согласился, но подумал о Лизандре и тоже занервничал. Африканца в суть плана не посвятили, и теперь Чарли думал, что надо бы его предупредить, а то еще наломает дров — не с перепугу, а от неожиданности. К несчастью, у него никак не получалось переговорить с Лизандром наедине, а время шло. Настал вечер, пора было идти готовить уроки в Королевскую комнату, и отчаявшийся Чарли нарочно вышиб у Лизандра стопку книг, спускаясь по лестнице.

— Ну, ты и слон! — проворчал Лизандр и присел на корточки, чтобы собрать учебники.

— Ой, извини, я нечаянно! Давай помогу. — Чарли присел рядом и быстро прошептал: — Имей в виду, сейчас кое-что случится.

— Что?

— Тс-с! С Джошуа. Танкред перепугается, но ты имей в виду — то, что появится, будет понарошку. Иллюзия.

— Но что?.. — начал Лизандр.

— Вы долго будете тут торчать? — сердито спросила Доркас Мор с верхней ступеньки. — Хотите, чтобы я прошла по вашим глупым головам?

— Успокойся! — сказал Лизандр, выпрямляясь. — Уже идем.

Очутившись в Королевской комнате, Чарли первым делом огляделся. Ура, все сидели, как в прошлый раз! Значит, схема, которую Эмма нарисовала для Оливии, верна. При виде Азы Пика, изукрашенного синяками и ссадинами, Чарли подавил смешок. Знай наших! Нечего было соваться к Дореми! Усевшись рядом с Эммой, Чарли попробовал поймать ее взгляд, но девочка уткнулась в учебник и не поднимала глаз. Ее волнение передалось Чарли.

Теперь все зависело от Оливии.

В тишине был слышен лишь шелест страниц, шорох ручек по бумаге да изредка — поскрипывание стульев.

Как обычно, мерно тикали часы.

Алый король, как всегда, смотрел на Чарли с портрета, и все же — мальчик не знал, кажется ему это или нет, — но глаза государя сегодня как будто были живее и корона блестела ярче.

— Король тебе не поможет, Бон. Хватит отвлекаться, — раздраженно сказал Манфред.

Ничего не поделаешь, пришлось отвести глаза. Аза подобострастно хихикнул, а Джошуа направил на Танкреда свою неотразимую улыбку.

Шлеп!

На раскрытую тетрадку Чарли упала крупная дождевая капля.

Шлеп-шлеп!

Чарли поспешно переложил тетрадку на колени — и вовремя, потому что на столе сразу образовалась целая дождевая лужа. Мальчик промокнул ее рукавом свитера и поморщился: рукав тут же отсырел.

— Прекрати, Танкред!

В ответ Танкред поднял бровь — и в лицо Лизандру полетела целая кипа бумаг.

«Ну же, Оливия, что ты копаешься, — подумал Чарли, — Заснула, что ли? Действуй!»

Но Оливия, которая находилась далеко от Королевской комнаты, почему-то медлила. Между тем у Эммы потекла ручка — прямо на тетрадную страницу, исписанную каллиграфическим почерком. В мгновение ока чернильные кляксы покрыли не только тетрадь, но и руки и даже лицо Эммы. Ясно было, кто это постарался, — близняшки Бранко не сводили с Эммы пристальных взглядов.

— Перестаньте! — прикрикнула на них Эмма.

Доркас злорадно расхохоталась и пихнула сияющего Джошуа локтем. А потом вдруг ойкнула и шарахнулась от него, чуть не опрокинув стул.

По белокурой голове Джошуа неторопливо полз мохнатый черный паук. Вот и еще один — на плече. При виде пауков Танкред с воплем вскочил и кинулся к двери.

— Ты что, спятил, Торссон? — заорал ему вслед Манфред.

Джошуа скосил глаза на собственное плечо, и улыбка мгновенно исчезла с его лица. Он застыл: по его плечам шествовала целая армия пауков. Мальчик-магнит попытался стряхнуть их, но тщетно. С каждым его движением пауков становилось все больше, и все туловище Джошуа покрылось шевелящейся мохнатой массой. К тому же из ушей у него поползли жирные гусеницы, а из-за манжет рубашки — черви.

Оливия решила действовать наверняка, понял Чарли, преодолевая дрожь брезгливости. Рядом с ним раздалось громкое «мамочки» — Эмма тоже не выдержала.

Стены Королевской комнаты задрожали от визга. Отталкивая друг друга, сторонники Манфреда кинулись к двери. Джошуа споткнулся и растянулся на полу, а близняшки Бранко промчались по нему, точно он был ковриком. Пауки перебрались на пол. Доркас с воплем вскочила на стул. Танкред отчаянно дергал ручку двери и панически оглядывался на Джошуа. По комнате то и дело проносились порывы штормового ветра. Все учебники, ручки и тетрадки давно попадали на пол. Наконец дверь подалась и перепуганные одаренные высыпали в коридор. Чарли с Эммой, как и Лизандр, конечно, знали, что пауки — это иллюзия, но черви с гусеницами их добили, поэтому вопили они вполне искренне.

Манфред, как самый старший, держался до последнего, но, когда пауки на полу стали расти, и достигли размеров хорошей крысы, и он выскочил в коридор и захлопнул дверь.

Хуже всех пришлось Танкреду: громовой мальчик будто обезумел. Он несся по коридору подальше от Королевской комнаты, спотыкаясь и не разбирая дороги. Теперь буря бушевала уже по всей академии — дрожали и звенели от ветра стекла, дождь с градом сыпались на всех без разбору, под потолком проносились свинцовые грозовые тучи, то и дело откуда-нибудь шарахала фиолетовая вилка молнии. В холле стояли глубокие дождевые лужи, и весь персонал школы во главе с Уидоном носился туда-сюда, пытаясь собрать воду швабрами, тряпками и ведрами.