Констебль с Третьего участка - Сэй Алек

– Скажите, мистер Канингхем: ходят слухи, что голем Бэббиджа может стать целью тайной луддитской организации. Они правдивы?

Комиссар и суперинтендент замерли на миг и переглянулись.

– А вы действительно очень информированный человек… – протянул начальник Третьего участка после неловкой паузы. – Что ж, отвечу: вероятность этого не нулевая, и именно поэтому охрана механизма и сопровождающих его лиц поручена моим лучшим людям.

– Но я буду признателен, если вы не будете упоминать об этих замшелых фанатиках в своей статье, – добавил эрл Чертилл.

Следующие дни пролетели незаметно и сравнительно спокойно. Мы публиковали статьи географического общества, правдами и неправдами привязывая их к шахматной тематике, не забывали и об иных новостях, в общем, занимались привычной рутинной работой, и я даже стал находить время почаще бывать дома, с семьёй.

Но вот наконец наступил день, когда шахматный голем мистера Бэббиджа прибыл в Дубровлин. Ранним утром, ещё до того, как рассвело, меня поднял на ноги громкий, настойчивый стук в дверь.

Когда я её открыл, то увидел на пороге паренька лет тринадцати в простой поношенной одежде, разбитых ботинках да выцветшей кепке поверх взлохмаченной, давно не стриженной шевелюры.

– Вы будете мистер Адвокат? – глядя исподлобья, спросил он.

– Да, – зевнул я. – Что вам угодно, любезный?

– Вам велено сказать, что «Роял Мэри» встал на рейде, – сообщил парнишка и выжидательно уставился на меня.

Я пытался сообразить, что бы значила эта фраза, долгие три секунды. «Роял Мэри» – уже далеко не новый, но всё ещё крепкий парусно-колёсный пароход, занимающийся перевозкой грузов и пассажиров между Дубровлином и Ливерпулем, именно он-то и должен был доставить в столицу британского голема и сопровождающих его лиц. Ходит он не то чтобы нерегулярно, но строгого расписания не придерживается, и именно поэтому Джей Джею пришлось договариваться с комендантом порта, что сразу при появлении «Роял Мэри» тот пошлёт кого-то с известием. Встало ему это, кстати, недорого: всего лишь в бесплатную полугодовую подписку на наше издание.

– М-м-м… – кивнул я. – Одну секундочку, юноша. – Взяв из тумбочки у входа пару пенни, я вручил их мальчику. – Это вам за труды, молодой человек.

– Благодарю, сэр. – Приняв деньги, тот чуть приподнял головной убор.

Недавно, видать, в портовых работниках – те цветастые косынки на шее носят, а кепка – отличительный признак фабричного рабочего.

– Вас не затруднит сообщить ту же новость ещё по одному адресу, э?.. – Я продемонстрировал парню ещё пенс. – Простите, не знаю, как вас звать.

Мальчишка бросил на монетку короткий голодный взгляд, но только тем и выдал своё желание её заполучить. Внешне же, оставаясь невозмутимым, он, старательно изображая взрослую степенность, кивнул:

– Картрайт, сэр. Если ваш адресат проживает не слишком далеко, то – да, мог бы. А так у меня есть обязанности в порту, мистер.

– Недалеко, улица Архитектора Бейкера, дом тринадцать. – Я протянул ему монету. – Мистер Фёст. Скажите, что я буду дожидаться его в порту и чтобы взял побольше пластин для амбротипа.

Быстро собравшись, я поймал кеб и отправился в порт. К моменту моего появления на причале солнце лишь собиралось появиться из-за горизонта, восток уже окрасился утренней авророй, но сам диск над водой ещё не показался. Невольно я залюбовался открывшейся мне красотой – в силу особенности профессии мне редко удаётся наблюдать рассвет – и не заметил появления мистера Фёста с его аппаратом.

– Прекрасный вид, – раздался у меня за спиной его голос. – Куда ставить мою бандуру?

– Великолепный. Знаете что… – Я приложил ладонь козырьком, словно заправский моряк, огляделся и отыскал медленно входящий в гавань «Роял Мэри». – А вот рядом со мной и ставьте. Давайте сделаем первый снимок немедленно, зафиксируем само появление парохода.

– Освещение не ахти. – Фёст с прищуром огляделся и цокнул языком. – Но на это направление может и хватить. Помогите-ка…

Ещё несколько дней назад у меня родилась просто безумная идея нового вида репортажа, которой я ни с кем не стал делиться, опасаясь, что критика может подорвать мою решимость провести эксперимент.

– Снимок будет – хоть сейчас на открытку, – прокомментировал амбротипист, снимая крышку с объектива. – Однако ставлю гроут против фартинга: Джей Джей его в ваш репортаж не утвердит. Скажет, что читателям интересен голем, а не портовые виды.

– При обыкновенном развитии события так и было бы, – кивнул я.

– А что, у нас предполагается необычное развитие? Надеюсь, без стрельбы и мордобоя, – хохотнул Фёст. – Не люблю я это дело.

– Нет, ничего такого я не ожидаю. Просто в моих планах – подать мистеру Блинксу репортаж, созданный вами.

– Мной? Ну, это вы хватили, мистер Адвокат, – хмыкнул мой визави. – Не скрою, всегда малость завидовал вам, журналистам, и тому, как это вы так ловко слова складываете, но сам этого дара я, увы, лишён.

– Ну, я же сказал «созданный», а не «написанный». Мне хотелось бы опробовать такую подачу материала, как отчёт в изображениях, где вся последовательность событий будет зафиксирована вашим аппаратом. Ну а я просто буду давать к ним короткие – или не очень – комментарии. Вот к первому изображению я планирую нечто вроде: «Сегодня ранним утром пароход, на котором к нам отправился шахматный голем, появился на рейде Дубровлина». Ну и далее по мере развития событий.

– Нечто вроде испанских «аллилуй»^[51] выходит?

– Да, что-то в этом роде, – кивнул я.

– Ну, тогда я сделаю ещё снимок «Роял Мэри», уже поближе, а потом зафиксирую швартовку, – ответил мистер Фёст. – А уже дальше буду действовать по ситуации.

Приятно, когда твои идеи понимают с полуслова. Гораздо менее приятно, когда начальство их не разделяет, – а мне впоследствии пришлось битый час уговаривать Джей Джея попытаться использовать такую новую подачу материала, и удалось это лишь оттого, что в мистере Фёсте живёт истинный художник. Лишь высокое качество изобразительного материала склонило мистера Блинкса на мою сторону, да и то он до конца года ворчал по этому поводу. Потом мы с мистером Фёстом, правда, получили второй приз от общества репортёров и издателей Мит Уи Нелл, ежегодно награждающего за лучшие репортажи, и Джей Джей унялся (но в душе, боюсь, так и остался при своём мнении, что это-де безвкусица).

– А, мистер Адвокат, вы уже здесь, – раздался за моей спиной голос сержанта Вилька. – Неужто караулили в порту всю ночь? Всё в порядке, парни, это не злоумышленники? Я их знаю?

– Ещё бы тебе его не знать, Айвен, – послышался в ответ голос полицейского десятского Стойкасла. – Лично арестовывал.