Люди в белых хламидах - Ольга Обская

Валерия едва поспевала за Эйвилной. Та спускалась на минус седьмой с такой скоростью, будто за ней гонится свора голодных волков. Впрочем, мысли Леры проносились еще стремительнее. Ей необходимо было проанализировать информацию, полученную от Башни. Анализ давался с трудом. Слишком много было шокирующих фактов. Слишком болезненными они были.

Нет, в предательство Даркуса Лера ни на секунду не поверила. Но в то же время ее не покидало ощущение, что не все сказанное Эйвилной было ложью. Из одной лжи такого правдоподобного рассказа не получилось бы.

Но чему в ее ужасающей истории верить, а чему нет? Может ли действительно кто-то специально травить беззащитного ребенка? Может ли на самом деле Илди быть здоровым, а его безразличие к окружающему миру лишь следствием воздействия какого-то препарата? И главное, есть ли у мегеры какие-то факты, доказывающие это?

Кроме того, Леру настораживала подозрительная поспешность Эйвилны. Зачем ей понадобилось так срочно оживить воспоминания Валерии? Ей-то от этого какой прок? Чувствовалось, что Башня затеяла грязную игру. Возможно, осознала, что теряет мужа, и хочет этому как-то помешать?

Что ж, Лера решила пока подыграть Эйвилне. Если мегере удалось договориться с эмами помочь Валерии вспомнить выпавший из памяти кусок жизни, глупо этим не воспользоваться. Необходимо только проявлять осторожность.

— Пришли, — оповестила Башня, резко притормозив.

Лера тоже остановилась. Для нее так пока и оставалось загадкой, как в длиннющем темном коридоре без опознавательных знаков можно найти место входа в кабинет того или иного эма. Но зато Валерия знала: чтобы попасть внутрь, необходимо сделать два шага вправо.

Окутавшая кромешная тьма означала, что цель достигнута.

— Эу-Строк, я привела ее, как и договаривались, — сказала Башня темноте.

— Объект на той стороне готов, я тоже. Можно начинать, — ответил потусторонний голос. А затем скомандовал: — Ложись.

— Это он мне? — переспросила Лера.

— Да, Айлита. Вы же хотите вспомнить? — вкрадчиво прошептала Эйвилна. — Для этого эму необходимо ввести вас в ментальный транс.

— Ложись, — повторил команду потусторонний голос.

— Что-то я здесь никакой кушетки не наблюдаю, — ответила Лера.

— Кушетка не нужна, — тихим шепотом пояснила Башня. — Вам нужно просто упасть. Удара не будет — пустота подхватит вас.

Инструкции показались Лере сомнительными. Она медлила.

— Состояние ментального транса нужно для того, чтобы вы смогли кое с кем пообщаться, — продолжила пояснения Эйвилна. — Это будет необычное общение — соприкосновение ментальных оболочек. Вы не будете слышать слов, но будете понимать смысл. Это единственный способ снять блок. И вы должны действовать немедленно. Третий раз эм повторять не будет.

Эх, была не была! Чем Валерия рискует? Пол в кабинете у эмов вроде не цементный, голову разбить не должна, даже если никакое пространство Леру не подхватит.

— Просто расслабьте мышцы и откиньтесь назад, — снова влезла с инструкциями Башня.

На этот раз Валерия последовала им. Секундный обморок, и она ощутила себя парящей в пустоте.

Необыкновенная приятная легкость. Нежное бледно-розовое облако не спеша наполняет легкие. Странное чувство. Лера делает глубокий вдох. Кажется, туман проникает уже не только в грудь, но и в мозг: «Любимая, ты меня узнаешь?»

— Нет.

Облако становится еще прозрачнее, еще нежнее: «Это же я — Астэн».

Странное имя. Разве Лера слышала его раньше?

Облако обволакивает все тело, мягко скользит по рукам и шее, касается щек: «Ты любила называть меня Асти».

— Асти?

Яркая вспышка в мозгу. И события пятницы, с которой все и началось, стали прокручиваться перед глазами, как видеоклип на ускоренной перемотке.

Сначала все как обычно: институт, работа. А вечером Валерия с одногруппницами пошла в аквапарк. Они давно планировали это мероприятие. Отрывались по полной. Горки, аттракционы, брызги, визг и писк — все как положено. По соседству развлекалась компания парней. Как-то незаметно обе компании перемешались и перезнакомились. Впрочем, с памятью на имена у Леры — беда. Буквально через пять минут она уже забыла: блондин — это Серега или Вован, а тот, что в красных шортах, — Тимоха или Костик. Но как зовут высокого сероглазого красавца с приятным ласковым взглядом, она запомнила с первого раза — Астэн.

— Можно просто Асти, — обезоруживающе улыбнувшись, произнес он и нежно коснулся руки красивыми длинными пальцами.

После знакомства Астэн от Леры практически не отходил. И она была не против. Парень понравился. Открытый, приветливый, умный и, как впоследствии выяснилось, респектабельный.

На следующий день был совместный поход в кино. Потом кафе. А потом они стали практически неразлучными. Лере было с ним хорошо. Он умел предугадывать ее желания. Развития отношений приобрели ураганный характер. Девчонки завидовали. И только Пашка относился к новому увлечению Леры настороженно. А когда она рассказала, что Астэн сделал ей предложение, друг неожиданно стал настаивать не соглашаться. Причина такого неприятия оказалась шокирующей. Павел признался, что давно влюблен в Валерию. Но, как он объяснил, дело даже не в этом. Друг был уверен, что Астэн двуличный и собирается использовать Леру.

Они встретились вечером в парке. Пашка был ужасно расстроен и ужасно зол.

— Пойми, Лера, я вижу: у него нет к тебе никаких чувств. Он играет тобой.

— Паш, ну с чего ты взял? Это в тебе ревность говорит, да?

— Нет! — Лицо Пашки исказилось от внутренней боли. Он схватил Леру за запястья. — Ты гробишь свою жизнь.

— Отпусти! Это моя жизнь! — возмутилась Лера. — Ты делаешь мне больно.

— Я все равно буду бороться за тебя, слышишь?!

Вдруг воспоминания резко оборвались. Лера почувствовала тяжесть в груди. Розовое облако, которое наполнило легкие, стало густым и вязким, от этого трудно было дышать. Даже кашлянуть не получалось. Но ощущение продлилось недолго.

Через несколько секунд — снова блаженство. Нежные прикосновения, как дуновение летнего ветерка: «Ты помнишь нашу поездку за город?»

— Помню.

Астэн организовал незабываемый уик-энд. Снял шикарный номер. Все было пропитано романтикой. Лепестки роз, свечи…

Облако, превратившись в миллионы нежных пушинок, оплело ее всю с ног до головы: «Помнишь, как нам было хорошо? Помнишь наши поцелуи? Мне так хочется снова увидеть тебя. Так хочется прикоснуться к тебе. Любимая, я так соскучился, а ты?»