Пять волшебных кристаллов - Кэза Кингсли

По обе стороны каменистой тропы возвышались унылые серые скалы. На друзей Эрек старался не смотреть — их лица делались страшнее и страшнее на глазах. Он понимал, что его собственная физиономия не краше… Ну ничего, чувствует он себя хорошо — и то ладно.

Кристалл в руке тянул вперед еще настойчивей. Он привел Эрека к маленькой расщелине в камне под цветущей баухинией — орхидейным деревом. Цветы свисали с его ветвей, как вялые красные ошметки. Эрека затошнило. Он заглянул в расщелину и увидел светящийся зеленый додекаэдр с черными символами на гранях. Вид у него был отвратительный, но поющий кристалл все равно зазвенел прекрасным аккордом.

Эрек похолодел от страха. Ему еще не приходилось брать авены в руки. А что, если последствия этого будут необратимы? Но выбирать не приходилось… Эрек ухватил авен и попытался вынуть из расщелины, но зеленый «мячик» держался, как приклеенный.

Луг говорил, что авены почти невозможно сдвинуть с места без поющего кристалла, их повелителя. Эрек коснулся кристаллом авена. Сработало! «Мячик» приклеился к кончику кристалла, как железка к магниту, и легко упал в ладонь.

Эрек воспрял духом. Получилось! Все-таки задание выполнимо! Он снимет проклятия авенов с Пути Чудес! С радостной улыбкой он обернулся к друзьям, и…

…Мелодия завизжала. Бетани позеленела и упала в обморок. Джек сложился пополам, и его вырвало на траву. Выглядели они еще кошмарней, и Эрек понял, что авен повлиял на него не лучшим образом. Джем отвернулся, прикрыв рукой глаза, как от солнца, и спросил дрожащим голосом:

— Как вы себя чувствуете, сэр?

— Нормально. Что, смотрюсь совсем ужасно?

Джем кивнул, не отнимая руки от глаз.

— Если вас не затруднит, уберите авен в рюкзак, сэр. Вдруг это поможет…

Эрек сунул зеленый «мячик» в рюкзак и с надеждой спросил:

— Ну что?

Джек поднял на него глаза, простонал: «Не помогло!» и нырнул за куст.

— Неужели все настолько плохо?! — воскликнул Эрек.

Он не мог представить, что должно было произойти с его физиономией, чтобы один взгляд на нее вызывал рвоту и обмороки.

— Ну, в общем, у тебя теперь не лицо, а сплошные язвы, гной и торчащие кости.

Эрек в ужасе потрогал щеки. То, к чему он прикоснулся пальцами, вообще не было похоже на человеческое лицо. Хорошо хоть, что это не причиняло ему никаких физических страданий.

— Ладно, я пойду впереди, так что вам не придется видеть мою рожу, — вздохнул он и направился к деревне.

— И на спину его тоже не смотрите, — сдавленным голосом предостерегла Бетани.

Не успел Эрек сделать и нескольких шагов, как услышал мамин голос:

— Послушай, Эрек, мне не дают покоя твои слова. Я… — Она вскрикнула, поперхнулась и умолкла.

— Мам? — позвал Эрек.

Никто не ответил. Видимо, мама с перепугу сорвала с носа очки. Через некоторое время ее голос раздался снова — и теперь он дрожал от слез:

— Что с тобой случилось?! Бедный мой!

Эрек остановился и закрыл лицо руками.

— Мам, ты на меня не смотри, просто слушай. Я здоров, все хорошо. Просто на меня сейчас действует одна волшебная штука, авен. Это пройдет, честное слово. — Он вспомнил, чем закончился их последний разговор, и поспешно добавил: — Прости меня, я наговорил тебе гадостей! Тогда на меня действовал другой авен, который вызывает беспричинную злобу. В общем, не бери в голову, это все была неправда!

Мама немного помолчала, в тишине Эрек слышал ее дыхание.

— Ну что ж, я рада, что ты на меня не злишься, — осторожно сказала она. — Но ты на самом деле здоров? Ты ничего от меня не скрываешь?

— У меня все хорошо, мам! Не волнуйся! Забудь, что ты сейчас увидела, это все ненастоящее. Ладно? Давай потом поговорим.

Мама пробормотала что-то неразборчивое и сняла очки.

— Полагаю, сэр, теперь нам будет гораздо проще добыть веревку, — рассудительно заметил Джем. — Вероятно, увидев вас, юная Чинпукилья пересмотрит свои взгляды на замужество.

— Да, я скажу ей, что хорошо подумал и просто мечтаю на ней жениться! Посмотрим, каков будет ответ! — расхохотался Эрек.

У деревни Эрек немного отстал и пропустил остальных вперед. Он слышал, как Джем объясняет Хакану, что им очень нужна веревка и что Эрек согласен жениться на Чинпукилье.

— Но предупреждаю вас, — закончил Джем, — проклятие весьма дурно на него повлияло.

Завидев Эрека, люди с воплями кинулись врассыпную. Чинпукилья зажала рот ладонью и помчалась прочь со всех ног, как будто за ней гналась стая злобных собак.

— Вы его уводить! — потребовал Хакан, утирая взмокший лоб. — Он принести хуже проклятие. Он здесь не оставаться.

— Но как это воспримет невеста? — нерешительно осведомился Джем. — Не будет ли сердце бедняжки разбито?

Горное эхо принесло испуганный визг Чинпукильи.

— Нет-нет! — заверил Хакан. — Вы его уводить!

Джем поскреб подбородок.

— Ну, если вы очень просите… Мы могли бы его увести. Только нам нужна веревка. Много веревки.

— Да. Веревка.

Хакан помчался в дом. Вскоре он и другие жители деревни принесли большие мотки толстой веревки.

— Вот. Вы брать.

Эрек и его спутники взяли столько, сколько смогли унести, и направились к туннелю.

— Спасибо вам, — поблагодарил Джем, уходя. — Ваша щедрость наверняка смягчит сердце Пачамамы.

Поющий кристалл подвел их к туннелю, ведущему назад к Великой китайской стене. Эрек надел куртку, первым влез в туннель и натянул капюшон на самые глаза, чтобы спрятать лицо. Но настроение его друзей от этого ничуть не улучшилось.

— Мы теперь выглядим еще хуже! — простонала Бетани. — Конечно, далеко не так жутко, как Эрек. — Она помолчала и крикнула, чтобы он услышал: — Извини, Эрек!