Тайна геллании - Валерия Чернованова

– Немедленно остановись. Иначе…

– Иначе что, Дорриэн? – Я действительно остановилась и повернулась к нему. – Посадишь меня в клетку, убьешь? Ты мне столько раз обещал это сделать, что мне уже не страшно. Я не боюсь ни тебя, ни твоих чертовых угроз! – Я кричала, в коридор начали высыпать придворные, привлеченные шумом. Ничего. Пусть слышат. Он попытался схватить меня за руку и утащить прочь. Громко выругавшись (несколько дам даже прикрыли уши руками), прошипела: – И больше никогда не смей меня трогать. Понятно?! – Еще немного пошипев на прощание для нагнетания большего эффекта, я развернулась и сделала шаг вперед, а потом снова повернулась к эмпату. – Прости, забыла. – Звонкая пощечина украсила его щеку.

Поняв, что только что натворила, бегом кинулась к себе, в ужасе оглядываясь по сторонам. Я его унизила. Ударила при всех. Да он от меня сейчас мокрого места не оставит! Не хочу я в тюрьму! И жить хочется. Все эти мысли с бешеной скоростью проносились в голове, пока я прыгала по ступенькам, словно молоденькая козочка.

Захлопнув дверь, позволила себе отдышаться. Сейчас задвину щеколду и никого не впущу. Пусть выламывает двери. Мне все равно. Но прошло пять минут, а Владыка так и не появился. Послышался осторожный стук.

– Госпожа, это Эви. Откройте.

Я приоткрыла дверь и увидела напуганную служанку.

– Владыка приказал пойти к вам и узнать, может, вам что-нибудь нужно.

Я обалдело уставилась на эмпатию:

– Он имел в виду кинжал или яд?

– Нет. – Эви протиснулась в узкий проем. – Он сказал, что вы себя неважно чувствуете и…

Она замялась и робко посмотрела на меня из-под опущенных ресниц.

– Эви, что он еще сказал?

– Что будет смотреть сегодня ночью в окно и наблюдать за тем… как вы летаете на метле.

Я возмущенно ахнула:

– Он меня ведьмой обозвал?!

– Не то чтобы… да!

Я прищурилась и прошипела:

– Тогда пойди и скажи ему, что сегодня ночью я обязательно заскочу в гости к одному вампиру и повыбиваю метлой его острые клыки.

– Может, не надо? – жалобно простонала эмпатия.

– Эви, не перечь мне! Да, и на обратном пути собери все для ванны. Каких-нибудь там солей, трав, не знаю. В общем, чего-нибудь успокаивающего.

Она ушла, а я плюхнулась на кровать и задергала в воздухе ногами. Ненавижу! Честно, еще один такой разговор, и я проткну его кинжалом. В самое сердце. А потом буду с упоением смотреть на стекающую по белой сорочке кровь. Я кровожадно облизнулась и принялась снимать с себя верхнюю одежду. Все, война так война. Еще посмотрим, кто кого одолеет!

Эрот

Она меня ударила! Прямо при моих подданных! Сначала облила грязью, а потом ударила. Я стоял пораженный и не мог понять, что здесь только что произошло. И как поступить? Схватить кинжал и самому пойти вершить суд или же приказать посадить ее в подземелье?

Я приказал служанке отправиться к этой ненормальной и постараться усмирить ее. Ведьма! Настоящая ведьма!

Придворные с опаской поглядывали в мою сторону, но расходиться не спешили. Какая сцена! Теперь в ближайший месяц им будет о чем поговорить. Я хмуро кивнул в ответ на низкие поклоны и поспешил к себе, чтобы не видеть любопытных взглядов.

– Дорриэн, можно тебя…

Миланда, демон ее раздери! Чего еще эта дурочка от меня хочет?!

– Отец сказал, что меня выдают замуж. – Она всхлипнула, смахнула платком несколько слезинок. – Это правда? Это была твоя воля?

Я хмуро покосился на нее и прошел мимо.

– Дорриэн, постой! Ваше величество! А как же… я вас люблю.

Я еле сдержался, чтобы не расхохотаться. «Я вас люблю». Сейчас расплачусь!

– Тебе повезло. Тебе достался отличный супруг.

– Но я не хочу уезжать! – Девчонка заревела в голос и уже готова была броситься мне в ноги. – Оставьте меня здесь. Я выйду за того, за кого прикажете. Только не прогоняйте, прошу вас!

Я приостановился, раздраженно крикнул:

– Хватит! Ты уезжаешь сегодня вечером, и это не обсуждается.

За спиной послышались истерические рыдания. Но меня это нисколько не волновало. Я вдруг почувствовал сильную усталость. Нервы. Старейшины артачатся. Не хотят понимать, что я желаю Драгонии блага. Эдель и Воллэн постоянно спрашивают, что со мной. Хорошо хоть Леста давно не заглядывала в Ирриэтон. А еще эта стерва Нарин! Никак не хочет становиться покорной и молчаливой. Ее вообще хоть кому-нибудь удавалось укротить? Или она замолкнет только тогда, когда заснет вечным сном. И то небось будет являться мне в кошмарных снах и посылать к демонам.

Представив себе призрак посланницы, витающий над моей кроватью и непрестанно кричащий, я вдруг развеселился. Забавно. Хотя Нарин и так уже стала похожа на призрака. Такая же белая и прозрачная. Вспомнив о филонелии, я помимо воли нахмурился. Все-таки д’Ор сволочь. Травить девушку за то, что ее пытался изнасиловать его брат. Быстрая смерть эльфа, видите ли, не устраивает.

– Ваше величество, можно?

– Входи, Эви.

Служанка прикрыла дверь и тихонько произнесла:

– Я передала ей… ваши слова.

– И что она ответила?

Опустив глаза в пол, эмпатия еле слышно прошептала:

– Обозвала вас вампиром и сказала, что… э-э-э… выбьет вам зубы метлой этой же ночью.

Не сдержавшись, я улыбнулся:

– Хорошо. Скажи ей, что я буду с нетерпением ждать этого момента. Можешь идти.

Она поклонилась, но уходить не спешила.

– Что-то еще?

– Ваше величество, – голос служанки дрогнул, – может, не стоит продолжать давать госпоже лекарство? По-моему, оно ей не помогает, а только вредит.

Дурочка! Она что, действительно верит, что это лекарство?

– Сколько д’Ор приказал тебе использовать капель?

– Шесть в день.

– Сократи вдвое. Д’Ору ничего не говори. Все, иди.

И что мне делать? Я уже сам запутался и не понимаю, чего хочу. Убить ее или оставить в живых? Ладно, от трех капель филонелии особого вреда не будет. Так, легкие галлюцинации. Возможно, голова поболит. Хотя… в ней уже сил практически не осталось. Может, запретить травить девчонку? Но тогда она наберется сил и окончательно сведет меня с ума. А так, может, поваляется в постели недельку. Нет, три капли не убьют… Наверное…

Нарин

– Что он сказал?

– Сказал, что с нетерпением будет ждать вашего прихода… то есть… прилета. Проходите.

Я скинула одежду и вошла в ванную. Опустившись в горячую воду, благоухающую травами, с наслаждением зажмурилась.