Междумир - Нил Шустерман

«Ну хорошо же, не говори потом, что тебя не предупреждали!»

Алли заставила девушку закрыть глаза и сосредоточилась на нелёгкой задаче узурпации (нет, плохое слово)… овладения (тоже как-то не очень)… контроля (о, вот так лучше). Алли вообразила, будто её дух — это молот, и этот молот колотит, колотит, колотит — и так до тех пор, пока дух бегуньи не оказался где-то на задворках её сознания.

Когда она открыла глаза, тело перестало дёргаться и спотыкаться. Теперь оно полностью подчинялось Алли. Ей не бог весть как нравилось влезать в чужую шкуру, но куда деваться — цель оправдывает средства. Сказать по правде, соблазн остаться в теле спортсменки, сделать его своим жилищем был очень велик. Ещё бы: привлекательная девушка в отличной форме, хоть и несколькими годами старше — чего ещё надо?

Имей Алли иной склад личности — наверно, так и поступила бы. Но Алли отличалась силой воли, которая позволяла ей стойко противостоять соблазнам. Эта девушка — всего лишь транспортное средство, на котором она, Алли, доберётся до дому, и ничего больше. Бегунья заблуждалась — Алли не собиралась присваивать её тело. Она только взяла его взаймы. Да нет, собственно, даже не взаймы; она его арендовала — ведь бегунья получит плату. Абсолютное знание того, что в универсуме существует кое-что большее, чем доступно живому глазу — чем не плата?

Алли выудила из кармана связку ключей. На брелоке значилось: «Порше».

«Где твоя машина? — спросила она, но пленница упорно отказывалась сотрудничать и ответила лишь рядом выражений, которые здесь не совсем удобно приводить. — Ну и ладно, — сказала Алли, — сама найду».

Она принялась проверять все встречающиеся на пути гостиничные стоянки, нажимая кнопку на брелоке через каждые четыре-пять секунд. Это заняло довольно много времени, но наконец она услышала, как пикнула одна из машин.

Самая большая проблема, однако, состояла в том, что Алли не умела водить автомобиль.

Если бы она продолжала жить, то наверняка бы уже получила временное удостоверение ученика, но в сложившихся обстоятельствах… Словом, когда она вставила ключ в замок зажигания и завела двигатель, это случилось впервые за всё её существование. А тут ещё этот рычаг переключения скоростей… Нет, Алли кое-что знала о сцеплении и как оно работает, но чисто теоретически, практических навыков у неё не было. Даже выехать со стоянки оказалось сплошной нервотрёпкой: автомобиль то и дело останавливался, дёргался и скрежетал передачами.

— Моя машина! Моя машина! — взмолилась бегунья откуда-то с глубоких задворок сознания. — Что ты делаешь с моей машиной?! —

Алли не обращала на неё внимания. Она решила, что если какое-то время поколесить по боковым улицам, то как-нибудь приловчишься.

Выяснилось, однако, что вождение — штука куда более сложная, чем ей казалось; «колесить», чтобы «приловчиться», потребуется слишком долго. Было уже за полдень, а Аллины навыки вождения ничуть не усовершенствовались. Она начинала подумывать, а не бросить ли ей это дело и не найти ли какой другой способ передвижения — автобус, например. Вот только одна проблема: из Атлантик-Сити все автобусы шли в Нью-Йорк и Филадельфию. В Кейп-Мэй — ни одного.

— Знаешь что… — сказала пленница, на этот раз куда более спокойным тоном, — я услышала твои мысли и знаю, куда тебе надо. Вот если бы ты разрешила мне контролировать мои руки и ноги, так чтобы я смогла вести машину… —

Алли отвлеклась и поехала на красный. В панике надавила на тормоз и остановилась как раз посередине перекрёстка. Вокруг взвыли клаксоны, завизжали тормоза, понеслись соответствующие комментарии…

— Пожалуйста… — снова заговорила бегунья. — Пока ты не укокошила нас обеих —

У Алли как-то не было желания помирать ещё раз. Поэтому она сделала, как просила её пленница, и ослабила контроль — не полностью, только чтобы бегунья вновь могла управлять своими руками и ногами. К Аллиному облегчению, девушка стала куда более покладистой. Она вывела машину с перекрёстка и направилась в сторону шоссе, по которому можно было выехать из Атлантик-Сити.

Алли расслабилась, словно капитан, давший порулить первому помощнику.

«Спасибо», — сказала она пленнице. Та не отозвалась.

Всё шло отлично, пока они не достигли моста, соединяющего Атлантик-Сити с материком. Но на самой середине моста первый помощник устроил бунт. Пленница вдруг совершила мысленападение, полностью заставшее Алли врасплох.

— Украла моё тело, да? Пытаешься подчинить меня себе? А ВОТ ТЕБЕ, ВЫКУСИ! — И бегунья принялась вытеснять Алли — именно вытеснять, не подавлять. Алли почувствовала, как её выблевали из организма, словно прогорклую овсянку. Она больше не ощущала ни биения сердца, ни циркуляции воздуха в лёгких. Она потеряла связь с телом!

В надежде, что ещё не всё потеряно, Алли попыталась пробиться обратно, зацепиться, удержаться. Это ей удалось, и вновь два духа, две воли принялись драться за контроль над телом, а автомобиль в это время выписывал на мосту безумные зигзаги.

Он ударился в бок машины, идущей по левой полосе, отскочил, и его понесло прямо на ограждение моста.

— Видишь, что ты натворила? — завизжала бегунья.

«Я натворила?!»

Они врезались в ограждение, и Алли пережила ужасающий момент дежа вю.

Звук разлетающегося стекла, скрежет рвущегося металла… Она полетела вперёд, ударилась о ветровое стекло, а в следующий момент оно уже оказалось у неё за спиной…

…и однако это не было в точности как при той, прежней, роковой аварии, потому что, оглянувшись, Алли увидела бегунью: та по-прежнему сидела на водительском месте, перед ней вздулась воздушная подушка. Потом девушка выбралась из машины — перепуганная, вся в синяках, но очень даже живая.

Только теперь Алли сообразила, что происходит. Удар выбил её из тела девушки, она снова стала чистым духом и, оказавшись на капоте «порше», стремительно проваливалась сквозь него.

В отчаянии она попыталась ухватиться за что-нибудь, но всё вокруг принадлежало миру живых — уцепиться было не за что. Алли ощутила внутри себя жар, когда её тело опускалось сквозь разогретый мотор, а в следующую секунду, выпав из нависающего над краем моста автомобиля, она уже пронзала толщу воздуха на пути вниз.

— О нет! О нет!

Она даже не почувствовала разницы между воздухом и водой, заметила только, что освещение изменилось. Падение нисколько не замедлилось. А вскоре голубоватый свет, пробивавшийся сквозь воду залива, сменился угольной чернотой — Алли достигла дна. Она почувствовала, как её тело сначала наполнилось илом, затем, когда она достигла скального основания — камнями. Плотность Земли чуть замедлила её падение, но не достаточно. Не достаточно! Она тонула, шла вниз, и ничто не могло её спасти.

Камень в сердце, камень во всём теле. Скоро станет горячо — она достигнет магмы; но пройдёт ещё много, много лет, прежде чем она окажется в гравитационном центре, а тогда начнётся ожидание конца света. Алли была обречена.