Алый легион - Трой Деннинг

— Спасибо, — улыбнулся Рикус. — Помощь мне очень даже пригодится… Прежде, чем продолжить путь, мул оглянулся в сторону ворот.

Все вокруг было усеяно мертвыми телами гномов, гладиаторов и урикитских великанышей. Повсюду — воронки от разрывов огненных шаров, которыми так любили кидаться темплары Хаману. Но гладиаторы отбросили урикитов. Они с боем пробивались из лагеря в город. Чуть дальше отряд рабов, закинув на стену веревки с крючьями, быстро перебирались на другую сторону.

Видя, что все идет гладко, Рикус снова двинулся вдоль стены. И вот, наконец, он услышал то, чего так долго ждал.

— Могучий король, — сказал чей-то нервный голос. — Императорская стража стоит насмерть. Вы же и сами это видите!

— Я вижу только то, что мою Стражу теснят какие-то рабы! — Резкий голос, в котором слышалась горечь.

Короткая пауза, и нервный человек ответил:

— Тиряне — гладиаторы. Они обучены…

— Эта битва уже стоила мне большего числа рабов, чем я смогу заполучить, даже если захвачу в плен всех тирян до единого, — огрызнулся Хаману. — Если мы потеряем еще немного, офицерам Императорской Стражи придется самим добывать обсидиан.

Большего мулу и не требовалось.

— Хаману за стеной, — прошептал он. — Гаанон, подсади меня, я посмотрю…

Великаныш отложил в сторону боевой молот и послушно подставил руки. Рикус выглянул из-за стены и сразу понял причину негодования короля-колдуна Урика. Мертвые тела великанышей-стражников и одетых в желтые рясы темпларов усеивали улицу так густо, что из-под них даже не было видно мостовой. А гладиаторы Тира продолжали теснить урикитов…

Но внимание Рикуса привлекло другое зрелище. Возле ворот, черными пятнами на залитой кровью мостовой лежали темплары Тира. Почти все сжимали в мертвых руках оружие. Они явно погибли, сражаясь. Рикус даже разглядел седую голову Стиана, чье безжизненное тело лежало на одном из немногих убитых в этом бою великанышей. Кем бы темплар ни был, сколько бы неприятностей ни причинил мулу, но теперь Рикус знал наверняка — он не предатель.

— Но если не Стиан, — нахмурился мул, — то кто?..

«Почему обязательно шпион? — возразила Тамар. — Ты достаточно глуп, чтобы стать своим собственным предателем. Только последний дурак решился бы на подобную авантюру.»

Не обращая внимания на слова призрака, мул посмотрел вниз, на Гаанона.

— Помоги взобраться наверх. И пусть остальные следуют за мной… Мгновение спустя Рикус смотрел на лежащую за стеной улицу. Он на секунду замер: достаточно, чтобы заметить под самой стеной толпу великанышей, и среди них — озабоченного темплара и высокого энергичного человека в золотой тунике. В руке человек держал длинный стальной посох с обсидиановым шаром на конце.

Не желая предупреждать своего врага об атаке, Рикус, не раздумывая, прыгнул вниз. Хотя у мужчины не было на голове короны, мул не сомневался: это и есть Хаману. План Рикуса оказался столь же неудачным, как и его прыжок. Тень гладиатора коснулась короля. Тот поднял глаза, усмехнулся и сделал небрежное движение рукой.

Мир вокруг Рикуса покачнулся. Мул продолжал падать, но только очень медленно. Гладиатор успел во всех подробностях рассмотреть лицо своего противника. У короля-колдуна Урика были коротко остриженные седые волосы. Смуглая кожа туго обтягивала хищные черты лица. Глаза были желтые, равнодушные, словно из золота.

Пытаясь совладать с охватившим его страхом, Рикус взмахнул мечом. Но клинок едва пошевелился. Мулу ничего другого не оставалось, как размышлять в отчаянии о легкости, с которой Хаману нейтрализовал его атаку.

«Глупец, — засмеялась Тамар. — Ты позволил ему применить против тебя Путь» «Помоги мне!» — в отчаянии взмолился Рикус.

«Каилум все еще жив, — ответил призрак. — Я ничего не стану делать… пока не буду уверена, что ты отдашь Книгу мне.»

«Я тебе уже это обещал!»

«Гномам ты тоже обещал, — напомнила Тамар. — Мне нужны более надежные гарантии».

«Хаману убьет меня! Кто тогда найдет тебе Книгу?»

«Если хочешь, чтобы я тебе помогла, поклянись жизнью Ниивы, — не отвечая на вопрос, заявил призрак. — Иначе я позволю Хаману прикончить тебя… и весь твой легион погибнет.»

Рикус продолжал медленно опускаться, и Хаману широко улыбнулся, обнажив острые, как кинжалы, зубы.

«Клянусь», — пообещал мул.

Он испытывал острое чувство стыда, но сейчас даже и не пытался оправдать свой поступок. Потом ему придется выбирать между двумя обещаниями — если, конечно, он до этого вообще доживет.

«Приготовься», — сказала Тамар.

Рикус почувствовал острую боль в сердце — Тамар пыталась освободить его из-под власти колдуна. Он снова взмахнул мечом, но результат был тот же. Продолжая улыбаться, Хаману отступил от медленно опускающегося Рикуса и поднял свой посох.

«Он слишком силен! — встревоженно объявила Тамар. Чувствовалось, что она здорово устала. — Ты должен мне помочь. Представь себя внизу, там, где оказался бы, если бы не это проклятое заклинание.»

Мул перевел взгляд на булыжники мостовой у ног короля-колдуна и представил себя там. Из глубин его существа поднялся поток жизненной энергии… Он снова ощутил боль в сердце — Тамар мобилизовала свои собственные силы…

Внезапно Рикус обнаружил, что лежит на холодных камнях. Он не помнил, как вырвался из-под власти Хаману. Не помнил, как ударился о мостовую. Просто внезапно он оказался на камнях: в глазах — разноцветные круги, все тело — одна сплошная боль.

Отчаянным усилием перевернувшись на бок, гладиатор увидел, что приземлился между королем и нервным темпларом. Добрых два десятка великанышей с безграничным удивлением глядело на мула из-за плеч своих господ. Некоторые подняли было копья, но Хаману жестом приказал им оставаться на местах.

— Нискет. — Он указал жезлом на темплара. — Убей этого раба.

Бледный, как смерть, темплар потянулся за висевшим у него на поясе мечом.

— Нет, Нискет, — остановил его король. — Голыми руками.

— Но, великий король! Гладиатор вооружен! Я не смогу убить его без оружия!

— Не сможешь? — переспросил Хаману, и все его лицо озарилось какой-то звериной, жестокой радостью. — Очень жаль…

Перекатившись в сторону Нискета, мул, не поднимаясь с земли, ударил мечом. Снизу вверх. Волшебный клинок, пробив спрятанный под желтой рясой панцирь, вонзился темплару в живот. Нискет пронзительно закричал и, как подкошенный, повалился на Рикуса.

Выкарабкавшись из-под умирающего темплара, мул очутился нос к носу с двумя великанышами, вставшими на защиту своего короля.

— Предоставьте этого жалкого цареубийцу мне, — небрежно заявил король-колдун, проходя между стражниками и, уставив на мула желтые глаза, спросил: — Ты ведь Рикус, не так ли?