Тимиредис. Летящая против ветра - Надежда Кузьмина

Через неделю Ас повторил сеанс эльфийской магии, убрав мне последние рубцы в суставах и недолеченные шрамики на коже. Теперь по локоть я была настоящей леди — заподозрить, что в семилетием возрасте я этими руками таскала дрова, драила полы, носила воду и ворочала лопатой навоз, не смог бы никто. Но, главное, на лад пошло волшебство. Сначала стабильно стали выходить иллюзии, потом я рискнула поднять человеческой магией булку с маком, на которую нацелилась Бри. Она не знала, ругаться, смеяться или хвалить меня — ей самой завернутое заклинание пока не давалось.

Кстати, я, наконец, выяснила, кто нравится Бри. Оказалось, подруга неровно дышит к худощавому, кареглазому, почти всегда сумрачному Заку. Обычно этот темный шатен терялся на фоне своего приятеля — шумного белобрысого дылды Кирана. И улыбался Зак нечасто.

Но если уж решил улыбнуться — это искупало все — такой светлой, доброй, солнечной улыбки я не видела больше ни у кого. Только у Шона. И я так поняла, что она Бри и подкосила… Вообще, высокий темный Зак и смешливая беленькая Бри смотрелись рядом здорово. Вот только Бри сомневалась, что ему нравится — держался парень совершенно нейтрально. Болтал, как со всеми, приглашал иногда танцевать… и всё. А начитавшаяся эльфийских романов Бри жаждала страстей!

Ну, вот какие страсти? Ей нет четырнадцати, ему пятнадцать…

Ненормальная!

Наступила календарная зима. Я активно продолжала упражняться в драконьей магии. Теперь на подоконнике рядом с моим местом у письменного стола стояли шесть чашек с водой, втихую стыренные из столовой. И, пока занималась химией или выводила руны, тренировалась. С водой в отдельно взятой чашке я могла сотворить уже многое — вскипятить, заморозить, испарить… Но я хотела научиться пользоваться своими способностями прицельно и точно. Так, как привыкла взвешивать травы на аптекарских весах. Допустим, нагреть вторую и четвертую посудины, не трогая остальные. А потом — еще сложнее. Вторую заморозить, пятую испарить. Или нагреть, но до заданной температуры — градусник у лорда Йарби я выпросила.

Представлялось, что данные умения могут быть полезны в двух важных для меня областях. При работе в алхимическом кабинете — вот как бы здорово было делать все, не парясь со спиртовкой! И при самообороне — напали на тебя, а ты взяла и заморозила агрессору то самое… Пока не оттает — снова точно не полезет!

Теперь я проводила много времени в библиотеке, просматривая каталоги и книги на полках. Чем больше узнаешь, тем больше обнаруживаешь вокруг неизвестного.

Я так нервничала из-за приближающейся сессии, что не сразу заметила, что Аскани тоже весь на взводе. И прежде прохладно-сдержанный, сейчас он держался ледяным истуканом. И только когда уходил мыслями в себя, по лицу начинали перекатываться желваки, а рот кривился — видать, думы были невеселыми. Но стоило ему заметить, что я на него смотрю, как на лицо немедленно возвращалась привычная маска отстраненной вежливости.

Что с ним? Явно же, не в учебе дело! По общим дисциплинам Ас был первым в классе, а по магии в тройке лучших. Кстати, в волшбе я от него не сильно отставала.

— Ас, что у тебя стряслось?

Сейчас мы были в деннике у Прибоя, и я специально встала поперек двери, не давая ему сбежать и уйти от разговора.

— Ничего.

— Ас, я тебе ни разу не лгала. Так не ври и ты мне!

Он вздохнул.

— Впереди зимние каникулы. И мой день рождения. Я получил письмо — они устраивают двухнедельное празднество и по окончании сессии присылают за мной эскорт — забрать домой. Накручено все так, что избежать этого мне не удастся. Сама понимаешь, обратно я не вернусь.

— Ас, ты тупица, — вздохнула я. — Пошли к лорду Россу. Ты ж наверняка ему не говорил?

— Чем он сможет помочь?

— Вот и посмотрим, — улыбнулась я. Вот как его поддержать? А если?.. Шагнула к нему… и осеклась. Все же не могу. Разве что вот так? Потянула за рукав удивленно захлопавшего глазами Аскани, заставив повернуться, и обняла сзади за талию, прижавшись щекой к спине. Тот сначала замер, а потом положил руки поверх моих. А затем аккуратно переместил мою левую ладонь туда, где гулко билось его сердце. Я уткнулась в него лбом и замерла. Огурец и Морковка, ага.