Пара для дракона, или рецепт идеального глинтвейна - Алиса Чернышова

Каменный дракон понимающе хмыкнул и бросил на напарницу оценивающий взгляд.

Хорошая девочка, интересная и перспективная. Удивляться, на первый взгляд, нечему: у его старого ученика, Иса Ледяного, всегда был отменный нюх на кадры. Но интуиция Кремня, выкованная годами дичайшего и многогранного кабздеца, отплясывала, как упоротый шаман из джунглей Шатаку — а уж чутью своему дракон доверять привык. В случае с фейри-перебежчицей было что-то ещё, кроме профессионализма; что-то ещё было в отношении самого Иса и его пары, волка-следопыта Гора, к девочке.

Альтернативно одаренное пушечное мясо в ведомстве шепталось, что Раока околдовала Иса чарами фей. Кремень не спорил — заняться ему, что ли, нечем, чтобы спорить с идиотами? — но прекрасно знал, что уж кого-кого, а Иса чары фей не берут по определению. Благо, такой сам при должном желании кого хочешь околдует.

Другие, личности поумнее, лишь плечами пожимали: ну, стало Ледяному скучно с парой, захотелось разнообразить половую жизнь, вот и взяли себе куколку да продвигают по карьерной лестнице. Эта версия была более вменяемой, но критики тоже не выдерживала. Кремень повидал за свою жизнь всякого и мог точно сказать — не смотрят так хозяева на кукол, равно как и куклы на хозяев.

Между тем, у Кремня были свои догадки. Инстинктивные, да и не желал он их обличать в слова — такие штуки вообще лучше не проговаривать, особенно если не твоего ума дело. Но было в фее нечто знакомое — улыбка.

Кремень такую уже видел, притом не раз.

Например, сразу после вступления в должность Ис попросил старого учителя взять одно дельце. Сказать, что скандальная была история — ничего не сказать: ловили ловкача, похищавшего детей у людских семей. При прошлом князе искали преступника долго, нудно и без особого успеха. Под шумок всех, в ком была толика крови фейри или демонов, из тех земель вычистили — дескать, все проблемы от диаспор, и деток наверняка кто-то из них ворует. Не драконы же, право слово! Среди драконов такого быть не может, нет-нет, у нас инстинкты иные. Ха. Три раза. Факты — штука упрямая. Ису хватило одного беглого взгляда на это дело, чтобы понять: виновник — один из драконов. Только вот предать это дело огласке он не мог, потому и привлёк Кремня.

Грязная была работёнка, даже по его меркам. Каменный справился, хотя противник ему достался хитрый и вёрткий — благостного вида семейная пара драконов, приближенных к знати. Потеряли собственного ребёнка и спятили на этом фоне абсолютно. К сожалению, драконы даже с ума сходят с размахом, могущество сказывается. Вот и эти не утратили ни опыта, ни магического таланта, ни аналитического — выдающегося — ума. Просто хобби у них объявилось такое, стали ловить… кукол.

Что с ними потом делали, Кремень предпочитал не вспоминать, благо сам был отцом. Но запомнился ему тогда один мальчишка из тех немногих, что выжили — все время улыбался. Другие плакали (те, кого украли недавно), смотрели сквозь, ничего не видя (те, кто пробыл давно), а этот — улыбался.

Так же, как Ис стал улыбаться после возвращения. Так же, как сейчас улыбалась ему фея, попивая блестящую настойку.

Можно было продолжить эту мысль, но Кремень не стал — он повидал слишком много для того, чтобы добровольно о таком думать. У него есть свои дети, во имя Неба! Факт один: дракон был несказанно рад, что фея выжила, потому что не хотел бы посвящать шефа в подробности произошедшего. Своему князю Ис ничего бы не сделал, а вот подвернувшимся под руку подчиненным, которые подобное допустили…

— Я ни на что такое не намекаю и не хочу отвлекать от умных мыслей, но — не стоит ли нам поторопиться? — взмахнула Раока ресничками. — Время очень-очень дорого.

— Мы ждём госпожу Медведей, — напомнил Кремень. — Она просканирует её светлость и, возможно, сможет найти того, кто злоумышлял против княгини. Ведьмы способны сделать такое, когда речь идёт о близких.

— Что, если это не даст результата?

— Тогда и будем думать. Смысла бегать кругами не вижу в любом случае: отчёты ребят и магов-аналитиков уже у нас на руках.

— И так же полезны, как штаны для русалки, — вполне справедливо отметила фейри. — Суммарно можно сделать вывод, что никто никого и нигде не видел — прямо у всех выборочная слепота и параллельно разбегающееся косоглазие проснулось, не иначе! Самое паршивое, что едва ли медведи разрешат нам потенциальных свидетелей из конкурирующих ведомств… пристрастно допросить — при наличии волка в главных подозреваемых.

Кремень понимающе улыбнулся.

— Тяжко в гостях — никакого тебе веселья.

— Это да, — вздохнула напарница. — Особенно когда все настолько… публично.

Сотрудники Комитета Безопасности обменялись понимающими взглядами — для их работы огласка входила в список самого паршивого, что только можно себе вообразить. Но какое же покушение на княгиню Предгорья — без огласки-то?

— Ты прочёл отчет по волку? — вопросила она после недолгого молчания.

— Да, — Кремень поморщился. — Радости — полные сапоги, аж хлюпает.

— Ничего не видел, заклинание зачистки применил, поскольку случайно активировал один из боевых амулетов. Так правдоподобно, что всплакнуть тянет.

— Ну, последнее — бред пьяного демона, обожравшегося эманаций, — поморщился Кремень. — А вот в то, что серый коврик никого не видел, охотно верю — как-никак, его жизнь на кону. Ну, либо у него есть серьёзные причины покрывать убийцу.

— Если так, то это выяснится при сканировании, — зевнула фея, обнажая острые клычки. — Но я проверила: пары у него нет, главы рода достаточно далеко отсюда. Ни ради кого иного волк так глупить не стал бы. Так что базово просто поверим, что он случайно оказался в том же месте. Заклятие действует примерно час, так что допустить можно. Княгиня случайно взяла куколку, волк случайно применил чары поблизости, лис случайно нашёл следы… многовато для совершенной случайности.

— У меня чувство, что кто-то подсказал лису, что и где искать, — кивнул каменный. — Но признание в этом из него не выбьешь. Их семейства тесно и нежно любят друг друга ещё со звериных войн, так что песец за шанс закопать кровника поглубже ухватился бы сразу. А вот остальное… редко, но порой Пряха выкидывает такое, что лишь диву даешься. Все, что в теории могло бы пойти не так, на практике все же идёт не так.

Раока подняла на напарника мечтательный взгляд.

— И все же… думаешь, Медведи вовлечены?

Кремень хмыкнул — он пришёл ровно к тем же выводам.

— Так на первый взгляд кажется, — сказал он. — Но…

— Им незачем, — кивнула она. — Именно Тир с Аром сумели наладить отношения с Медведями. А значит…

— Наши, — ухмыльнулся каменный дракон. — Всегда надо начинать со своих — такая у нас чудная работа.

— Не пей больше демонского самогона, — вернула усмешку фея. — Он делает тебя философом и фаталистом.

— Я стал философом и фаталистом ещё тогда, когда ты гадила в пелёнки, — буркнул он, лёгким кивком головы предупреждая о приближающихся гостях. — Мне пришлось учить твоего шефа искусству шпионажа, между прочим. Думаешь, такое просто пережить — без психологической травмы?