Городская охотница - Мария Устинова

Время плохих новостей началось, вампиры разозлились. Это был хороший знак в том смысле, что не все шло по их плану, но плохой, потому что отвечать мне.

Я точно знала: когда вампиры появились в «Туристе», там уже ничего не было — ни ребят, ни Эмиля, ни тела. Но глядя на разрушения — выбитые двери и исчезнувшие трофеи, они легко сделали нужные выводы.

Я решила ставить на свою невиновность.

— Я не знаю, что произошло в «Туристе», — голос немного дрожал.

— Ты туда ездила?

Я быстро прикинула, признаться или нет, но Оксана уже заметила паузу.

— Там останавливаются приезжие, иногда мы их навещаем. Поприветствовать от лица города.

Лицо Оксаны исказилось, она хотела меня пнуть, но сдержалась — только кулаки стиснула:

— Дрянь! Позвони еще раз своему мужу и поторопи его!

Я нерешительно потянулась за телефоном в ее руке, глядя на вампиршу, как на кобру в стойке. Я всерьез опасалась, что она на меня бросится. Оксана без фокусов отдала телефон и выпрямилась, сложив на груди руки.

Эмиль ответил быстро.

— Ты скоро приедешь?.. — промямлила я, и он меня перебил.

— Я приеду. Я все понял, скажи ей, что уже выезжаю.

Ледяная рука страха, держащая за сердце последние несколько часов, слегка отпустила.

— Он приедет.

Но я по-прежнему не была уверена, что мне это поможет. Что он вообще приедет. Что найдет этот поворот на Сосновый бор. Что его там, черт побери, не убьют.

Оксана расслабилась, и глаза наполнились теплыми отблесками огня.

— Теперь я тебе верю, — мурлыкнула она.

Оксана прошлась по комнате, и я увидела, как ее понемногу покидает напряжение. Она подобрала с дивана куртку и оделась, это оказалась приталенная белая парка с капюшоном. Куда-то собирается?

Белобрысый протянул мне руку и помог встать. В его лице по-прежнему ничего не изменилось — расслабилась только Оксана.

Она остановилась напротив стены с луками и рассматривала их, сложив руки за спиной.

— Знаешь, какой мой любимый, охотница? — не оборачиваясь, спросила она.

— Какой?

Если честно, мне плевать, я поддержала разговор, чтобы тучи над моей головой снова не начали сгущаться.

— Этот, — она погладила гладкую металлическую рукоятку и, привстав на цыпочки, сняла с крепления длинный лук.

В ее руках он смотрелся немного неуместно.

— Идеальное оружие, — поделилась она. — Ни пороху, ни шума — изящно и красиво. А ты что думаешь?

— Мне больше пистолет нравится, — честно ответила я.

— Не умеешь стрелять из лука? — усмехнулась Оксана.

— Нет. К тому же нелепо таскать по городу лук и колчан со стрелами. С огнестрелом проще.

— Проще, да, — согласилась вампирша, она аккуратно уперлась луком в пол, как тростью и достала телефон. — Ты меня слышишь? Андрея не видно?

Я напряженно вслушалась в разговор, пытаясь угадать, что все это значит. Не на Эмиля, случайно, готовят засаду?

— Ладно, — продолжила Оксана. — Скажи остальным, что могут уходить, сам останься на месте и как только Андрей появится, звони мне.

Она сунула трубку в карман и оглянулась.

— Подождем твоего Эмиля, а пока его нет, развлечемся, — Оксана тренькнула тетивой и улыбнулась. — Сто лет не стреляла.

Белобрысый передал ей стрелу. Вампирша аккуратно наложила ее на тетиву, подняла лук и согнула левую руку в локте, натягивая тремя пальцами, пока она не коснулась подбородка.

Оксана не рисовалась — стойка была профессиональной, и с луком она обращалась уверенно. Как минимум — пара лет спортивной стрельбы в прошлом.

— Беги, — сказала она.

— Что? — я переступила с ноги на ногу.

Она же не станет стрелять в меня из лука?

— Беги, — шепнула Оксана, медленно дотягивая тетиву, и вдруг разжала пальцы.

Стрела вонзилась в гобелен над камином. Оксана опустила лук, недовольно разглядывая пораженную цель. Я бы подумала, что она промахнулась, если бы своими глазами не видела, что туда она и целилась. Стрела вонзилась в голову нарисованного оленя, истекающего кровью на снегу.

— Оксана, может не стоит? — забеспокоился Влад. — Я ей уже свидание назначил.

— Заткнись. Следующую.

Ей снова подали стрелу, и в этот раз вампирша прицелилась в меня.

— Ну? — она вздернула брови. — Побежишь или уложить тебя здесь?