Загадка имперского посла - Сергей Садов

— И вы с ними ездите без охраны?

— А кому они могут понадобиться? — удивился казначей. — Обналичить их все равно сможет только тот, на кого они выписаны. Для любого другого это обычные раскрашенные бумажки.

— Понятно. И до какого времени вы ездили?

— Обычно я заканчиваю переговоры до часа, потом обедаю и возвращаюсь в посольство. Но в тот день было много встреч и пришлось работать до вечера. Вернулся в посольство я к семи часам. Тут я встретил Жордеса. Он спросил, есть ли у меня какие-нибудь дела. Я сказал, что все закончил и осталось только просмотреть уже заключенные договора и подготовить оплату по тем, по которым подходит срок, но это было не к спеху. Я так и сказал. Тогда он попросил съездить к ювелирам и оплатить его недавнюю покупку, поскольку уже подходил срок. Жордес в таких делах был очень обязательным.

— И на этот раз вы отправились на своем коне?

— Совершенно верно. Я поужинал вместе с Жордесом, забрал коня и уехал. Но на обратном пути эта скотина чего-то испугалась и понесла. Как результат — повреждена нога.

Граф согласно кивнул.

— Коновал говорит, что еще дня два не сможет бегать, — сожалеюще вздохнул он. — Жаль Черныха, отличный жеребец.

Наташа покосилась на Нура. Никак лошадник. Причем заядлый.

— Из-за этого я и задержался, — вздохнул Орленд. — Пока нашел толкового коновала, пока тот осматривал, накладывал повязку. Потом через полгорода пешком добирался, ведя конь на поводу. Приходилось часто останавливаться.

— Почему же вы не оставили его у этого коновала? — удивилась девочка. — Тащить хромого коня…

— Чтобы я оставил своего Черныха у посторонних?! — возмутился казначей. И снова граф согласно кивнул. — Тем более лучшие коновалы либо в посольском квартале, либо в районе особняков, где жил Жордес. Все равно бы пришлось его потом забирать. Лучше уж сразу, потихоньку, тем более спешить было некуда. Счета я ведь мог и на следующий день отдать.

— Понятно. И вы до самого вечера добирались до дома?

— До вечера? — хохотнул казначей. — До ночи. Только к часу и добрался. Сообщил в посольство и попросил на следующий день прислать коновала.

На этот раз кивнул Вестарий.

— Дежурный мне на следующий день сообщил об этом. Я сразу и распорядился отправить коновала, как только тот появился.

Наташа поднялась и подошла к разложенным уликам.

— Эти счета?

— Я уже говорил. Да, они самые.

— А когда вы их послу отдали?

— В дороге. Совершенно случайно его встретил. Честно сказать, удивлен был страшно.

— И вас не удивила его одежда?

— Обычная одежда. Он как раз к дому подъезжал. В той, — Орленд выделил голосом слово «той», — я его увидел, только когда тело привезли в посольство.

Наташа задумалась.

— Посол уехал из дома после часа, вы его видели, когда он ехал из посольства, это было… около двенадцати?

— Ну да, — пожал плечами Орленд. — Я даже подумал, что он меня столько времени в посольстве ждал, даже прощения просил. Но Жордес сказал, что у него были дела, посочувствовал по поводу коня и просил не переживать. Я отдал ему счета и отправился дальше.

— А у его дома вы как оказались?

— Так самая короткая дорога от ювелиров до посольского квартала мимо его дома и проходит. Там дальше пару кварталов пройти, перейти мост и еще два квартала.

Наташа развернула на столе карту и изучила ее.

— А где дом ювелиров?

Орленд поднялся, подошел к столу, присмотрелся и ткнул пальцем. Девочка удовлетворенно кивнула.

— Ну вот, кое-что стало ясно и удалось даже узнать кое-какие новые детали. А после встречи вы…

— Отправился домой, естественно.

— А в посольство как сообщили?

— По линии связи, само собой, — немного раздраженно буркнул казначей. — Все высшие сотрудники посольства имеют связь.

— А почему же вы Жордесу не сообщили о своей задержке из-за коня?

Орленд нахмурился, покосился на свой амулет и со вздохом признался:

— Потому что я в тот день связь дома забыл. Въедливы же вы, госпожа Призванная.

Наташа сердито засопела, но тут же взяла себя в руки.

— Госпожа Наташа, — буркнула она. — Работа такая, быть въедливой. Я пытаюсь восстановить события того дня как можно полнее. Значит, с вами ясно. Теперь вы, господин Рок. Жордес делился с вами какими-нибудь своими сомнениями? Говорил что-нибудь о том, что кто-то вызывает в посольстве подозрение?

Тот отрицательно покачал головой. Наташа подергала себя за подбородок и задумчиво покусала губы.

— Вот странно… — она помолчала. — Ведь вы начальник охраны посольства. Собственно, вы и отвечаете за безопасность… в том числе и следите за возможными предателями… Его величество поделился со мной настоящей целью назначения Рекнерта сюда. Ваше величество, вы позволите разгласить эту тайну?

— Что ее теперь хранить? Если считаете нужным для дела, разглашайте.

— Спасибо, ваше величество. Итак, настоящей целью назначения Рекнерта было проведение следствия по делам прошлого посла, который, как оказалось, вовсе не погиб при схватке с пиратами, а сам спланировал собственный побег. И он же был виновником некоторых не очень хороших событий.

Граф ахнул, а вот Рок и Орленд остались невозмутимыми, — судя по всему, догадывались, что к чему. А граф… странный он. И как такой недогадливый в дипломаты попал?

— И мне интересно, почему, уже даже почти закончив расследование, Рекнерт не привлек офицера охраны к своим делам?

— Капитан, вы можете объяснить это? — резко, как удар хлыста, прозвучал вопрос императора.

Вестарий Рок смертельно побледнел, вытянулся:

— Нет, ваше величество.

— Госпожа Призванная…

— Прошу прощения, ваше величество. Это ведь всего лишь косвенная улика, которая ничего не доказывает. Причин может быть несколько на самом деле. Возможно, Рекнерт и сам не ожидал успеха от поездки, и это была обычная реко… рекагна… рекогни… блин, придумаете вы, военные, термины, язык сломаешь. В общем, разведка.

В комнате заулыбались все, кроме разве что Вестария Рока.

— Рекогносцировка, — поправил ее император. — Так что ты хочешь сказать?

— Я говорю, что это всего лишь один из вопросов, на который нужно получить ответ. Но спешить отвечать на него самим не стоит. Возможно, ответ мы получим, побеседовав с остальными сотрудниками. Давайте поговорим с помощником казначея посольства — Нарном Горхом… тем более в прошлый раз он отказался со мной беседовать, сославшись на свою важность и важность его сведений. — Некоторая мстительность девочке была вовсе не чужда.