Песнь Серебряной Плети - Бранвена Ллирска

— Ты вообще себе представляешь, что это такое?!

Киэнн устало кивнул:

— Представляю. Я на нем полтора месяца сидел, как героинист на игле.

— Ломка есть? — живо поинтересовался алхимик.

Киэнн с сомнением дернул бровями:

— Пока нет, но то ли еще будет…

Эрме довольно хохотнул:

— Не будет, пациент. Верьте мне, я — доктор.

Киэнн в ответ лишь недоуменно покосился на бесноватого. А пожалуй да, запросто сойдешь за очередную инкарнацию…

Пикси тем временем с азартом, бьющим, точно гейзер из-под земли, продолжил:

— Это — источник бессмертия! До того, как фоморская братия наложила на него лапу, смерти в Маг Мэлле не было вовсе. Потому что даже те, кто умирал, возрождались не позднее, как на четвертый день. В его водах.

— Но это же просто легенда, Эрм, — скептически покривился Киэнн.

— Это не легенда, юноша! — взвился тот. — Это Ее Величество История! Единственное, чего я до сего дня не знал — это как и где именно они заперли воды Ши-Ланэ….

Киэнн не удержался от колкости:

— Маленькие пташки так далеко не залетают?

Эрме выразительно похлопал свернутым кнутом по голенищу сапога:

— Допросишься.

— Молчу-молчу.

Новый, хотя и менее интенсивный припадок у безумного мага случился, когда речь зашла о трех библиотеках фоморов.

— И она их расшифровала?! — потрясенно провопил он.

— Ну, вроде да, — кивнул Киэнн.

— С ума сойти!

Киэнн предпринял героическую попытку, чтобы не расхохотаться:

— А что, это можно сделать дважды?

Змея кнута, стремительно развернувшись, угрожающе щелкнула в воздухе:

— Последнее предупреждение, — внушительно пояснил пикси.

Киэнн выдохнул и попробовал продолжить. Но получалось как-то не очень ладно и складно. Рассказывая о Эйтлинн, он неизбежно начинал путаться, сбиваться, терять нить повествования и, что греха таить, откровенно привирать. Эрме неизменно одергивал и заставлял начать с начала. Так что, дойдя до конца истории, Киэнн чувствовал себя вымотанным и разбитым, как лошадь после двадцатичасовой скачки. А еще изнутри, как голодная собака кость, душу грызла какая-то тупая тоска. И почему-то опять нестерпимо хотелось отравиться.

Пикси, дослушав, погрузился в долгое задумчивое молчание, что внушало Киэнну новую волну опасений. Наконец волшебник медленно вышел из оцепенения, точно оживающая статуя — жертва смертельного взгляда Горгоны Медузы, и изумленно протянул:

— У-у-умная же-е-енщина…

Киэнна как огнем обожгло:

— И ты туда же, Эрм! Она же не понимает, что творит! Так же нельзя! Это чудовищно! И… в конце концов… мать твою, я же этого просто не стою!

Рыжий демон поднял на него дикие пятнистые глаза:

— А при чем здесь ты? Ты вообще отдаешь себе отчет насчет того, что у нас здесь сейчас происходит?

Киэнн нерешительно пожал плечами и тут же пожалел о неуместном жесте, сдавленно зашипев от боли:

— Э-э-э… Всё, как обычно? Разве нет?

Пикси обличительно хмыкнул:

— Если бы! Сколько там в твоем списке? Четыре сотни? — Умножь еще на сто. Если с арифметикой у тебя тоже туго, я подскажу: сорок тысяч. За девять лет. И она только набирает обороты. Твое ненаглядное чадо видит своего потенциального убийцу в каждом втором фейри, вне зависимости от того, что они делают. И если бы еще в ее картине мира была хоть какая-то последовательность, а в ее параноидальных страхах — логика! Правда, я бы в таком случае, скорей всего, отправился к берегам Аннвна одним из первых, но как знать, может быть, сорок тысяч других уцелели бы. И кстати, несмотря на завидный сексуальный аппетит (верней, я бы сказал, «незавидный», потому что, разрази тебя Мор, всему же есть разумный предел!), наследника у нее до сих пор нет, и скорее всего никогда не будет. А если вдруг непредвиденное случится, и она все-таки ненароком «залетит», держу пари, она сделает примерно то, что ты так услужливо, по доброте душевной, можно считать, предложил своей Эйтлинн — избавится от ребенка. Соображаешь, дурья башка? Доходит, чем это все закончится?

Киэнн почувствовал, как земля стремительно уходит из-под ног, а воздух какого-то черта сваливает из легких, как мирное население из зоны вооруженного конфликта.

— Ты… перегибаешь палку… Она… ну, должна же она понимать, что это ее не спасет… По идее…

— Кому должна? — ядовито парировал Эрме. — Может, хочешь пойти и объяснить ей? Нет? — У тебя было пятнадцать лет, чтобы это сделать! Пятнадцать, Киэнн! Ты объяснил? Если да, то как-то хреново.

Киэнну невыносимо захотелось сдохнуть еще до рождения. Дайте мне переиграть! Открутите пленку на двадцать лет назад!

Тогда не будет Эйтлинн…

Но, может быть, это и к лучшему…

Для нее…

— Эрме, — хрипло начал он, — можешь пообещать мне одну вещь?

Алхимик подозрительно покосился на него:

— Говори.

— Ты же и так, небось, уже знаешь!

Пикси фыркнул:

— У тебя какой-то кордебалет в голове, понять ничего невозможно!

Киэнн облизнул сухие губы:

— Если она… Этта… нет, когда она это сделает… Ну, в общем… Если она придет сюда с этим ребенком, и если все пойдет не так, как ей хотелось… Ну, ты же понимаешь, о чем я… Если все закончится дерьмово, если это, к Фенрировой суке, убьет его и только — пусть считается, что это моя вина. Не ее.

Рыжий колдун косо посмотрел на него прищуренным глазом:

— А она знает?

— Что? — нервно огрызнулся Киэнн.

По губам коротышки скользнула ехидная улыбочка:

— Ну, то, что ты настолько на ней помешан?

Киэнн отвернулся:

— Ей незачем это знать.

Пикси сокрушенно вздохнул, точно взывая к небу:

— И они еще меня называют сумасшедшим! Иди проспись, придурок! Завтра еще раз спросишь. — Он потянулся, разминая суставы: — А вообще перестань за нее решать! У нее мозгов, как я посмотрю, побольше, чем у тебя.

И дважды звонко хлопнул в ладоши, так, что звук повис в воздухе двумя бесконечно переплетающимися нотами. В ответ справа от камина едва слышно скрипнула в унисон и услужливо открылась невысокая дверь.

— Кухня там, — не дожидаясь ответа, пояснил пикси. — Все, что найдешь на столе, можешь съесть. Отхожее место там тоже имеется. Кровати не предусмотрено, но на полу место найдется. В кладовую не ходи, нечего тебе там делать. А, и еще. — Он с нажимом акцентировал: — К моим алхимическим столикам чтоб не приближался. Они должны стать для тебя слепой зоной. Усёк?