Непослушная игрушка - Николай Воронков

Поговорив с Пеко, я отвел неделю, чтобы подлечить раненых, ну а дальше… новая дорога. Пока не наткнемся на еще какой-нибудь городок, жители которого решат покидаться в меня дерьмом, мрачно усмехнулся я. Но прежней ошибки я не совершу – просто объеду его. Пусть живут как хотят.

Несколько дней я бродил вокруг заставы, изводя себя мыслями, как же надо было поступить «правильно», но так ничего для себя и не решил. Если бы на меня не напали, я бы не стал кидаться огнем. Но они напали, потому что я перекрыл дорогу и разрушил стены города. А я это сделал, потому что они начали кидаться со стен. А они кидались, потому что я кого-то убил на принятии присяги. А я это сделал…

Сказка про белого бычка. Одна из причин – то, что я вообще появился на свет. Вопрос, конечно, интересный: как разделить судьбу и решения, за которые отвечаешь только ты? Ответа я не знаю…

Пеко после суточного посменного пьянства своих подчиненных быстренько навел порядок. Раненые отдыхали, а остальные чистили лошадей, восстанавливали наш пост, начищали до блеска оружие и кухонные котлы. Короче, что угодно, лишь бы были заняты. Глядя на этот образец дисциплины и порядка, и я постепенно сумел перестроить мысли. Что сделано, то сделано. Не я бросался в бой первым. Спровоцировал, создал условия, но не заставлял.

А на пятый день со стороны Сундура приехал одинокий мужчина. Спокойный, чуть грустный. Когда я вышел к нему, мужчина с достоинством поклонился:

– Меня выбрали для разговора с вами, милорд.

Я коротко пожал плечами:

– Говори.

– Город готов признать власть леди Вероны и вашу, милорд.

– На каких условиях? – насторожился я.

– На ваших, милорд.

– А с чего это вдруг жители передумали?

– Цена свободы оказалась слишком высокой, милорд. Оборона разрушена, много мужчин погибло. Город теперь не в состоянии даже защитить себя. Нарушенная торговля может вообще поставить крест на жизни города, это только вопрос времени. Когда жители осознали масштабы катастрофы, начались споры, разногласия, дело дошло до мечей, и снова пролилась кровь. Погиб и прежний глава, и многие его сторонники. Сейчас горожане хотят только одного – безопасности.

– Я уже говорил, что не собираюсь нападать на вас и чего-то требовать, – нахмурился я.

– Теперь жители просят вашей защиты, милорд.

– От кого? – удивился я.

– Мы рядом с границей. Узнав о наших трудностях, в окрестностях уже появились две банды. Если вы уедете, не приняв нашей присяги, на нас начнут нападать все.

– Через три дня я как раз и собирался это сделать, – невольно хмыкнул я. – Но если у вас есть деньги, вы можете нанять сколько угодно охраны.

– Дело не в деньгах, милорд. – Мужик вздохнул. – У города был авторитет, сила. Последние годы за нашей спиной стоял лорд Киксо. А теперь… Стена разрушена, много мужчин погибло, вы показали, что с непокорными будете строить отношения очень жестко. Думаю, вы теперь и за деньги не станете нас защищать?

Я согласно кивнул, и мужик помрачнел еще больше.

– Как только вы уедете, сюда обязательно явится герцог Велин со своими солдатами или какая-нибудь крупная банда, и о нашей независимости в любом случае придется забыть. А если вы примете нас под свою руку, то одного вашего имени будет достаточно, чтобы отбить желание нападать на нас. Пройдет лет пять – десять, прежде чем мы сможем восстановить силы.

– А что будет через десять лет? Снова объявите о своем отделении?

Мужик понял ошибку, но не смутился:

– Надеюсь, к тому времени никому и в голову не придет заниматься глупостями. И до того времени еще дожить надо.

В чем-то мужик был прав, но был еще один нюанс, который делал разговор бессмысленным.

– Я убил слишком многих. Как жители могут просить о защите у меня?

– Это цена наших желаний, милорд. Если вы откажете, будет гораздо хуже… – Мужик опустил голову.

Мы долго молчали. Человек ждал моего решения, а я просто не знал, чего требовать и что говорить. Но говорить было надо.

– Денежные вопросы меня мало волнуют. Пока остаются договоренности, существующие при лорде Киксо. К завтрашнему дню приготовить всю задержанную сумму.

Как мне показалось, мужик вздохнул с заметным облегчением и кивнул.

– Ремонт стены – за свой счет.

Снова кивок.

– В стражу принимать только после принесения присяги леди Вероне.

– Но… каждому ехать – это долго.

– Ездить необязательно. Сначала присягу примет глава города, а потом уже он будет принимать ее у новых стражников.

Снова кивок.

– И еще… – Я задумался. – Выберите десяток мальчишек в возрасте десяти – четырнадцати лет из самых влиятельных семей города. Они поедут к леди Вероне.

– В качестве заложников? – Мужик потемнел лицом.

– Надеюсь, до этого никогда не дойдет. Официально они поедут учиться в новую школу, которую открывает леди Верона: ей нужны преданные и грамотные люди. Ну а дальше все будет зависеть от прилежности мальчишек.

Я прикинул, что бы еще можно было потребовать, но, кроме ежегодной дани молодыми девушками, ничего больше в голову не приходило. Хорошо бы еще потребовать с десяток воинов для компенсации собственных потерь, но зачем мне такая головная боль? Каждый раз ложиться спать с мыслью: «А проснусь ли я?»

– Я приеду завтра в обед, – заключил я.

Провожая взглядом уходящего гостя, обернулся к Пеко, который по своей привычке устроился у меня за плечом.

– Что думаешь?

– Может, и правда, а может, и нет. Вполне может быть, что заманят в город, а там прирежут или отравят в подходящий момент. Сил у леди Вероны пока мало, и мстить она придет еще не скоро.

– И что предлагаешь?

– Завтра всех одеть в броню и ехать в город, а там…

– Если захотят, на тесных улицах перебьют за несколько минут. Не будем рисковать людьми. – Я задумался, прикидывая варианты. – Сделаем по-другому. Прямо сейчас отправь десяток в полном вооружении в сторону замка Вероны. К вечеру пусть скрытно остановятся и ждут нас два дня. Если до этого срока мы не вернемся, то пускай возвращаются в замок и сообщат, что город потерян окончательно, а нас… нас можно уже не ждать. Со мной в город поедет десяток без брони. Горожане должны видеть, что мы не боимся. Остальные останутся на заставе и постараются выжить, если что. Лучше бы отправить и их тоже, но раненые еще не все готовы перенести дорогу. И еще… – До меня вдруг дошло, что следующий день может стать последним в этом мире. А, умирать – так с музыкой! – Постарайся к завтрашнему обеду приготовить вымпел – на белом фоне золотой дракон. Пусть видят, кто к ним приехал.

– Но, милорд, право на такой вымпел имеют только… – смутился Пеко.