Договор с драконом не предлагать - Ольга Шерстобитова

Вспыхнула арка портала, в которую шагнул Арнар, а следом и Ниар. Ричард чуть задержался, буквально на мгновение.

– Присмотри за моей невестой, дед. И не вздумай подбивать ее на очередную авантюру, – велел дракон.

– Знаю-знаю, иначе развеешь! – фыркнул призрак.

Я невольно улыбнулась. Ричард покачал головой, кинул на меня прощальный взгляд, полный нежности и тревоги, и исчез в портале.

Едва переход закрылся, Альфред подлетел ко мне и деловито поинтересовался:

– Ты же не собираешься просто так сидеть и ждать, верно?

– Альфред! – возмутилась я. – Ричард едва ушел, а ты уже пытаешься нарушить данное ему слово оберегать меня.

Привидение закатило глаза, потом уселось на край стола и внимательно посмотрело на меня.

– Давай рассуждать логически. Алекс похищена…

– Как-как ты ее назвал? – поразилась я.

– Так, как принцессу обычно зовет вся ее семья, – ответил он. – А что?

Как там Ричард говорил? Никуда не вляпываться? Ну-ну! Для этого надо было просто не рисовать на чердаке Иларийской академии благородных девиц, и моя жизнь повернулась бы совсем иначе. Только тогда я и с Ричардом не встретилась бы.

– Кажется, я с ней знакома.

Альфред красноречиво уставился на меня, явно требуя объяснений. Пришлось рассказывать, что к чему.

– М-да… Согласен, твоя Алекс – наследная принцесса Александрина. Ну и совпадение! Зря мой внук считал, что я подбиваю тебя на авантюры. Смотрю, и сама неплохо преуспела.

Кажется, желание развеять несносное привидение возникло теперь не только у Ричарда.

– Вот скажи мне, как в Иларийской академии благородных девиц при первой нашей встрече я могла принять тебя за нормального илара?

Он рассмеялся и все же спросил:

– Так ты собираешься спасать Алекс?

Если бы дело касалось Александры, я бы всеми силами сопротивлялась, хотя потом все равно пошла бы и сделала то, что велит сердце. Но Алекс… Та самая Алекс, которая была моей единственной подругой, доверявшей свои тайны и не раз помогавшей, – это вообще другой разговор. Да я даже и думать не стану!

– У тебя есть план? – поинтересовалась у Альфреда, аккуратно складывая записи Ниара и Ричарда, где они строили предположения насчет последнего ингредиента для волшебной краски.

– Нет. Тебе придется импровизировать.

Ричард меня убьет! И, наверное, мы поссоримся так сильно, как никогда раньше. Но… жизнь Алекс важнее!

– Заготовку для краски я бы все же взял с собой, – сказал Альфред. – Хорошо, что Ниар ее на днях забрал у Арнара, удачно вышло.

– Зачем?

– Интуиция подсказывает, что так будет правильно.

– Это лишь заготовка. И если она попадет в руки врага…

– Выбирать, рисковать или нет, – твое дело, Агата, – мягко сказал Альфред.

Я вздохнула, подумала… Все же в руке у меня не просто флакон, а свободная от проклятия жизнь Ричарда.

Думала я долго и все же аккуратно спрятала его в один из карманов.

– Не переживай, не разобьется. Я наложил на флакон особые чары. Кстати, чего хотел от тебя Арнар?

Пришлось рассказывать призраку и это. А заодно открыть список магических ингредиентов для любовных зелий, вздохнуть и с трудом не впасть в отчаяние. Половину из них добыть почти невозможно, как и искру единорога. Остальные же находятся в весьма труднодоступных местах. Да и не доверяла я Арнару. Поэтому присоединила список к остальным бумагам и спрятала в одну из папок в кабинете Ричарда.

Сейчас необходимо сосредоточиться на спасении Алекс. Это единственное, что могу сделать.

Я отыскала Мелиссу и предупредила, что отправляюсь в башню рисовать. Немного подумав, зашла в свои покои и переоделась в более удобную одежду. Ведь когда я создам рисунок и окажусь у Алекс, меня будет ждать неизвестность.

Темно-зеленое неброское платье, единственными украшениями которого были два кармана на юбке и ряд черных пуговиц-жемчужинок спереди, подошло идеально. Ботинки выбрала тоже легкие и привычные.

Альфред тактично подождал меня возле двери спальни, одобрительно кивнул и полетел по коридору, желая побыстрее проникнуть в мою башню. Когда я добралась туда, он уже кружил возле очередного альбома, который я делала для Ричарда.

– Смотрю, ты по уши в него влюблена!

Я пошарила по мастерской взглядом, ища что-то, чем можно запустить в привидение. Меня даже не смущало, что оно – дед Ричарда. И что мы легко и незаметно перешли на «ты».

– Сдается, будь у моего внука талант к живописи, он бы день и ночь рисовал лишь тебя, Агата.

Я немного покраснела и сразу простила Альфреда. Ведь практически те же слова сказал мне Ричард.

– Видела бы ты, как он на тебя смотрит, когда ты увлечена работой или просто его не замечаешь.

– Как? – поддалась я на провокацию.

– Так, будто не прочь сделать меня прадедом.

– Это ты подбодрить хочешь или желаешь лишить замок парочки ваз, которые у меня руки чешутся запустить в одно привидение?

– И это называется приличная илара! – хмыкнул Альфред.

Я заперла дверь, достала кисти и краски и задумалась. Что бы я ни нарисовала, все равно попаду в прошлое, где Алекс еще никто не похищал. К тому же наследной принцессе через несколько дней исполнится восемнадцать. Мы же познакомились, когда Алекс было лет двенадцать-тринадцать, не больше.

– Помочь? – деловито поинтересовался Альфред.

– Мне бы попасть к ней в настоящий момент времени, – вздыхая, созналась я.

– Это можно устроить. Только есть одно «но»…

– Какое?

– Вернуться не сможешь.

– Эм…

– Ты всегда пишешь на рисунке дату возвращения. Сейчас просто можешь этого не делать.

Я задумалась, но поняла, что в словах Альфреда есть доля истины.

– Но и нарисовать Алекс нужно именно в настоящем. Вы ни разу не встречались на балу?

Покачала головой.

– Тогда тебе придется проявить свой талант так, как ты никогда не пробовала раньше. И воссоздать ее портрет, основываясь на своей интуиции и памяти.

– И пробовать, пока не получится, – поняла я.

– Совершенно верно.

Мне ничего не оставалось, как согласиться. Да и что я теряю?

– Кстати, у тебя же есть фонарь Хильды, верно?

– Да, – отозвалась я, начиная выводить первые штрихи портрета Алекс.

– Взяла бы ты его с собой. Ведь ничто не мешает использовать этот магический артефакт. Краски в нем хватит как раз на одно перемещение.