Ноктамбула. Пробуждение - Тамара Рыльская

– Уходим, – сказала Вера, возникая рядом с Тайной. – Это их надолго не задержит.

По винтовой лестнице девушки спустились на первый этаж и, проскользнув под турникетом, покинули посадочную станцию. Тайна остановилась на ступеньках, полной грудью вдохнув непривычный горный воздух. Ливень бушевал чуть ниже по склону, здесь же, над просторной смотровой площадкой, небо было чистое. Широкое заснеженное плато располагалось между острыми горными пиками, внизу темно-синими, а сверху белыми, утопающими в облачной пене. Ближе к склонам были натянуты заградительные сетки и торчали треугольные знаки наподобие дорожных – на каждом красовалось одно и то же изображение человечка, падающего со скалы. Там и тут стояли одноэтажные, с шапками снега на крышах, домики, в которых лыжники могли согреться, выпить кофе или взять напрокат снаряжение. Неподалеку от посадочной станции высился массивный столб со стрелками, указывающими разные направления: «Горнолыжные спуски», «Ресторан „Крыша мира”», «Прокат сноубордов». Ниже располагалась табличка с надписью: «Эдельвейс-пик. Высота 2509 м».

– Нам надо вниз, – сказала Вера.

– Мы же выключили подъемник, – напомнила Тайна. – И там Лена с Артемом.

– Я знаю. Поэтому спустимся так, прямо по склону. Наверняка там есть какие-нибудь тропинки…

Подруги обошли смотровую площадку, увязая в сугробах. Здесь было прохладнее, чем внизу, солнце слепило, отражаясь от снега, а кислорода не хватало. И все же Тайне пришло в голову, что Эдельвейс-пик – это хорошее место, возможно лучшее, где ей довелось побывать. Воздух здесь бодрил, пусть им и трудно было надышаться, а снег казался настолько чистым, что его совершенно не хотелось топтать.

Тайна много раз видела Черноту, странную жидкую субстанцию, которая появлялась ниоткуда, словно дурная кровь, вытекающая из ран мироздания. Во время последней схватки со Злым-человеком-на-крыльях все вокруг было затоплено этой мерзостью. Здесь же, среди белоснежных, паривших в синеватой дымке вершин, таким вещам не было места.

– И мне тоже здесь не место, – прошептала Тайна, со всей возможной остротой осознавая, что дороги, по которым ей суждено ходить, укрыты мрачной тенью. Это немного огорчало.

– Чего ты там бормочешь? – поинтересовалась Вера.

– Ничего. Смотри, еще указатель, – сказала Тайна, направляясь к столбу с деревянными стрелками. На одной из них, нацеленной в сторону городка, было написано «Спуск № 4».

Девушки двинулись в указанном направлении и вскоре увидели дорогу, петлявшую между скалами и деревьями. Заканчивался он далеко внизу, там, где виднелись крыши первых отелей.

– Отлично, – выдохнула Вера. – Теперь хоть не придется пробираться козьими тропками…

За ночь широкую трассу занесло снегом, но все же идти по ней было удобней, чем по бурелому. Справа и слева сплошной стеной стояли деревья; из сугробов торчали длинные гибкие шесты с красными флажками, обозначавшие границы трассы.

Некоторое время подруги шли в молчании.

– Интересно, сколько сейчас времени? – спросила Тайна, когда бо́льшая часть трассы осталась позади. – Как думаешь, Кристина уже сделала… то, что обещала?

– Понятия не имею, – поморщилась Вера. – Я без часов!

– Если мы не найдем Кристину, мне придется сдаться, – произнесла Тайна. – Иначе она будет убивать снова и снова.

– Мы это уже обсуждали, и ты сама согласилась, что… – начала Вера, но вдруг осеклась. – Тс-с!

– Что? – спросила Тайна, оглядываясь.

– Кажется, я что-то слышала… шаги…

Девушки замерли, и в наступившей тишине стал отчетливо слышен скрип снега под чьими-то подошвами. В этом месте трасса делала крутой поворот, так что Тайна и Вера не видели, кто идет им навстречу. Звук шагов приближался, и вскоре из-за деревьев показалась запыхавшаяся девочка-подросток. Похожая на беспризорницу, она остановилась возле флажка, вытаращив глаза и как будто силясь что-то сказать. Из ее приоткрытого рта вырывались облачка пара.

Тайна вгляделась в чумазое лицо, не понимая, почему эта девчонка, скорее всего оказавшаяся здесь случайно, кажется ей знакомой. Вера тем временем сложила пальцы правой руки «козой» и смачно сплюнула через левое плечо.

– Это ты! – наконец выпалила девочка. – Это действительно ты!

Она сорвалась с места и, спотыкаясь, побежала к Тайне. Вера шагнула вперед, очевидно, собираясь встретить подозрительную девчонку каким-нибудь заклинанием.

– Подожди. – Тайна остановила Веру, положив руку ей на плечо. – Кажется, я ее знаю.

Девочка остановилась в двух шагах от Тайны. На ее бледных щеках полыхали пунцовые пятна, грудь часто вздымалась, а глаза горели.

– Маша? – спросила Тайна. – Ты, что ли?

– Да! – взвизгнула девочка и бросилась ей на шею.

Вера попыталась вмешаться, но ее протянутая рука была грубо отброшена в сторону.

Маша обняла Тайну, и было ясно, что сейчас вся магия мира не смогла бы расцепить ее худые руки.

– О боже, о боже… это ты… это реально ты… о господи боже…

– Я тоже рада тебя видеть, – вполне искренне произнесла Тайна.

Девочка громко всхлипнула, по ее щекам потекли слезы.

– Мне сказали, ты умерла. Они сказали, Иван Николаевич убил тебя. Они все врали, мерзкие гады, сволочи…

Когда Тайна познакомилась с Машей, та выглядела лет на одиннадцать-двенадцать. Сейчас ей можно было дать шестнадцать или чуть больше. Вязаную шапочку она, как и в детстве, натягивала до самых глаз, словно хотела спрятать лицо. Серая замызганная толстовка висела на худых плечах подобно мешку, темно-синие джинсы лоснились от въевшейся грязи. Маша выглядела измученной и нездоровой – на бледном лице выделялись лишь темные и как будто безумные глаза, из-под шапочки торчали сальные пряди волос.

Маша слегка отстранилась от Тайны, заглянула ей в лицо и сбивчиво затараторила:

– Я каждый день думала о тебе, каждый день. Меня обижали, мучили, но я вспоминала о нас, о том, как мы дружили. Знаешь, мне было очень плохо одной, никто меня не защищал и не говорил ничего доброго. Я даже хотела умереть, но ведь ты бы меня отругала за такое…

Тайна кивнула.

– Вот! Поэтому я ничего с собой не сделала. Но теперь мы снова вместе, да? Это же очень здорово, скажи?

– Что тут происходит? – поинтересовалась Вера, наблюдавшая за этой сценой со смесью неодобрения и брезгливости. – Это кто вообще?

– Это Маша, – сказала Тайна. – Она моя давняя подруга.

– А кто она? – спросила Маша, бросив на Веру настороженный взгляд.

– Меня зовут Вера, – отчеканила ведьма.

– Понимаешь, – произнесла Тайна, – у нас тут война идет. Я теперь Королева… не совсем, конечно, но почти. А Вера… ну, она моя правая рука.

– Не надо ей ничего рассказывать, – нахмурилась ведьма. – Тем более она все равно ничего не поймет!