Сладкое искушение - Венди Хаггинс

В свободных джинсах Зания выглядит болезненно хрупкой и едва способной стоять на ногах, но тем не менее, очевидно, что она очень красивая женщина. Скрестив руки на груди, она яростно притопывает ногой, глядя на витрину с алкоголем в "Duty free". Копано взлетает, перекрывая ей обзор, на что она прищуривается, и стоит заметить, что отеки с ее глаз уже сошли. Теперь в ее больших карих глазах сверкает пламя. Копано явно тонет в них, однако сдавать своих позиций насчет алкоголя явно не собирается.

Они впиваются друг в друга такими взглядами, словно вот-вот сольются в сексуальном экстазе прямо посреди магазина. Вот это будет шоу. Я прикусываю язык, сдерживая смех и порыв произнести: "Снимите номер". Да Святоша-Копано умрет от унижения, если я открою рот.

Я радуюсь, когда объявляют наш рейс. Уже скоро я увижу Анну.

В какой-то момент полета я замечаю, что у нас проблемы. Стюардесса смотрит на скорчившуюся Занию, которая обнимает себя, дрожит и стонет. Коуп пытается как-то это обыграть, сказав, что Занию просто укачало, но стюардессу это не успокаивает. Всем, у кого есть глаза, прекрасно понятно, что не все так просто.

Коуп даже пробует погладить ее по спине, подыгрывая этому шоу, но Зания с воплем отшатывается. Да уж, если эти двое не будут осторожными, самолет совершит внеплановую посадку. Приходится призвать на помощь собственное очарование.

Со своего кресла я улыбаюсь стюардессе и взмахом двух пальцев подзываю ее. Ей где-то около тридцати. Европейка. Она впивается в меня взглядом и беспокойство в ее ауре резко притупляется. Она наклоняется ниже, а я сажусь ровнее, чтобы оказаться ближе к ней и шепчу:

— Только между нами, — говорю я. — Думаю, леди моего друга попала в очень интересное положение, если вы понимаете, о чем я.

С вопросительным взглядом она прикладывает руку к животу.

Я киваю. И ухмыляюсь.

— Они еще не объявляли, но это же очевидно. Она немного не в себе, но волноваться не стоит. С ней все будет в порядке.

Вдобавок я подмигиваю ей. Затем облизываю губы. Ее аура вспыхивает красным и мое тело непозволительно реагирует на это.

Нет, испытывая чувство вины, напоминаю я себе.

— Что ж, тогда все в порядке, — говорит стюардесса, коснувшись моего плеча. Я напрягаюсь и задерживаю дыхание. — Дайте мне знать, если что-нибудь понадобится, — она опускается ближе. — Все, что угодно.

Убирайся, уходи, сгинь, проваливай, и, ради Бога, больше не прикасайся ко мне.

Я киваю ей и она наконец-то разворачивается и уходит дальше по проходу. Краем глаза замечаю, что Коуп и Зания смотрят на меня. Полагаю, их не сильно радует отмазка беременностью, ну да ладно. И вообще, пускай благодарят меня. Я выдыхаю и закрываю глаза.

В какой-то момент Зания засыпает, все еще склонившись и упершись лбом Коупу в бедро. Ха-ха-ха, парень застывает подобно каменному изваянию и пытается показать, что все нормально. Я пользуюсь моментом и пересаживаюсь на пустующие кресла позади. Прислонившись головой к окну и скрестив руки, я тут же проваливаюсь в сон.

Позже я просыпаюсь от яркого сна, в котором лишаю Анну невинности. Это довольно хороший сон, но лучше бы мне не видеть его при людях. Плач Зании и мягкие уговоры Коупа неприятным толчком возвращают меня в реальность. Я смотрю вниз и замечаю, что добрая стюардесса накрыла меня пледом. Сворачиваю синюю ткань и кладу на непослушные колени. Затем опираюсь локтями о бедра, сжимаю ноги и прижимаю пальцы к вискам, пытаясь успокоиться.

Не помогает.

Я со всей дури давлю себе на лоб. Колени начинают подпрыгивать от нетерпения. Я вздыхаю и, вынув мобильный, открываю нашу с Анной фотографию и смотрю на нее, пока пилот не объявляет о скорой посадке. И тогда, с тяжелым сердцем, я удаляю снимок.

Не могу дождаться приземления. Хочу увидеть, как Анна обнимет Занию, чтобы подарить этой сломленной девочке ту же позитивную энергию, которую она вселила в меня, — энергию, которая заставляет поверить в то, что можно побороть как внутренних демонов, так и тех, что вокруг. Энергию, заставляющую поверить в победу.