Большой секрет умницы Софии - Марина Ефиминюк

– Может, маг я бытовой, – процедила я, осторожно пятясь по направлению к лестнице. – Но дар-то у меня древний.

Я резко присела на корточки и прижала ладонь к ледяным плитам. Зал всколыхнулся, по стенам и полу прошла дрожь. С потолочного свода ссыпались струи пыли и песка. И все затихло.

– И что? – ухмыльнулся Сэт.

Секундой позже под его ногами с грохотом провалились плиты. Потеряв равновесие, магистр ухнул вниз, а я рванула к лестнице, подхватив в кулак юбку.

Стремительное разрушение охватило пол. С кряхтением и треском камень дыбился, разваливался на куски, разломы следовали за мной по пятам. Один раз нога почти соскользнула в провал.

Задыхаясь, я вскочила на лестницу и бросилась наверх. Ступени оказались высокими, мышцы горели. В висках стучала кровь, и я не сразу разобрала, что внизу наступила гробовая тишина. Споро же высший маг справился с заклятием! Бросила вниз быстрый взгляд. Сэт пытался освободиться из дыры и уже призвал магию…

На последнем дыхании я влетела в проход и со всего маха врезалась в высокого мужчину. От неожиданности он пошатнулся, схватил меня за плечи. От паники не сразу удалось разобраться, кто он.

– Финист, что ты здесь… Так он ждал тебя!

– Я ее поймал! – крикнул он подельнику.

– Ошибаешься, – пробормотала я и впечатала в его грудь раскаленные ладони.

Никогда специально никого не жгла банальным бытовым заклятием, но тут неожиданное умение выгладить любую складку на одежде отлично пригодилось. В нос ударил запах паленой ткани. Финист взвыл и рефлекторно оттолкнул меня в сторону.

Второго приглашения, чтобы сбежать, ждать не стоило. Я отпихнула парня с дороги и бросилась в темноту. Естественно, тут же вмазалась в стену, зато поменяла направление. В общем-то, не очень уверенная, что направление выбрано правильное.

Лишь бы не пробежать по кругу и не вернуться в подземный склеп!

– Далеко все равно не убежишь! – рявкнули за спиной.

Коридор петлял. Я повернула и влетела в тупик. Проклятый Финист Берт накаркал!

– Где ты? – позвал он вкрадчивым голосом.

В проходе мелькнул яркий магический свет. Надо двигаться! Прятаться – последнее дело! Но в панике тело не всегда слушается разума. Я метнулась к нише в стене, вжалась спиной в шершавую кладку и перестала дышать. По крайней мере, перестала дышать шумно, разве что через раз.

– Ты же знаешь, что прятаться – последнее дело, – один в один повторил мою мысль Финист. Его голос разносился в гулкой тишине.

Я оцепенела. Пройдет или повернет?

– В Норсенте магию называют стихией. А знаешь, что считают самым ужасным, Грандэ? – проговорил он. – Родиться практически без связи со стихией. Помнишь, ты сказала, что отказалась от стипендии? Аж корежит от злости! Я знаю, какой талант должен быть, чтобы предложили стипендию. На королевской службе нужны только сильные. – Его голос приближался, становился громче и четче. – А пару месяцев назад уважаемый магистр Сэт рассказал моему отцу дивную историю о потомке избранного Рэнона. Если его дар окажется у меня, то я буду жить долго и счастливо. Самым сильным магом на все королевства Крушвейской гряды.

Он появился в проходе и безошибочно развернулся в сторону ниши. Мы встретились лицом к лицу, жертва и ловец. Как в игре северного Норсента «прятки в темноте».

– В день пересдачи я решил, что мы одинаковые. Подумал, что ты тоже взяла энергетик, но ты другая. Унылая и самая обычная. Но как тщательно прятала древний дар!

– Ты не справишься с первородным огнем, – выдохнула я. – Ты суток не протянешь без помощи Рэнсвода. Ведь из нас всех именно он потомок избранного.

– Я всю сознательную жизнь глотаю алхимию и уже научился справляться с неуправляемой силой. Разве я не заслужил стать избранным?

– Такое право дается только от рождения.

– Спокойной ночи, унылая Грандэ…

И этот мерзавец попытался ударить кулаком!

Я рефлекторно съежилась в нише, как в саркофаге, но сжатые костяшки так и не достигли моего лица. Финиста отбросило к стене мощным ударом. Выглядело дико. Словно из мрака выступила тень и вмазала охнувшему парню в нос.

В поле зрения появился Киар. Понятия не имею, как он умудрился меня отыскать, если я сама не догадывалась, в каком именно подземелье была закрыта. В свете бледнеющего магического шара его лицо выглядело окаменелым. Темные, почти черные глаза – безумными. Он шагнул к Берту, судорожно обтирающему кровь рукавом, схватил за шкирку и, как щенка, с силой швырнул в проход. Раздался грохот, следом скулеж.

– Выходи, София.

Рэнсвод дернул меня за руку, вытаскивая из убежища… и замер. В проход шагнул Эйван, сумевший-таки освободиться из каменного плена. Брюки у него были разорваны, одежда покрылась пылью, да и вообще обычно лощеный магистр, предпочитавший черный колер, выглядел потрепанным.

– Какого демона ты валяешься? – рявкнул он Финисту.

– Он мне нос сломал! – огрызнулся тот и, скользнув по полу ботинками, кое-как поднялся.

– Сейчас мы немножко подеремся, дождемся стражу и пойдем домой, – тихо обратился ко мне Киар.

– Как ты справишься без своего дара, Рэнсвод? Ты пуст! – бросил Эйван и добавил насмешливо: – Коллега.

– Если будем драться здесь, то окажемся заживо погребенными, – вполне миролюбиво предположил Киар. – Просто разойдемся. Я буду щедрым и даже сделаю вид, что ты, Эйван, ни при чем. Просто свали похищение на парня.

– Без первородного огня мы отсюда не уйдем, – отказался Сэт от мирных переговоров.

– Милая, поделишься со мной магией? – тихо спросил Киар.

– Рви платье! – решительно приказала я, полагая, что ему надо прикоснуться к метке.

Танцующим движением он обнял меня сзади, тесно прижавшись грудью к спине, и переплел наши пальцы. Я даже слегка обалдела. Разве девушек обычно не прячут за спину, чтобы прикрыть собой от разящих ударов? Видимо, высшая магия жила по другим законам.

– Призови магию, – приказал Киар.

Первородный огонь, ошалевший оттого, что девица гуляет и швыряется заклятиями направо да налево, радостно вырвался на волю. И голубоватое пламя, как тогда в кабинете, охватило наши с Киаром сомкнутые руки.

Магический поединок начался резко. Я не успела толком испугаться. Поднимая с пола пыль и мусор, к нам метнулась воздушная волна. Возможно, это было заклятие остолбенения или что-то еще паршивое, на пару часов выбивающее из реального мира.

Достигнуть нас она не успела: влетела в невидимую, непрошибаемую стену, и в темноте взорвался поток слепящего белого света. Холодного, злого, древнего. Магия времен, когда едва зарождался первородный язык. Я зажмурилась, спасая глаза от невыносимой яркости. В ушах тоненько звенело, внутри образовалась пустота.