Живите и помните! - Александр Афанасьев

Так раньше наступала «свинья». Закованные в броню рыцари, которых не могло остановить ничто. Так сейчас наступали они – группа штурмовых гаубиц, позывной «быки», цепью двигалась по земле приграничья навстречу бушующему огненному аду…

– Бык-один – всем Быкам – не расслабляться. Искать цели! Первому стрелку – бутылка коньяка с моих рук…

Гаубицу чуть пошатывало на подвеске, натужно ныл двигатель, выдавая почти максимальную мощность…

– Бык-один – всем Быкам. «Росомахи» вступили в бой. Докладывают о наличии противника. Внимание всем, разобрать сектора!

Фельдфебель Котов переключил прицел в режим ночного видения: это плохо сказывалось на прицеле, но лучше получить взыскание, чем снаряд в борт. Привычный мир – пыльный, дымный, опасный – исчез, вместо него появился зеленый, подводный мир с яркими вспышками и проблесками выстрелов…

Фельдфебель повернул башню и увидел слева, у гор, интенсивный обмен. Обмен – так они это называли, чтобы за невинной сутью слова скрыть жестокую правду. Обмен – это встречный бой, брак в работе командира – когда стреляешь не только ты, но стреляют в тебя. Современная война – это не рыцарский поединок на копьях, это когда ты подкрадываешься к ничего не подозревающему противнику и наносишь ему удар в спину. Обмен – это значит тупой размен своих на чужих, так победы не добиваются, это не победа. Обмен, значит, слева дралась с передовыми силами англичан и умирала группа «Росомаха».

– Бык-один – всем быкам – противник слева! Дистанция – около трех!

Много… Но все равно можно попробовать кое-что сделать.

– Управляемый!

Далеко… очень далеко до прямого выстрела. Хотя, в отличие от танка, возможности гаубицы сильно расширены, и она может стрелять и навесом, в том числе управляемыми снарядами. Если в группе «Росомаха» у кого-то хватает времени наводить на цели…

Если нет, то драгоценный снаряд уйдет зря.

– Есть управляемый!

– Противник обозначен, дистанция три, огонь!

Пушка ударила – резко, гаубицу шатнуло на ходу. Зазвенело в ушах…

– Сближаемся!

Было или нет попадание – непонятно. Непонятно пока даже – кто перед ними, то ли старые танки, списанные из основных сил в части территориальной обороны, то ли новейшие самоходки «Кромвель».

– Осколочный!

Британская техника пока выглядела черными, едва заметными коробочками. Но они стреляли, это было видно. Один из снарядов ударил совсем рядом, подняв столб земли.

– Есть осколочный!

– Мотоциклисты! Мать твою, мотоциклисты! Всем Быкам…

– Движущиеся цели, дистанция три!

Крик одного из офицеров, первым заметившего мотоциклистов, оборвался…

– Ракеты! Ракеты!

– Дым! Противодействие!

Не сбавляя хода, штурмовые гаубицы окутались клубами дыма, вспышками имитаторов. Помимо этого – плотного, с частицами металла в нем – дыма, сбивающего головки наведения, гаубицы были прикрыты специальным материалом, похожим на резину, который снижал сигнатуру боевых машин, не давая их опознать как цели. У британцев было полно очень опасных боеприпасов, которые били в цель не прямой наводкой, а сверху, в крышу. У гаубиц было слабее бронирование, чем у старых танков, крыша была забронирована, но современный боеприпас одним бронированием не остановить. В ночной прицел были видны вспышки в воздухе.

Теперь поняли – зачем осколочный боеприпас?

– Осколочным, воздушный подрыв на пятьдесят! Дистанция два – семь! Огонь!

Пушка снова ухнула, выпуская снаряд – где-то впереди, в установленной лазером точке он подорвется на пятидесяти метрах от земли, осыпая ее осколками.

– Бронебойный! Сближение! Дистанция два – шесть! По головному!

Баллистический компьютер пересчитал точку прицеливания, британский «Челленджер» резко остановился, окутался клубами дыма, сбивая прицел.

– Стоп! Ручное наведение! Дистанция два – шесть! Огонь!

Глухо ахнула пушка, маленький светлячок полетел куда-то вперед, туда, где заполыхали вспышки.

– Бронебойный! Наведение! Дистанция два – шесть! Огонь!

Выстрел – и впереди, там, где на грани видимости стоят британские танки и боевые машины, вспыхивают три или четыре фонтана огня. Попадание. Вспыхивают и машины рядом – это не видишь, это чувствуешь, слышишь по крикам в эфире…

– Попадание, горит!

– Всем Быкам – разворот влево двадцать – исполнили! Держать строй!

Русский строй не остался беззащитным. Вопреки общепринятому построению, полковник выдвинул вперед штурмовые гаубицы, а противотанковые поставил вторым эшелоном. По уставу надо было наоборот, противотанковые гаубицы во встречном бою выбивают бронетехнику противника, но полковник сделал наоборот, и сейчас это себя оправдало. На пути британского танкового клина – они пустили старые «Челленджеры» территориалов вперед, прикрывая их огнем идущих во втором эшелоне «Матильд», – встали «Кабаны».