Уже не новичок - Дмитрий Зимин

И он направился к выходу из ресторана, неторопливо переваливаясь с боку на бок.

Перед самой дверью крыса, сидящая на плече убийцы, обернулась, и подмигнула мне гранатовым глазом.

Как только мастер Заточчи удалился, на соседний стул скользнула Зебрина.

На лице её сияла довольная улыбка. Если принять во внимание забавные хвостики и короткую юбочку, она выглядела, как первоклашка, получившая первую пятёрку.

— Ты подслушивала, — констатировал я очевидную истину.

— Никто не запрещал, — оглядев пустой стол, она коротко вздохнула и облизнулась.

— Зачем ты это сделала?

— Чтобы знать, о чём вы говорили, конечно, — она закатила глаза.

— Да нет, не это. Зачем ты предложила пари? Знала же, что победить практически невозможно.

"Хотела отомстить?" — но этого я вслух не сказал.

— Ты — не все. У тебя получится.

— Мне кажется, что твоя вера в меня несколько превосходит мои э... возможности её оправдать.

— Эй, что за настроение? — Зебрина притворно ударила меня кулачком в плечо. Словно ткнула острой палкой. — Ты же Безумный Макс! Ты их сделаешь. А я тебе помогу...

— Значит, ты плохо слушала, — чего мне хотелось, так это хорошенько отшлёпать девчонку по голой попе. Причём, без всякого эротизма. — НИКТО не должен мне помогать. Таковы условия пари.

— Правила существуют для того, чтобы их нарушать, ты сам это говорил.

— Во-первых, говорил я это не тебе, и совсем по другому поводу. А во-вторых...

— Оторва! Почему ты до сих пор здесь сидишь? — Лолита ворвалась в ресторан, как хороших размеров локальный смерч.

— Не думаю, что моё местоположение ДО начала гонки имеет значение, — я покосился на Сатурна. Который всё ещё НЕ СПЕШИЛ принести мне выпивку.

— Вставай! Я должна тебя проинструктировать, — приказала Медуза.

— С тобой Макс никуда не пойдёт, — ощетинилась Зебрина. — Я сама способна его защитить.

— А не много ли ты на себя берёшь, девочка? — прищурилась Лолита.

Относительно моей штатной великанши Зебрина выглядела, как муравей рядом с матёрым майским жуком.

— Я по крайней мере ЗАКОНЧИЛА школу, — отбрила драконица. — Трижды. А ты и один раз не доучилась. Так что завянь. Я знаю больше тебя. И у меня лучше получается.

Лолита пошла красными пятнами. Сжав кулаки, она уставилась на девчонку яростным взглядом, в котором оранжевых искры было столько, что все остальные цвета капитулировали и попрятались. Но той — хоть бы хны. Вероятно, у драконов врождённый иммунитет на горгон.

— Да ты... — начала охранница.

Зебрина презрительно закатила глаза.

— Ну что "я"? Что?

— Ты мелкая...

— Зато ты ни в одну дверь не пролезаешь. Интересно: какой у тебя размер лифчика? Хотя, дай угадаю: арбуз, голову великана и воздушный шар мы уже миновали, так что остаётся... Планетарный? О! Поняла, поняла... "двойная звезда"!

— Вот я тебе сейчас и звездану промеж глаз...

Я поднялся и пошел к стойке бара. Участвовать в очередной дивчачьей сваре не хотелось.

Может человек последние минуты своей жизни провести в тишине и покое, наслаждаясь рюмкой текилы?..

Как только я оказался у бара, ко мне подлетел Сатурн.

— Слава богу, где тебя носит? — спросил я осьминога. — Скорее неси мне бутылку. Времени не так уж много, так что...

— Соблаговолите наклониться и пролезть вон в ту дверку, босс, — сказал Сатурн уголком рта. Сам он в это время делал вид, что протирает стойку. Но одним щупальцем он всё же указывал куда-то в угол, где находилась дверка, похожая на те, которые добрые хозяева устраивают для кошек и собак.

— Ты серьёзно? И даже на посошок не нальёшь?

— Одна рюмка не помешает, — смягчился бармен и выставил кро-о-ошечный шот. На пол глотка, не больше. — Но поторапливайтесь, босс. Времени мало.

— Вся вечность и ещё чуть-чуть.

Опрокинув в рот текилу, я оглянулся на Зебрину с Лолитой — те продолжали собачиться. По-моему, они даже не заметили, что я ушел.

А потом нагнулся и полез в низкую дверцу — Сатурн заботливо придержал створку щупальцем.

Не представляю, что меня там ждёт, но хуже, чем оказаться между рассерженной Медузой Горгоной и раздраженной драконицей — уже не будет, — так рассуждал я.

Дверка оказалась вовсе не входом в вентиляцию, как я думал изначально, а вела в грузовой лифт. Точнее, в подъёмник — лифтов в Сан-Инферно я ещё не встречал.

В нём я поднялся под самую крышу, где находилось низкое и жаркое, но обширное пространство.

Я с любопытством огляделся. Клочки шерсти, мягкие белые пёрышки... В моём измерении на чердаках традиционно обитали голуби. Здесь, по-видимому, ту же нишу занимали крылокоши.

Но сейчас на чердаке меня ждала Кассандра.

— Надеюсь, ты не подумал, что я тоже буду участвовать в охоте на тебя, — выпалила она первым делом.

— И в мыслях не было.

Это правда. Честно говоря, я вообще о ней не думал.

— Тогда слушай...

Вместо этого я удивлённо огляделся.

Пол вокруг Кассандры устилали тела.

Ну... не то, чтобы УСТИЛАЛИ. Я насчитал семь неподвижных фигур, раскинувшихся в слегка неестественных, но живописных позах. Не буду называть их трупами. По крайней мере, не всех. Некоторые всё ещё подавали слабые признаки жизни.

Тела образовывали неровный круг, в центре которого находилась Кассандра.

Приложив чуточку воображения, можно было подумать, что они на неё нападали. А она — защищалась.

И победила.

— Ты их всех...

— Не говори глупостей, — раздраженно отмахнулась опасная девушка. — НИКТО не платил мне за их смерть. Все просто в отключке.

— И... Кто они такие?

— А ты не догадываешься?

Стильные чёрные костюмы запах дорогого парфюма...

— Твои коллеги, полагаю?

— Контракт Эроса Аполлона — лакомый кусок для любого, кто платит вносы в Гильдию, — пожала плечами Кассандра. — Десятикратная цена...

— Вот не даёт мне покоя мысль: ГДЕ он взял столько денег?

— НЕ ЭТО должно тебя волновать, Макс, — вспыхнула Кассандра. — Подумай лучше, сколько ещё киллеров придёт по твою душу!

Но я думал вот о чём: пока я спорил с Зебриной, обедал с её родителями и договаривался с мастером Заточчи, мой штатный убийца трудился, не покладая рук. Кассандра носилась вокруг "Чистилища", лазала по окрестным крышам, заглядывала во все доступные и не слишком места... И обезвреживала, обездвиживала и лишала возможности пошевелиться своих соратников по цеху.