Чародей. Том 2 - Анджей Ясинский

– Как вы вычислили меня и вообще прознали, что в городе есть Повелители Чар?

Шойнц покачал головой:

– Скажу только, что это было нелегко. Очень нелегко. Я даже сперва ошибся городом. И сильно рисковал, идя сюда, так как не знал точно, кого из Повелителей встречу. Впрочем, вероятность того, что это будете вы, вернее, тот, кто благожелательно относится к беглецам, была довольно высокой. Я предлагаю вам помощь в устранении вашего противника, а значит, врага Карины и опосредованно Никоса. А Повелитель Чар – противник, так как вы сейчас с ним противостоите друг другу. Это мне совершенно ясно. Взамен вы не мешаете мне установить контакт с Никосом и позволяете сопроводить его туда, куда он направляется. Совершенно ясно, что к отцу Карины, и весьма вероятно, что прямо в столицу. Мне нужна гарантия, что мне и моим людям ничего не будет предъявляться на время нахождения в Оробосе. Взамен даю слово, что в данном своем задании ничего против Оробоса предпринимать не буду. Никакого вреда, а в неясных обстоятельствах, прежде чем что-то предпринять, по возможности буду ставить в известность лично вас или человека, которого вы выделите для надзора за мной. Само собой, я понимаю, что вы не оставите меня без присмотра.

Некоторое время в комнате царила тишина. Лулио обдумывал предложение, а Шойнц просто ждал ответа. В то, что Повелитель Чар, один из самых влиятельных в Оробосе, попытается его захватить, он не верил, так как считал, что чародеем в первую очередь исповедуются принципы выгоды для Оробоса, а озвученное предложение было именно таковым. Кроме того, Лулио не мог не понимать, что искусник просто так не дастся и должен был подстраховаться.

– Что вы можете предложить мне по текущей обстановке? – наконец прервал молчание Лулио, давая понять, что принимает предложение искусника.

Шойнц кивнул и выложил на стол бумаги.

В течение следующего получаса Повелитель Чар и искусник сравнивали свои данные. Шойнц предложил начертанную от руки карту города с пометками о возможном нахождении Повелителя Чар. Данные искусника и самого Лулио имели пересечения, что сильно сужало зону поисков. Помощь искусника в настоящих условиях действительно оказалась ценной, и при правильном использовании информации можно всерьез надеяться на победу. Потом еще около часа они обсуждали свои совместные действия, пока не выработали более-менее нормальный план.

– Что это? – Шойнц повернул голову к кровати.

Лулио тоже замер. Потом глянул на искусника и произнес:

– Вот, кстати, не откажите в любезности взглянуть на эти интересные искусные поделки и высказать свое мнение. – Лулио достал из-под кровати совсем маленькую сумочку и высыпал не стол несколько камешков. – Достались мне по случаю, однако для чего они предназначены, судить не могу.

– Вы позволите? – Шойнц вопросительно приподнял трость, прося разрешения воспользоваться своим жезлом.

Лулио кивнул.

Искусник, не дотрагиваясь до рассыпанных по столу невзрачных камней, провел над ними тростью. Несколько минут он что-то делал. Лулио с интересом наблюдал за непонятными вспышками и разворачиванием красивых узоров в чародейском зрении.

– Ну что ж… – наконец ответил Шойнц. – По правде сказать, что именно вложено в эти амулеты, я не знаю. Никогда с подобным не встречался. Однако же некоторые знакомые узоры попадаются. Странная монотонная цветовая основа. Ничего опасного для жизни вроде нет. Очень похоже на какой-то маячок – по крайней мере, от амулета идут равномерные… хм… вспышки-сигналы, судя по некоторым процессам в узорах. Что это значит, я не в курсе, но надеюсь, что это не по вашу душу? Поставщик амулетов надежен?

– Хороший вопрос. – Лулио накрутил на палец кончик бороды. – Впрочем, оставим это, не к спеху.

Чародей подошел к окну и стал смотреть на улицу, на которой в данный момент никого не было. Люди в городе почувствовали, что происходит что-то не то, и старались лишний раз не выходить за пределы своих жилищ.

Шойнц с интересом смотрел на Повелителя Чар, чувствуя, что тот не все сказал. Однако на полную откровенность между временно заключившими мир противниками было бы глупо надеяться. Вдруг фигура чародея дрогнула.

– Ах ты, гадина! – Лулио резко повернулся. – У меня есть все основания считать, что Никос недалеко от города. И что самое плохое – мой враг первый сделал ход, видимо, он давно к нему был готов. Я отметил большое количество боевых конструктов, накачанных маной, движущихся за пределы города. Иной причины для такого шага я не вижу.

– Похоже, наши планы пора менять еще до начала их реализации? – Шойнц выпрямился.

– Только те, что касаются меня.

– Что с теми конструктами? Они опасны для Ника с Кариной?

– Пока я их перехватываю. На границе города сейчас идет настоящее сражение. – Лулио усмехнулся. – А вы, уважаемый Шойнц, приступайте к своей части работы.

Искусник кивнул и встал. Но прежде чем выйти, сказал:

– Я оставлю вам амулет связи на всякий случай?

– Не стоит. Теперь я знаю вас в лицо и в любом месте, контролируемом моими конструктами, смогу установить с вами связь. Просто произнесите вслух мое имя.

– Все же я настаиваю. Возможно, я окажусь на территории, контролируемой врагом.

Лулио согласился, и на столе после ухода искусника осталась лежать небольшая брошь.

Чародей не шутил, когда говорил о сражении на границах города. В отличие от вражеских, его наблюдательные конструкты способны по команде объединяться в более сложные образования, в том числе боевые, и на ходу менять как тактику действий, так и характеристики отдельных своих «воинов», по мере необходимости засасывая нужное количество маны из окружающего пространства. Это тоже было одной из скрываемых способностей Лулио. Но в первую очередь – способность конструктов самостоятельно напитываться маной.

Насколько знал Лулио, кроме него, подобное никто не мог делать. Сейчас противостояние перешло в фазу, когда его увидят и простые люди: неожиданные хлопки, несущие смерть любому находящемуся рядом; загорающиеся деревья там, где взаимно уничтожались или наносили удар конструкты; длинные борозды на земле, вскрывающие поверхность невидимым плугом; разряды молний и огненные шары. Пока Лулио держался и даже, кажется, стал вдавливать вырывающиеся из города вражеские конструкты обратно в город. Да, опасно для жителей, но чародей сознательно шел на это. Со своей совестью он поговорит потом, в спокойной обстановке.

Однако через некоторое время Лулио начал беспокоиться. Некоторые из его конструктов почему-то самостоятельно покинули поле боя и стали удаляться от места. Причем чародей потерял над ними контроль. Это он не сразу заметил только потому, что в основном конструкты действовали сами по себе, лишь подчиняясь управляющим командам Повелителя Чар. Лулио с помощью Души Мира прокрутил бой обратно во времени. Это сделать было намного легче, так как свершившиеся события уже не могли быть изменены и четко отражались в линиях прошлого. Он заметил странную вещь – эти конструкты, сталкиваясь с конструктами противника, не уничтожались, а через какое-то время спокойно отлеплялись и начинали действовать самостоятельно. Лулио с трудом мог представить такое. Очевидно, он столкнулся с тайным умением противника. К счастью, частота данного явления была невысокой, иначе все давно бы закончилось проигрышем Лулио. Однако и оптимизма ситуация не внушала.