Хроники Рраха. Туманный страж - Мари Анса

Тварь моргнула. Взмах ресниц – и на меня смотрят уже другие глаза. Знакомые, человеческие. Любимые.

- Ван! – тело девушки на секунду обмякло, еще около десяти мы потратили на яростные объятия. А потом Мира меня оттолкнула.

- У нас очень мало времени!

Не-люди, временно лишившись управления, застыли окровавленными истуканами. Оборотни изрядно потрепали их, но и сами понесли потери. Тот волк, что неподвижно лежал у стены… Тряхнул головой: об этом я подумаю позже.

- Айна, Яков, Рат, Олаф! – ко мне вернулся холодный разум. Задача, стоявшая передо мной, была нелегкой: предстояло решить, как вернуть к жизни юную богиню.

- Ты знаешь, как ее разбудить? – голос Миры был глухим и напряженным.

- Давайте попробуем все вместе прикоснуться к ней? – предложила Айна.

Я кивнул – мне в голову тоже пришла именно такая мысль. Очевидно, что все завязано на нас шестерых, вот только как это использовать?

Рат, хромая, первым подошел к алтарю и положил на правое предплечье богини руку с фамильным перстнем. Мира встала рядом с братом и, на секунду замешкавшись, положила руку на лоб девушки. Они с Ратом обменялись взглядами, в которых было столько горькой нежности, что я поспешил отвести взгляд. Это их, личное. Колючка дорога не только мне.

Олаф выбрал левую руку, Айна – шею, а Яков – изящную ступню. Последним свою ладонь положил я. На солнечное сплетение – именно там, по ощущениям, жил мой огонь. Если эта богиня – моя родственница, и тоже обладает внутренним пламенем, это может помочь.

- А что дальше? – в голосе Айны сквозило разочарование. – Почему ничего не происходит?

- Нужна кровь, - на висках Миры выступил пот. Ее рука дрожала.

Я понял ее мысль с полуслова:

- Пусть каждый сделает своим кинжалом надрез на руке - и потом попробуем еще раз.

Но, увы, снова ничего не произошло! Я уже чувствовал горечь поражения на языке, как вдруг в голову пришла мысль: нужно зажечь ее пламя. Закрыв глаза, представил, как огонь через мою кровь перетекает в тело Арны.

Хрупкая фигура богини покрылось пламенем, и остальным членам моей команды пришлось поспешно отдернуть руки. Рыжая богиня открыла глаза, сделала глубокий вдох, улыбнулась и… испарилась в воздухе.

- Могла бы хоть спасибо сказать, - пробурчал Яков.

- Не понял, - Рат нахмурился, - а как же пророчество? В нем ведь говорится, что она спасет мир от тумана!

- Там нет никакой конкретики, - помотала головой Мира, вцепившись в мою руку побелевшими от напряжения пальцами, - только то, что на этой горе мы найдем спасение от Тумана.

- Сколько ты еще продержишься? – осторожно перехватил руку девушки. В груди разливалось дурное предчувствие. Взгляд Миры был отчаянным, даже каким-то сумасшедшим. Она отвела меня в сторону и прислонилась к стене, будто совсем обессилела.

- Несколько минут. Помнишь, я говорила о том видении, из-за которого ненавидела тебя? В нем была именно эта пещеру, только я тогда все поняла неправильно. Это единственное воспоминание, которое мне удалось скрыть от твари. Ван… ты должен будешь сделать кое-что для меня, - Мира сглотнула, - когда тварь вернется в мое тело – убей ее. Только это ее остановит.

Я не мог вымолвить ни слова, только до боли сжимал кулаки.

- Знаю, знаю, я бы тоже ужасно хотела побыть с тобой еще немного, - голос девушки дрожал.

- Ты скажешь Рату? – слова еле проталкивались сквозь сдавленное спазмом горло.

- Не могу. Он… не поймет.

- А я должен понять?

- Да. Я бы поняла, будь ты на моем месте, - Мира отстранилась и подняла на меня глаза, - пожалуйста, поцелуй меня на прощание.

Провел пальцем по тонкому шраму на брови, по точеной скуле, запустил пальцы в волосы на затылке. Вдыхал аромат кожи, пытаясь навсегда его запомнить. Мои губы почти успели коснуться губ девушки, когда та внезапно выгнулась, задрожала, а затем оттолкнула меня с такой силой, что я отлетел к противоположной стене пещеры. Удар был настолько сильным, что из меня выбило весь воздух. В первый момент мне даже показалось, что я сломал позвоночник – такой нестерпимой была боль в спине и груди. Пока я пытался заново научиться дышать, в пещере начался ад.

Не-люди пришли в себя, и, хоть их мечи мы благоразумно конфисковали, они атаковали так яростно, как никогда раньше. Гнев твари был настолько ужасен, что уже через минуту почти вся моя команда и все оборотни были раскиданы по пещере. Только Айна, умная девочка, успела спрятаться за алтарем. Не-люди подбирали отлетевшее оружие и направлялись к потерявшим сознание людям и волкам, а я все еще не мог подняться. В отчаянии попробовал призвать огонь, но на ладонях вспыхнули лишь маленькие огоньки. Свеча и то горит ярче!

- Убить всех! – голос твари дрожал от ярости.

Первый меч вонзился в грудь Олафа. Второй Не-людь занес клинок над телом Якова, который, судя по сочащейся из бока крови, уже и так был ранен.

В это момент произошло сразу две вещи: я сумел подняться на ноги, а Айна – обернуться.

Огромная змея изумрудного цвета отбросила своим мощным хвостом Не-людей в одну сторону, а тварь – в другую, прямо на алтарь. Судя по отсутствию попыток подняться, тварь потеряла сознание.

Поднявшись в стойку, нага не давала врагам приблизиться к тем, кого защищала. Огромные ядовитые зубы, торчащие из ее пасти, были размером с добрый кинжал. Змея орудовала хвостом, сгребая всех «своих» за спину, а огромной головой параллельно сшибала с ног атакующих Не-людей.

Каждый шаг к алтарю давался мне с огромным трудом. Казалось, я иду и слишком быстро, и слишком медленно одновременно. Каждая секунда была на счету, но при этом мое нежелание делать то, что необходимо, заставляло душу корчиться в муках.

Лицо Миры выглядело спокойным и умиротворенным. Таким оно бывало, когда девушка спала. Как будто сейчас она откроет глаза, и все будет как прежде. Вот только разумом я понимал: если Колючка сказала, что иначе тварь не уничтожить, значит, так и есть. Она видела свою смерть в видении, и все равно пошла с нами.

Только сейчас я понял, зачем Мира на одном из привалов будто бы между делом показала мне, как с помощью кинжала убить человека безболезненно, не причиняя ему лишних мучений. Я вытащил из пояса девушки ее любимый нож и нанес всего один удар.