Волшебная реликвия - Михаил Костин

– Зачем ждал? Почему сразу ко мне не пришел?

– Честно?

– Ну а как еще?

– Попугай не велел, – сказал Галик шепотом и вновь оглянулся на птицу.

Она дремала, сунув голову под крыло. Разговор, судя по всему, ей был неинтересен.

– И чего он так?

– Не знаю. Если, говорит, пойдешь с этим делом к сержанту, не видать вам карты как своего затылка.

– М-гм… – хмыкнул сержант и осторожно почесал собственный затылок, который еще слегка ныл.

– Да и робел я к вам с этой картой приставать. А тут момент выпал. Когда мы к тонущей баркентине приближались, помните, ну, к этой, пиратской, – все ведь на палубе столпились. Тут я и решился. Недолго думая, помчался в вашу каюту, залез в ящичек, роюсь, и вот она – свинья! Я даже не удивился. Свернул карту – и за пазуху. И в самое время. Уже через считанные минуты, как вы знаете, ваш сундук со всем его содержимым оказался у пиратов.

– Погоди, парень, каюта была ж заперта!

– Замок я вскрыл.

– Что!? Вскрыл замок в комнате собственного начальника?

– Да, господин сержант. Извините.

– И на сундучке запор сломал?

– И на нем.

Сержант замолчал, стиснув губы и уставившись в землю.

– Так, – сержант очнулся, – карта у тебя?

– Да.

– Покажи.

Галик полез за ворот и извлек помятый, потертый, слегка влажный от пота вчетверо сложенный лист плотной бумаги. Сержант развернул его и подошел к фонарю. Он долго шарил по карте глазами, еле слышно бормоча что-то, а потом спросил:

– Ну и что здесь, по-вашему?

– Сержант! – раздался вдруг ясный голос попугая. – Обещаю вам, что с помощью этой карты мы найдем так называемый вариант малой Сферы – хрустальный шар, идеально ограненный ста двадцатью восемью гранями.

– Что? – вздрогнул сержант. – Сколько граней? И почему малая? Нам ведь нужна большая Сфера. Или я не прав? Не то говорю?

– Вы правы. Но это необходимый этап, уверяю вас.

– Ну что же, Уискерс, – сержант внимательно посмотрел на птицу, – ты уже дважды доказал, что тебя можно слушать.

– Несомненно, это так, сержант. – Уискерс несколько снизил тон. – И можно, и нужно. К тому же малая Сфера в некотором роде важнее, – последние слова попугай произнес совсем тихо.

– Как мы будем работать с этой картой? Кто нам поможет ее правильно прочесть?

– Будем помогать друг другу, – сказал попугай, – я ведь тоже не все на свете знаю.

– Принято, – сказал сержант и вернулся на свое место.

Он грузно сел, пошевелил усами, а потом сказал:

– Слушай мой приговор, рядовой Галлий Мартин.

– Да! – Галик поднял голову. В свете масляного фонаря было заметно, что щеки его мертвенно побелели.

– За проявленные тобой инициативу, смекалку и смелость, граничащую с наглостью, порою совершенно необходимой для разведчика, объявляю тебе благодарность. В сложившейся обстановке ты действовал верно. Это урок для всех – нечего начальству вечно в рот смотреть.

– Благодарю вас, господин сержант. – Румянец постепенно вернулся на лицо Галика.

– А я-то, старый дурак! – Сержант вдруг хлопнул себя по лбу. – Ведь говорил мне генерал что-то такое про эту старенькую карту. Говорил! И адъютант его что-то промямлил. На что-то он намекал. А я, пень такой, забыл.

– Ну, слава Богу, карта при нас, – сказал попугай. – Не переживайте.

– Так, теперь откровенность за откровенность, – вздохнул сержант, – я ведь тогда нашу главную карту, ту самую, с крестиком, которую мы старательно вгоняли в память, не сжег.

– Как это? – не понял Арик.

– А вот так. Не успел. Ее у меня украли.

– Как? Кто?

– Если б я знал. Только я поднес ее к огню, как кто-то шарахнул меня сзади по башке. Хорошо приложил, собака. Умело. Когда я очнулся, карты не было.

– Вот оно как? – протянул Галик.

– Именно так, друзья. Оплошал ваш сержант. Увы!

– Кто бы это мог быть?

– В том-то все и дело. Если бы это был человек Адольо, я бы не волновался, потому как мошенник на ближайшие недели исключен из игры. Но у Адольо этой карты не оказалось. Он сам об этом вопил, вы помните. Мы знаем, что нет ее и у Винка. Значит, есть какая-то третья сила. Это неожиданность, которая, сказать по правде, меня тревожит. Никогда не любил вести бой с тенью. Я по складу человек грубый, предпочитаю схватку в открытом поле. Но здесь нам не оставили выбора.

– Как мы должны действовать?

– В любом случае мы обязаны спешить. У этих дьяволов, что украли карту, были все возможности нас обогнать, пока мы по пиратским трюмам прохлаждались. Увы, это так. Одна надежда, что, кроме адмирала с его редкостным капитаном, сюда сквозь рифы мало кто способен пробраться. Но обольщаться рано.

– Значит?

– С раннего утра топаем к месту, обозначенному крестом.

– А там?

– Поступаем по обстановке.

– Понятно.

– Сэнди, видишь в конце шалаша занавеску? За ней твое место.

– Спасибо, господин сержант.

– Ну-ну. – Сержант чуть улыбнулся в усы. – А сейчас выставляем боевое охранение и командуем отбой.

– Охранение? – удивился Валик.

– Э, малыш, да ты воинскую дисциплину забывать стал?

– Ну… – сказал Валик.

– Это что за ответ? Разболтались, братцы. Ужо возьмусь я за вас. Но это завтра. А сейчас спать. Рядовой Кустица!

– Я, господин сержант! – Арик вскочил.

– Назначаю тебя в пикет. Берешь фузею и охраняешь наш лагерь. Ясно?

– Так точно, господин сержант.

– То-то же. Рядовой Мартин!

– Я, господин сержант! – Галик вскочил столь же стремительно.

– Сменишь часового через три часа.

– Есть сменить через три часа! – На лице Галика отразилась тревога. Он лихорадочно соображал, как сделать, чтобы не проспать.

Сержант, судя по его спокойному лицу, подобной тревоги не разделял.

– Рядовой Кустица!

– Я, господин сержант! – Арик с ружьем стоял уже у выхода.

– Разбудишь Мартина через три часа, а сам ляжешь спать.

– Есть разбудить и лечь! – На этот раз встревожился Арик. Как без часов определить, что прошло ровно три часа?

– Время по звездам определять умеешь?

– Нет, – честно ответил Арик.

– Хотя бы приблизительно?