Футарк. Первый атт - Анна Орлова

Я машинально отпил еще своего любимого напитка, потер лоб и понял, что окончательно запутался. Вообразить отца в роли убийцы, тем более — убийцы, свалившего свою вину на другого… Нет, нелепо, невероятно! Однако я не так давно понял, сколь мало знаю о своих родных, взять ту же тетушку Мейбл, в последнее время неустанно меня удивляющую. А что я, в сущности, знал о своем отце?

Нет, так я совсем собьюсь! Пожалуй, лучше лечь спать, а утром поразмыслить на свежую голову. В конце концов, события эти произошли достаточно давно, чтобы еще день-два имели хоть какое-то значение…

Приняв это решение, я с некоторым трудом добрался до спальни (надо же, я и не думал, что настолько устал!), разделся и провалился в сон.

Снился мне Джон Эддерли (я никогда его не видел, однако, как часто бывает во сне, откуда-то знал наверняка, что это именно он), почему-то привязанный за руки и ноги к жерди над костром. На бедолаге уже потихоньку начинала тлеть одежда, и он без остановки вопил, точнее, пытался — из распахнутого в ужасе рта не вырывалось ни звука. А рядом спорили мой отец, еще совсем молодой, и юный дядя Эдвард — совсем такие, как на той фотографии.

— Он мой! — кричал отец, тыкая внушительной вилкой в упитанный филей Эддерли. — Мейбл — моя сестра!

— Нет, мой! — не соглашался дядя, потрясая серебряным столовым ножом. — Мне Мейбл тоже как сестра! И я первым узнал!

— Ладно, — вдруг согласился отец, примирительно поднимая руки. Правда, вилка придавала этому жесту несколько странный вид. — Давай договоримся иначе… Мы его поделим.

— Давай. — Дядя заинтересованно склонил набок голову и почесал в затылке ножом. — Но как?

— Элементарно! — усмехнулся мой покойный отец. — Тебе правая половина, а мне — левая!

— О! — уважительно поднял палец дядя. — Сразу видно юриста! Согласен!

Я дернулся, сел на постели и потряс головой, пытаясь избавиться от на диво яркого и правдоподобного сна. Приснится же такое!..

Уже занимался рассвет, и я решил, что пора действовать.

Перекусив на скорую руку (Ларример смотрел на меня с укоризной, но помалкивал, считая, видимо, что меня настигло какое-то обострение, а сумасшедших раздражать опасно), я снова отправился в путь. На этот раз я намерен был добиться встречи с дядей Эдвардом во что бы то ни стало! Жаль, конечно, что он — не Хоггарт и кактусом его не напугаешь, но я и так могу быть достаточно убедительным. Проблема в том, что он тоже Кин, а значит, моему напору может противопоставить фамильное упрямство!

— Господин никого не принимает, сэр, — предсказуемо отреагировал на мой вопрос тетушкин дворецкий. — Он крайне занят.

— Передайте ему, что его желает видеть Виктор Кин, — сказал я, — и что у меня к нему серьезный мужской разговор, не терпящий отлагательств.

— Сэр, мистер… — Дворецкий слегка сбился, но тут же выпутался: — Мистер Эдвард Кин приказал…

— Ладно, Бартоломью, оставьте, — раздался знакомый голос. Оказывается, дядя все это время прислушивался к разговору, стоя на площадке второго этажа. — Если уж дошло до серьезных мужских разговоров, то дела мои могут подождать…

— Как вам будет угодно, сэр, — церемонно ответил тот и удалился.

Эдвард спустился и пристально посмотрел на меня. Очевидно, что-то в выражении моего лица его насторожило, потому что он вдруг нахмурился.

— Быть может, пройдем в сад, чтобы не тревожить Мейбл? — предложил он.

Сирил, случившийся поблизости, вытаращил глаза: обычно я уводил его в сад, подальше от тетушкиных ушей, чтобы устроить очередную выволочку. Я молча показал ему кулак, и кузен испарился.

— Да, пожалуй, — сказал я.

Из гостиной доносился жизнерадостный смех тетушки Мейбл, перебиваемый густым басом полковника. О моем визите они не знали — я приказал покамест не докладывать обо мне, а машину оставил так, чтобы ее нельзя было увидеть из окна.

Мы вышли из дома и неторопливо направились в сад. Судя по всему, полковник Стивенсон уже успел задать взбучку ленивому садовнику, поскольку дорожки оказались расчищены (и местами даже прополоты) и посыпаны гравием, а сухие ветки спилены. Не все, конечно, сад достаточно большой, но тем не менее прогресс был налицо. Еще бы кусты подстричь и лужайки, но за этим дело не станет, я уверен…

— Итак… — первым заговорил дядя, вынимая портсигар. — Кстати, вы не возражаете, если я буду называть вас по имени и попрошу о взаимности? Не то беседа наша будет выглядеть вовсе уж нелепо!

— Никоим образом не возражаю, дядя Эдвард, — кивнул я.

— Лучше без «дяди», — поморщился он. — Не то я начинаю чувствовать себя каким-то патриархом…

Я усмехнулся, поскольку испытывал те же чувства, когда многочисленные племянники называли меня «дядей Виктором». Хорошо еще, видел я их нечасто!

— Курите? — предложил он.

— Нет, благодарю, — отказался я, размышляя, с чего бы начать, но Эдвард меня опередил.

— Кажется, я догадываюсь, о чем пойдет речь, — сказал он, раскуривая крепкую сигарету. — Очевидно, кто-то увидел… либо вы сами заметили, как я подвозил очаровательную мисс Флип. А языки в Блумтауне длинные, уж мне ли не знать!

— Э-э-э… — только и смог я произнести. — Мисс Флип?

— Ну да, — удивленно покосился на меня Эдвард. — Насколько я понял, имеет место некая приязнь между вами и этой девушкой, но…

— Нет-нет! — чуть не вскричал я. — Ничего подобного. Видите ли, это следствие дурной шутки Сирила, которому хватило ума прикинуться мной. В итоге все разъяснилось, но родители этой девушки, завидев меня, переходят на другую сторону улицы. Кажется, у них острая аллергическая реакция на нашу фамилию…

— У них — возможно, не имею чести быть представленным, — усмехнулся дядя, — а вот у мисс Флип подобных симптомов я не заметил. Премилая молодая особа.

— Увы, воспитание ее оставляет желать лучшего, — вздохнул я, понимая, что, во-первых, разговор зашел куда-то не туда, а во-вторых, мы за глаза обсуждаем девушку, а попросту — сплетничаем, что для джентльменов не слишком-то прилично!

— Да? Не обратил внимания, если честно, — ответил Эдвард. — В Австралии нравы проще, так что я давно отвык подмечать подобные мелочи… Но и правда, я как-то сразу не сообразил, а она не возражала, когда я предложил ее подвезти…

— В Австралию вас занесло в поисках приключений? — спросил я, пытаясь вернуть беседу в нужную колею.

— Нет, — коротко сказал он, явно не собираясь развивать тему. — Виктор, раз дело не в мисс Флип, тогда в чем же? Вид у вас крайне серьезный!

— Видите ли, Эдвард… — медленно начал я. — Мне хотелось бы прояснить детали одной старой истории, имеющей к вам и тетушке Мейбл самое непосредственное отношение…

Он вопросительно приподнял брови:

— И что же это за история?