Дочь магистра Пламенных Чаш - Эльвира Вашкевич

– Взять ее! – приказал Корин судебным служителям.

– Не шевелитесь! Вам лучше будет! – мэги развела ладони, сияние между них стало ярче и плотнее, будто отражение красного закатного солнца.

– Дурочка, ты забыла, что здесь я, – усмехнулся Канахор, стоявший дальше других возле мачты. Легкий пас руки его родил длинную извилистую искру – Астра вскрикнула от жгучей боли, прошедшей по позвоночнику. Колени согнулись, и мэги упала на палубу.

– Взять ее, – повторил гилен Корин.

Двое стражей, выхватив мечи, остановились, преграждая дорогу Ренайту, двое других подбежали и подняли Астру. Канахор подошел следом и, запрокинув ее голову, влил ей в рот глоток микстуры Хеф.

– Вот так, теперь она не опасна, – с облегчением сказал он. – Пусть тюремщики поят ее из этой бутылочки каждый день. Обязательно каждый день.

Астра застонала и скорчилась от омерзительного ощущения сладкой отравы, растекавшейся внутри. Она знала о коварном действии микстуры Хеф: этим зельем насильно поили анрасских ведьм – через несколько дней они теряли магические способности надолго или навсегда. Некоторые, утрачивая связь с эфиром, теряли и собственную душу. Астра рванулась, стараясь схватить Канахора за волосы, вцепиться ему в лицо, но судебные служители крепко держали ее за плечи.

– И Арсия была такой же, – взяв ее подбородок, негромко сказал магистр, – такой же непослушной, непокорной гадюкой, норовящей ужалить при всяком удобном или неудобном случае. Тебе многое перешло в наследство. И от Варольда тоже. И от Изольды – такой самоуверенной развратной шлюхи. Тебя будто в злую шутку боги слепили, взяв по нечистой частице каждого из них. Дай сюда мое кольцо, – он схватил ее за руку и снял бронзовое колечко с анрасской руной. – Это очень дорогое кольцо. Кольцо-свидетель, как я наказал твою мать.

– Отведите ее в Гарунскую крепость, – распорядился Корин. – Пусть до суда находится там. Скажите тюремщикам, чтобы глаз с нее не спускали и старательно поили микстурой магистра.

Стражи Архора, подхватив мэги под руки, направились к лестнице, спускавшейся в шлюпку.

– Госпожа Астра, – Ренайт подбежал к ней, когда судебный служитель перелез через фальшборт. – Госпожа Астра, скажите, что все это не так! Ложь все это! Ну, скажите же! Умоляю!

– Встреть в порту «Фарилию», – попросила она, едва владея распухшим языком.

Стражник поторопил ее грубым толчком в спину.

После того, как Корин, Трим и остальные ланерийские гости отбыли на берег, Давпер распорядился накрыть стол под тентом, натянутым возле фока. Перевалило уже за полдень. В каютах стало душно, а на палубе гулял кое-какой ветерок, и настил, обильно политый забортной водой, отдавал вялой прохладой. Канахор, скинув мантию, устроившись небрежно на приваленных к мачте мешках, будто расстался с высоким саном, и выглядел моложе. Капитан Морас, ожидая обед, пряными запахами которого тянуло из открытого люка, поигрывал ножом и с некоторыми опасениями думал об Аните, запертой в комнате портовой таверны.

– Даже нерадостно. Горько, что все так кончилось, – сев на лавку, Давпер вытянул ноги, уставшие в тесных ботфортах.

– Господин Хивс, я лишь показал, как надежно и удобно можно решить проблему с досаждавшей вам девицей, – сказал магистр. – И решили мы ее с большой пользой.

– А я бы предпочел видеть девицу здесь, на корабле, – Давпер покосился на слугу, несущего поднос с парящими блюдами, и придвинулся ближе к столу. – Такой итог мне был бы приятнее. И я еще не отказался от семи сотен штаров щедрого олена. Приличная сумма. Почему бы и нет? И почему бы не продолжить эту игру?

– Вы рискуете переиграть, Давпер, – с недовольством заметил магистр. – Можете сделать Ланерию неуютным местом для нас. Мэги пусть сидит в тюрьме до вашего удачного возвращения с Карбоса. Там видно будет. Если дойдет до торга с Варольдом, то ее жизнь будет стоить побольше, чем каких-то семь сотен. Я сам выплачу их вам, если это так важно.

– Не смею вмешиваться, но мне кажется, что вы вдвоем уже малость переиграли, – отложив нож, капитан Морас расстегнул тугой воротник и притянул тарелку с печеной рыбой. – Ланерийский суд непредсказуем, впрочем, как и гилен Корин. Сколько вам труда стало, получить «Гедон» и уладить неприятности вокруг Аерта? И то, еще ничего не ясно, никаких бумаг не подписано.

– Уже ясно, кэп. «Гедон» мой – это дело двух ближайших дней. С Красмом можно иметь отношения, хотя… куда приятнее иметь их с его очаровательной женой, – Давпер рассмеялся, потряхивая куцей бородкой, и повернулся к «Гедону», стоявшему на рейде в полулиге. Мощные обводы когга, блестящая бронзой броня по бортам, вызывали восхищение, как и катапульта, равной по силе которой не было во всем королевском флоте Рохеса.

– Вам повезло, что на судилище Архора сложилось так, – ответил Морас, терзая пальцами рыбью тушку. – А обвинения в сторону госпожи Пэй достаточно серьезны. Если бы вы только требовали возмещения за ущерб. Но вы еще обвиняете ее в намеренном сожжении имущества Ордена и многом другом. Суд, несомненно, приговорит ее к смерти.

– Капитан, я всегда думаю, прежде чем сказать что-то, – неохотно магистр тоже склонился над тарелкой. – О якобы сожженных магических атрибутах Ордена было необходимо сказать. Я поверну это дело так, что в нем окажется замешан Варольд. Ведь Астра его дочь. Учитывая некоторые события в Олмии, недобрые чувства господина Варольда к нашему Ордену, получается ясная для судебного разбирательства картина. Чем не способ потребовать конфискации имущества старика, проучить его и забрать, наконец, свиток Хевреха?

– Ах, вот вы как хотите выкрутить! Магистр, вы большой хитрец, – приподнявшись, Давпер разлил разбавленное вино по серебреным чашам и торопливо отпил глоток. – Мы ведь не так договаривались. Карта Варольда это ваша забота. Мы можем содействовать только в меру сил. А госпожа Пэй наша, вернее моя добыча. Она моя большая должница, и у меня нет желания делать ею ставку в вашей личной игре.

– Вы меня не поняли, Хивс. Скорее всего, такое не потребуется, – недовольно ответил Канахор. – Суды в Иальсе – дело хлопотное, неверное. И Варольда не так легко в чем-нибудь обвинить. Пока я намерен поступить проще – сообщить ему о беде, постигшей его дочь, и предложить свою помощь. Конечно, старик все это перепроверит, поэтому мэги должна быть в тюрьме и положение ее должно быть самым бедственным.

– Бросьте, магистр, Варольд ничего не проверит. Ему подтвердят все, что нужно, даже если Астра будет сидеть в трюме на моем корабле или по какой беде ее вообще не будет в живых. А еще с утра меня волнует Бернат. Шетов сын! – запрокинув голову, Давпер глотнул из чаши. – Капитан, ваши люди старательно его ищут?

Морас молча кивнул.

– Шетов сын! – повторил Хивс. – Сколько у нас бочек с его порошком? Всего четыре? Этого слишком мало! А нам следует поторопиться! Очень поторопиться, иначе придется забыть о Карбосе на шесть месяцев!

– Еще двадцать три дня, господин Хивс. До Карбоса мы дойдем за три-четыре. Пусть еще пять, ну, шесть дней, чтобы осмотреться, войти в доверие к жрецам, – наблюдая за возней на пристани, рассудил капитан. – Когда вы собираетесь передать мне «Наг» и подписать документы?