Ты победил - Александр Зорич

– Пар-арценца Опоры Вещей и Первого Кормчего ко мне, – бросил Лагха посыльному. – Кроме этого, скажи людям из Опоры Единства, чтобы установили негласное наблюдение над Тэном окс Найрой – офицером береговой стражи, которого привезли аютцы. Если он попытается вступить в сношения с аютским посольством в гостинице Иноземного Дома – не препятствовать. Четыре раза в день – докладывать мне обо всем, что делает Тэн окс Найра. И об аютских бабах тоже.

x 5 x

Альсим в великому удивлению Лагхи появился спустя каких-то десять коротких колоколов после ухода посыльного.

– Я уже искал встречи с вами сегодня, милостивый гиазир, – начал Альсим. Он выглядел усталым и встревоженным. – Но на приеме в честь аютских послов или даже точнее – послиц – мне было недосуг отвлекать ваше внимание. Я ждал в Смоляном Зале, пока ваши гостьи уйдут.

– Рад, что тебе не пришлось ждать слишком долго, – сухо бросил гнорр, которого болтливость Альсима забавляла только в очень хорошем настроении, а в остальном – злила. – Говори, что там у тебя. Свои слова я скажу позже.

– Дело в том, милостивый гиазир, что мои предновогодние опасения, увы, полностью оправдались. Весь боевой флот южан готовится к выходу из Багряного Порта. Вопрос лишь в том, куда он намерен направиться. И на этот счет у меня имеются самые неприятные соображения.

«Ах, да, этот ублюдок Ихша», – мысленно отмахнулся Лагха, который был полностью погружен в размышления об Аюте и Медовом Береге.

– Семь теагатов вспомогательной грютской конницы и около восьми тысяч настоящих «бронзовоногих», – продолжал Альсим, – отлично снаряженные, стоят сейчас в пятидесяти лигах к западу от Грютских Столпов, в солончаках Сумра. Даже при всех возможных проволочках они могут достичь границы наших владений за три дня.

– Давно стоят? – равнодушно осведомился Лагха.

– Мне сообщили об их появлении пять дней назад. Потом я получил сведения от вольных торговцев, которые недавно вернулись из дельты Ориса. Они говорят, что грюты отогнали свои табуны с выпасных лугов Айяр-Хон-Элга больше месяца назад. Полагаю, около двух недель они пополняли войска свежими лошадьми и, значит, стоят в солончаках не меньше десяти дней и не больше двух недель. Они чего-то ждут, милостивый гиазир. Из солончаков Сумра, конечно, за пять переходов конница может достичь и Нелеота, но воевать с северянами…

– Достаточно, – хлопнул ладонью по столу Лагха. – Понятно. Ихша давно уже собирался и наконец-то решился напасть на нас. Но семь теагатов легкой и полтора теагата тяжелой конницы против Свода и варанской армии – согласись, довольно скромные силы. Полагаю, чтобы раздавить их за Грютскими Столпами, нам понадобится никак не больше трех суток. Или трех часов – если они отважатся с ходу вступить в решительное сражение.

Альсим с трудом сдержал разочарованный вздох. У него был заготовлен такой превосходный доклад! За каких-то два долгих колокола Альсим собирался блестяще обосновать, что для войны с Севером южане слишком быстро приготовили конницу, в то время как флот будет добираться из моря Савват только до Фальма недели три. А для войны с Аютом они, наоборот, слишком быстро снарядили флот. И конницу надо было собирать не в солончаках Сумра, а в нарабитских предгорьях. В общем, многое мог бы порассказать Альсим о работе шпионов и аналитиков Свода, да только гнорр слишком быстро все понял. И все-таки у Альсима было припасено еще кое-что.

– Да, милостивый гиазир. Но это еще не все. Дело в том, что лекарь Аффисидах – я вам сообщал о нем чуть больше полугода назад – возвысился при Ихше в последние месяцы неописуемо. Аффисидах не имеет в Северо-Восточной провинции никакого, даже самого завалящего, титула, но он сопровождает Ихшу повсюду, на всех приемах сидит в его тени, лекаря постоянно видят близ Глухих Верфей и на Медных Курганах. У меня есть серьезные подозрения, что этот Аффисидах знает по меньшей мере секрет «гремучего камня». А это уже заставляет посмотреть на угрозу вторжения южан в совершенно новом свете.

Здесь пар-арценц был прав. С «гремучим камнем» южане были очень опасны. Почти столь же опасны как и аютцы.

– Помимо этого, если останки трехпалубного корабля, разорванного на мелкие щепки, можно считать неопровержимым доказательством наличия у южан «гремучего камня», что думать о длинных полосах копоти, оставленных на одном из Медных Курганов?

Лагха не любил риторики.

– И что же думать, а, пар-арценц? – бросил он раздраженно.

– Мне кажется, что полосы копоти длиной от тридцати до восьмидесяти шагов оставлены «темным пламенем». Я предполагаю, что южане испытывали поворотные трубы на колесных станках и, если судить по густоте и длине полос, описанных в донесениях наших людей, можно оценить длительность извержения пламени из одной трубы в десять коротких колоколов.

Лагха не удержался и цокнул языком. Десять колоколов! Если это правда, то южане при правильной тактике могут из одной трубы поджечь две варанских галеры. Десять труб – двадцать галер.

– Что-нибудь еще? – спросил Лагха, умоляя Шилола завязать язык Альсима узлом, чтобы тот больше не доставлял ему таких умопомрачительных расстройств.

– Да. Сегодня утром я обнаружил, что призраки поменяли свой цвет.

Если обычно Альсим бывал чересчур многословен, то теперь его сообщение оказалось слишком лаконичным даже для всезнающего и всепомнящего гнорра.

– Какие призраки? – переспросил Лагха.

– Рыбы-призраки в Алом Бассейне, за которым вы приказали надзирать особенно тщательно. Рыбы стали черными, как смоль, и сплошь покрылись яркими оранжевыми пятнами, словно саламандры.

Так. Значит Ибалар стал первым, кому удалось избегнуть смерти от меча Кальта Лозоходца. У Лагхи едва заметно дернулся уголок рта. Он снова не ошибся…

Гнорр не ответил Альсиму. Потому что в это время секретарь ввел Лорма окс Цамму, Первого Кормчего Великого Княжества Варан.