Ворожея - Катя Зазовка

Водяные девки зажали уши и одна за другой скрылись под водой. Только хвосты блеснули в одиноком лунном луче, прорвавшемся сквозь тучи. Лишь единственная русалка продолжала глядеть на Вита. Ружа! Ворожея кинулась к мельнику и стала промеж ним и новоиспеченной водяницей. Но мельник и не приметил преграды. Остановить его не удавалось. Бессмысленный взгляд не сходил с бледного лика Ружи. Тогда Милава попыталась закрыть молодцу очи. Но и это не помогло. Он тараном шел вперед.

— Ружа! Прекрати!!! — завопила Милава.

Русалка опустила руку, которой только что звала к себе, и поглядела на ворожею. Пожала узкими плечами, мол, прости, трудно совладать с русалочьей сущностью.

Молодец остановился. Тряхнул головой:

— Что со мной было?

— Отвороти взор от реки! — строго наказала Милава. — Скорей, покуда ты еще в своем разуме! — Вит замешкался. Но тут подоспели теплые ладошки. Они вовремя прикрыли очи молодцу. — Отворотись, покуда не поздно.

Мельник нехотя повернулся к лесу. Милава выхватила из-за его пояса нож и мигом очертила вокруг Вита охранительный круг, не запамятовав прошептать нужный заговор.

— Стой тут. И гляди, не смей выходить за черту.

— А хоть обернуться к реке можно? — точно ребенок, поклянчил здоровенный детина.

— Теперича можно, — дозволила Милава. — Но, что бы ни случилось, за границу выходить и не мысли! Не то и я тебя не спасу. — Девица понадеялась, что поспеет воротиться до того, как дождь размоет круг. Спорить часу не было.

— Что ты задумала?

Но вопрос так и повис в воздухе. Девица устремилась к воде. Теперича она точно ведала, что русалки не смогут причинить ей вреда. И у нее созрела мысль. Милава подошла ближе к воде. Ружа не уплывала и не спускала с нее очей. Ворожея ступила в морщинистую воду.

— Милава! Стой! — закричал Вит. Она обернулась и махнула рукой: все добре. Мельник смолк. Милава зашла уже по колено. На следующем шаге холодная вода коснулась бедра. На третьем — ворожея поплыла. Русалка не двигалась с места, точно чего-то ждала. Милава выдохнула и перевернулась на спину. Вит вскрикнул, когда Ружа нырнула, но за черту не перешел. Стоило ушам оказаться в воде, как ворожея уразумела, что не ошиблась. Милава явственно различала человечий глас. Всего-то и надобно было малость в воду окунуться. Стало быть, в прошлый раз Ружа вовсе не хотела ее потопить. Русалка пыталась с ней заговорить!

— Как я рада, милая девица, что ты догадалась. Прости, что тогда тебя в воду потянула. Старшие русалки мне не велят ничего сказывать, да только не могу я родную деревню на погибель оставить.

— Тебе и надобно только повиниться за проклятье — и хворь оставит село, — ответила Милава. Не очень-то удобно было вести разговор: мало того, что собеседницы не видно (ворожея уже уразумела, что Ружа не желает ее потопить, но ведь есть еще и иные русалки), так и дождь, лупящий по лицу, радости не доставлял. Но не об удобстве нынче мыслить надобно. Тут бы поскорее с недугом сдюжить.

— Не я в хвори, что на село накинулась, повинна! Да, я кляла, но о том проклятье почти сразу же у богов прощение вымолила, — прозвучало в самое ухо.

— А кто ж тогда?

— Пришлая девица. Та, что с моим любым в купальскую ночь миловалась.

— Воста?! — весть ошарашила Милаву. — Не может того быть! Поди ты напутала что-то?

— Нет! Не напутала! — прозвучало злобное шипение, которое тут же размножилось. Ворожее захотелось поскорее выбраться на берег. Правду говорят о дурном нраве водяных девок. Но Ружа успокоилась и продолжила рассказ: — Покинув полюбовников, я бросилась к реке и утопилась. — В гласе новоявленной русалки прозвучали нотки сожаления. — А поутру приметила эту девицу уже с другим молодцем. Пару раз она его покидала, а сама к реке подходила молитвы к Паляндре возносила, матушкой родимою ее звала. А после и мой любый, и тот молодец захворали.

— А ты сама как об том прознала? — Милава все еще не могла поверить, что за недугом Воста стоит.

— Покуда на седьмой луне волосы не расчешу, я могу в любой воде появляться. Даже в кружке. Вот так прознала. — Ворожея вспомнила лик зеленовласой водяницы в ручейке. — Так что и не мысли — не я в хвори повинна.

Пожалела Милава девицу. Не завидна судьба русалки, но тут уже ничего не поделаешь. Авось примирится.

— Благодарствую, милая Ружа, плыви с миром, — Милава не поспела договорить — кто-то рванул подол, и она ушла под воду. Неужто все ж таки кто-то из старших русалок на ее кровь позарился? Горло наполнилось водой. Ворожея попыталась всплыть, но ничего не вышло. Она поняла, что тонет. Эх, может, не стоило Виту наказывать круг не покидать — авось помог бы? Последняя мысль померкла…

* * *

— Очнись, милая, очнись!

Кто-то больно лупил по щекам.

Милава открыла рот, чтобы прекратить пытку, но заместо звуков из него полилась вода. Она закашлялась и перевернулась лицом вниз. В груди все болезненно сжималось. Тело бил озноб.

— Хвала, богам! Очнулась! Вовремя поспел: не утащили русалки под воду!

Милава узнала говорившего — то был Алесь. Так это он ее из воды вытянул?! Говорит, русалки хотели утащить? Приступ кашля отступил — она села.

— А ты, болван, так и глядел бы дале, покуда она сама водяной девкой не сделалась?

— Я… я это… — бормотал Вит с опущенной головой.

— Не надобно, Алесь, — это я ему велела за черту не выходить.

— Подумаешь, велела! Бабу слушать — себе дороже, — разошелся сын старосты.

— Ах вот, значится, как? — вскинулась Милава. От недавней разлаженности в теле не осталось и следа. Она уперла руки в бока.

— Да! Так! — Алесь, точно зеркало, отразил ее жест.

— Да ежели бы не я, то ты и сейчас лежал бы язвами с ног до головы покрытый!

— А если бы не я, то быть тебе нынче с рыбьим хвостом да зелеными волосами!

— А если бы не я, так…

— Перестаньте, — робко попытался влезть мельник.

— Не лезь! — разом прикрикнули на него Алесь и Милава.

Вит стушевался и отошел. Парочка снова схлестнулась гневными взглядами и колкими словцами.

— Можно подумать, я для тебя мало сделал!

— Так ты что ж, теперича станешь подсчет вести, сколько раз меня из беды вызволял? Ну и ну! — развела ладони Милава.

— А вот и стану! — повторил движение сын старосты.

Ворожея никогда прежде не чувствовала себя столь рассерженной. Она прямо-таки задыхалась от негодования. Кажется, так и отлупила бы этого несносного богатыря!

Воспользовавшись заминкой, Вит встал промеж ними и сказал:

— Покуда вы тут ругаетесь — деревня в опасности!

Отрезвляющие слова вмиг подействовали. Ярость бесследно сползла с обоих ликов, точно ящерка с камня. И правда, чего это они? Алесь и Милава поглядели друг на друга и пожали плечами. Дождь обратился ливнем.