Я - сингуляр - Юрий Никитин

– Да вообще-то я даже не знаю точно, зачем пришел.Наверное, хочу найти таких же придурков, как и сам.

Ничуть не удивившись, он оглядел еще раз с ног до головы иобратно, сделал шаг в сторону.

– Заходите.

Я прошел мимо, оказавшись в просторной прихожей. Привычнорасположенные в таких квартирах двери в туалет и в ванную комнату, в гостинойтесно сдвинутые столы, то есть квартиру даже не стали перестраивать под офис.Пять столов, заняты только два, остальные – свалка для разноформатных книг,брошюр, журналов, буклетов, коробок с лазерными дисками. Из дисков почти всепростые сидюки, продолговатые коробочки дивидишек заметил лишь на последнемстоле, да и то под горой дискет, что уже давно вышли из употребления. Тутсидюки уже устаревают, а у них – дискеты… Мама моя, куда я попал?

Двое парней, что так и не повернулись в мою сторону, сидятза компами, шарят по Инету. Судя по заставкам, осматривают новостные сайты повысоким технологиям.

– Я Чернов, – сказал парень. – Замдиректора,хотя, если честно, я же и уборщица… Просто надо было на кого-то оформлять.

Голос у него был слегка извиняющийся, мол, только неподумайте, что лезу в начальники. При таком росте еще и сутулый, недаромзахотелось в трансчеловеки.

– А где директор? – спросил я.

– В универе, – ответил Чернов. – Он васпирантуре, дел много.

– А у вас, – полюбопытствовал я, – делменьше? Учиться не думаете?

Он усмехнулся, глаза за стеклами очков остро блеснули.

– Я уже отучился. И кандидатскую защитил. А вы не измилиции?..

– Да вроде нет.

– А то вопросы больно протокольные, – пояснил он схолодком. – Вообще-то мы собрались здесь не для того, чтобы найтиединомышленников, а затем ударить по пивку.

Взгляд у него оставался настороженным и не совсемдружелюбным.

– Понимаю, – ответил я. – А у меня цель –найти именно единомышленников. Но, правда, тоже не для пивка. Хотя не могусказать четко зачем. Наверное, хочется что-то делать. А что, как-то даже непредставляю. Может быть, вы продвинулись дальше? Я буквально на днях узнал отрансгуманизме, сингулярности и всем прочем. Ну, не совсем на днях, но постыднопоздно. Вообще я пока как в тумане. Информации много, все сразу… Мир сейчаснастолько… гм, широк, что каждый выбирает в нем свою нишу, называет ее миром иживет себе, не подозревая, что совсем рядом есть миры богаче и красочнее.

Он слушал внимательно, я поглядывал на спины парней, которыхон представлять не стал, оба вроде бы начали прислушиваться к разговору.

– Зачем мы собрались, – ответил он, – вродебы понятно. Зачем вообще собираются люди. По интересам собираются. Да и легчевыживать…

– Как клуб анонимных алкоголиков? –полюбопытствовал я. – В смысле, тому, кто бросил пить или курить, надодержаться таких же?

Он кивнул:

– Верно. Это первый шаг. Но у нас и первый, и второй –позади. Хотите быть чем-то полезным, расскажите о себе. А мы постараемсяпонять. Садитесь, вот здесь свободно.

Те парни, хотя и сидят к нам спинами, явно прислушиваются.Свободным оказался стул, с которого Чернов снял пару папок, сам сел напротив.

Я сел, чувствуя странную раскованность души, словно именно сэтими ребятами бывал на вечеринках, где мы вместо дискуссий, как играл«Спартак» и сколько мог бы забить, если бы да кабы, старательно намечалитуристические маршруты по Марсу и спутникам Юпитера.

– Я пустоцвет, – сказал я откровенно. – Живу,как все, а это понятно как… Но остатки гордости говорят, что еще мог бы, да…Вот и подумал поискать себе подобных. Чтоб если уж экстремальный секс, то наМарсе…

Я замолчал, изливать душу не собираюсь, умному достаточно, аЧернов, выждав чуть, кивнул. Глаза за толстыми стеклами очков стали серьезнымии внимательными, никакой насмешки. Даже удивления я не заметил, чего втайнеопасался.

– Так-так, – сказал он после паузы, – вы непротив экстремального секса, но на своих условиях… только на Марсе…

– Еще на спутниках Юпитера согласен, – сказал ячуть бодрее. – Или еще дальше.

Он кивнул:

– Очень разумно. Очень… Гаркуша, ты слышал? Вот какнадо. А ты сразу в бутылку лезешь. Вот товарищ вроде бы и согласен, но снебольшой поправкой… И никаких конфликтов с избирателями, никакого противоречияс устоями общества.

Ближайший из сидящих за столами оглянулся, проворчал:

– Конформист твой товарищ. А я сразу правду-матку влоб. Как товарищ Нагульнов.

– Зато товарищ Давыдов добивался результата, –сказал Чернов наставительно. – И общество его понимало. Как вас зовут,извините? А то в России имена называют только на третий день, что стало темойдля анекдотов…

– Вячеслав Стельмах, – ответил я, – дажеВячеслав Васильевич Стельмах. Но, увы, сам разумею, что своей пескарьей жизньюне заслужил ни по батюшке, ни даже полного имени…

– Слава, – полувопросительно сказал Чернов. –Так? Очень приятно, Слава. Эти вот двое балбесов – Гаркуша и Знак. Оченьхорошие ребята, только очень революционные. Им недостает как раз вашейсдержанности и вашей мимикрии. Вы, дескать, такой же, как все большинство,населяющее планету. Вы совершенно правы: с этим абсолютным большинством споритьбесполезно. Дураки всегда уверены в своей правоте. Чем дурак ниже по уровню,тем он увереннее.

Он повысил голос и строго посмотрел на Гаркушу, что повернулсябыло к экрану.

– Потому спорить не надо, – сказал оннапористо, – это напрасно затраченные усилия и непонимание… Ты понял,Гаркуша? Это в твою сторону… конфетка. Ты тоже не против экстремального секса,но на крыше тебе уже неинтересно, тебе подавай Марс, понятно?

Гаркуша сердито оскалился и отвернулся. Мне показалось, чтоу парня некоторые проблемы с этим экстремальным, далеко не у всех получается,как, кстати, и у женщин, но те все равно могут участвовать, а вот нам подавайхоть какие-то условия.

Я пробормотал:

– Ну, я думаю, честнее так, как вот у товарища…Гаркуши? Да, говори все как есть. А я просто увиливал. Это скорее трусость, чемпозиция.

Гаркуша бросил на меня косой взгляд, но я уловил в немблагодарность, а Чернов развел руками.

– Это не трусость, – сказал оннаставительно, – а благоразумие. Бесполезно выходить на кулачный бой сбыком. С некоторыми… спорить бесполезно. А этих некоторых, как вы понимаете,абсолютное большинство. Ладно, теперь о том, куда вы попали. Мы здесь организовалиобщество по поддержке развития нанотехнологий. Желательно в России. Все-такиздесь живем, но вообще-то мы счастливы, когда нанотехнологии развиваются и вкакой-нибудь Сингапурии. Сингапурия тоже в некотором роде уже наша, а черезсколько-то лет… Вы кем работаете?