Молли Блэкуотер. Остров Крови - Ник Перумов

Что-то пошло не так, Молли это знала. Вскинуты винтовки снайперов, их с лордом Спенсером держат на прицеле – но остальные пэры как-то вдруг… заволновались? Смутились? Растерялись? Все вместе?

Приказа стрелять так и не последовало.

Распахнулись двери, рысью подбежал к хозяину Найт-холла егерь, что-то зашептал на ухо, быстро и лихорадочно.

Лорд Перегрин Кавендиш нахмурился. Так же шёпотом отдал какие-то приказания. Егерь поспешно кивнул, рысью же бросился наутёк, но тут за дверьми загрохотало.

Выстрелы, выстрелы, выстрелы. И крики, от которых и впрямь кровь стынет в жилах. Совсем рядом, в помещении, куда только что нырнул егерь-связной.

Очень-очень много всего вдруг случилось разом.

Настолько много, что словами об этом рассказывать получится слишком долго.

Ещё поворачивались к дверям лорды и пэры, ещё хватались за шляпки разряженные дамы – а тяжёлые створки разлетелись вдребезги, и, словно вода сквозь размыв в дамбе, прямо в зал хлынула до боли знакомая обжигающая сила.

Госпожа Старшая!..

Ошибиться было невозможно.

А следом за волной силы в зал влетел, словно артиллерийский снаряд, не кто иной, как Медведь собственной персоной.

У Молли раскрылся рот.

Кажется, Медведь сделался ещё больше, выше в холке, шире в плечах. Мех стал гуще, длиннее – но сейчас перепачкан кровью, и Молли вдруг обмерла от мысли, что случилось бы, ударь пуля на несколько дюймов правее.

Они ведь уже приходили ей на помощь, вот точно так же – в коридорах Особого Департамента в Норд-Йорке. Времени прошло всего ничего – а кажется, будто целая вечность.

Раз за разом они спасают её. Раз за разом. Когда придёт её черёд возвращать долг?

Резко выкрикнул что-то лорд Перегрин. С грохотом опрокидывая столы и стулья, вскакивали остальные пэры, в руках у каждого – бело-лунный тонкий клинок, способный поглощать и рассеивать магию.

Взвилась в прыжке Таньша, на долю мгновения опередив грянувший залп. Медведь мчал прямо на Молли, нагнув голову; врезался окровавленным плечом в торчащие стальные штанги, опрокинул камеру; маркиз Дорсет успел выстрелить, почти в упор, он не мог промахнуться, – но Всеслав даже не дрогнул.

А Молли почудился болезненный стон госпожи Старшей, словно она приняла на себя эту пулю.

От броска Волки лорд Перегрин уклонился, взмахнул разом обоими клинками, но теперь уже извернулась Таньша. Острия с шипением рассекли воздух рядом с её головой, но и только.

Окровавленный бок Медведя был уже совсем рядом, он собою закрыл Молли от стрелков; Таньша сбила с ног Дорсета, лязгнула зубами на попытавшихся преградить ей путь герцогов; вихрем налетела на Молли, и в следующий миг та оказалась уже на спине вермедведя.

Уже бежали со всех сторон пэры, и, наверное, это спасало – снайперы на задних рядах боялись задеть своих.

Со всех сторон Молли, Волку и Медведя окружала щетина обнажённых клинков.

Локоть-ладонь-пальцы, твой черёд, Дева Чёрной Воды!

– Назад! Все назад! – орал тем временем Кавендиш, сообразив, что героический порыв пэров закрывает обзор стрелкам на хорах.

Лети, Жар-Птица!

Всё слилось сейчас воедино. Огненные крылья затрепетали, раскрываясь, растягиваясь, перекрывая весь зал.

Дружно взлетели белые клинки.

Сила полилась свободно, легко, и впрямь – словно вода пробила наконец запруду. Жар-Птица росла с каждым мгновением, сейчас она их всех и…

– Сюда! – Ярина возникла рядом, метнулась к знакомой дверце, откуда вывозили по рельсам громадную камеру.

Жар-Птица, раскинув крылья на всю ширину зала, прикрывала их, но сквозь огонь уже мелькали острия белых клинков – пэры не дрогнули.

Всеслав ринулся к узкому проёму, Сэмми – следом.

Ярина, Волка, Медведь с Молли…

И лорд Спенсер.

Молли не удивилась. Потому что в тот миг всё было неважно, кроме окровавленного меха Медведя, к которому она прижималась самым что ни на есть откровенным образом.

И ещё оставшаяся где-то наверху бедняжка Кейти.

Куда они бегут? Коридор ведь закончится тупиком, упрётся в какие-то бесчисленные кладовые. Или наша хитроумная превращальщица нашла и тут отнорок?..

И Кейти. Нет, нельзя её бросить!.. Просто нельзя.

Мысли у Молли метались очумевшими зайцами. Волка и Всеслав, Ярина, Сэмми – словно сама судьба собирала их вместе.

Но куда же дальше?.. Вот она, стена, кончаются рельсы, ага, вот здесь, похоже, хранятся сами камеры; Ярина запрыгала перед стеной, за что-то дёрнула, на чём-то повисла, что-то повернула – зашипел пар, чавкнули густо смазанные зубчатые колёса, и в стене открылся узкий проход.

– Скорее! – крикнул вдруг Спенсер. Повернулся – лицо белее снега. – Скорее, спасайте её!

Молли не успела возмутиться – с чего это ради её нужно спасать, она сама ещё всех тут спасёт не один раз! – но Медведь уже ринулся в узкий проход следом за Яриной. Волка толкнула мордой Сэмми, выводя того из ступора, чуть сильнее, чем требовалось, мальчишка едва не полетел.

Змеиными тропами, мышиными норами – опять уходим, опять бежим, мелькнуло у Молли. До каких же пор?!

Подземный коридор был низок и тёмен. Впереди мелькал огонёк – то ли Ярина явила предусмотрительность, запасшись фонарём, то ли в ход пошла магия.

– Жми! – донёсся голос превращальщицы. Крикнула она по-русски.

Волка глухо зарычала за спиной у Молли, оборачиваясь к замыкающему процессию лорду Спенсеру; мириться с его обществом она явно не собиралась. Медведь, правда, проявлял к компании пэра Империи странное безразличие, и Молли вдруг захотелось думать, что это оттого, что оборотень спасает её.

Подумала и вновь жарко покраснела.

– Потом на меня рычать станете, мисс! – Спенсер не смутился и не испугался. – Вот спасём мисс Молли, и я весь ваш. Но пока – пока нам надо отсюда выбраться, а я сомневаюсь, что вы сможете это сделать без моей помощи!