Кольцо Соломона - Джонатан Страуд

Ашмира по-прежнему глазела на струйки душистого пара, поднимающиеся с поверхности воды, но, услышав последние слова джинна, вздрогнула и невольно стиснула свой кинжал. Она оторвалась от созерцания зачарованного зала и уставилась на кота одурманенным, но яростным взглядом.

— Вот, так-то лучше! — сказал Бартимеус. — Теперь я предлагаю вот что. Отсюда ведут четыре арки, две направо, две налево. Все четыре выглядят одинаково. Я бы предложил заглянуть во все четыре по очереди. Я иду первым. Ты за мной. Не спускай с меня глаз. Никуда больше не смотри, только на меня, иначе Чары одолеют тебя. Ну что, это тебе по силам? Или повторить еще раз?

Ашмира насупилась.

— По силам, конечно! Я не дура.

— Во многих отношениях ты, конечно, дура.

Сказав так, кот пошел прочь, обходя кушетки и золотые столики. Ашмира, бранясь, заторопилась следом. По краям ее поля зрения мерцали и переливались восхитительные приманки, подобно воспоминаниям о чудном сне, однако девушка не обращала на них внимания, упорно глядя на…

— Слушай, ты не мог бы немного опустить хвост? — прошипела она.

— Ну, зато теперь тебе не до Чар, — возразил кот. — Вот и не жалуйся. Так, вот первая арка. Сейчас загляну… Ох!

Он поспешно отпрянул назад, хвост у него распушился.

— Он там! — шепнул он. — Взгляни — только осторожно!

Ашмира с колотящимся сердцем заглянула в арку. За ней была круглая комната, пустая, ничем не украшенная, с выступающими из стены мраморными колоннами. В центре комнаты находилось возвышение; высоко вверху вздымался стеклянный купол, сквозь него сияли яркие звезды.

На возвышении стоял человек.

Он стоял спиной к арке, и лица его было не видно, и все же Ашмира признала его по настенной росписи на стене в зале Волшебников. На нем было шелковое одеяние, доходящее до пола, с вытканными на нем золотыми спиралями. Черные волосы ниспадали на плечи. Он стоял, вскинув голову, и в безмолвном созерцании смотрел на звезды. Его руки были сцеплены за спиной.

И на одном из пальцев блестело кольцо.

Ашмира затаила дыхание. Не сводя глаз с неподвижного царя, она потянула из-за пояса кинжал. До возвышения было шагов тридцать, не больше. Время настало! Она поразит его в сердце одним-единственным ударом, и Сава будет спасена. Сава будет спасена! Капелька пота сползла у нее со лба и покатилась вдоль крыла носа.

Она подкинула кинжал в воздух, перехватила его за острие.

Занесла руку.

Царь все так же безмятежно смотрел на звезды.

Что-то потянуло ее за рубашку. Она опустила глаза. Это был кот, он энергично указывал назад, в комнату с яствами. Девушка покачала головой и прицелилась для броска.

Ее дернули снова, достаточно сильно, чтобы сбить прицел. Ашмира беззвучно досадливо ахнула и позволила коту оттащить себя за край арки, во внешний зал. Она наклонилась и гневно уставилась ему в глаза.

— Ну, что тебе? — выдохнула она.

— Что-то не так.

— Что ты имеешь в виду? Это не Соломон?

— Я… я не знаю. Если это и Иллюзия, то такая, которую я раскусить не могу. Просто…

— Что — «просто»?

— Не знаю. Точно сказать не могу.

Ашмира взглянула на кота — и выпрямилась.

— Я пойду и убью его.

— Нет! Погоди.

— Тсс! Он нас услышит. Другого такого шанса не будет. Да не тяни ты меня!

— А я тебе говорю, не делай этого! Слишком все просто. Слишком…

У Ашмиры голова шла кругом. Она видела перед собой спокойное, умоляющее лицо Балкиды и мрачных жриц, выстроившихся во дворе; она представила пылающие башни Мариба. Видела свою падающую мать и ее волосы, рассыпавшиеся, точно струи воды, по коленям старой царицы…

— Отвяжись! — прошипела она. Кот цеплялся за ее руку. — Отстань, слышишь? Я это сделаю! Я могу покончить с этим прямо сейчас…

— Это ловушка, наверняка! Только я… Ай!

Ашмира взмахнула серебряным кинжалом — она не собиралась ранить джинна, просто хотела его отогнать. Кот отцепился от ее рукава и, ощетинившись, отскочил в сторону.

Ашмира снова нырнула под арку. Царь стоял, как и прежде.

Ашмира, не медля ни секунды, вскинула руку на уровень плеча и коротким, экономным взмахом кисти изо всех сил метнула кинжал. Кинжал вошел в Соломона чуть повыше сердца, вонзился по самую рукоять. Царь беззвучно рухнул как подкошенный.

И тут Ашмира услышала вопль кота:

— Понял! Понял! Кольцо! Оно недостаточно яркое! Его аура должна была бы слепить меня! Не надо!.. Ох… Поздно. Ну все.

Тело царя Соломона рухнуло на пол, но не остановилось на этом. Оно кануло в возвышение, точно камень в воду. Еще миг — и оно исчезло, и только рукоять кинжала осталась торчать из мрамора.

Все произошло так стремительно, что Ашмира еще стояла неподвижно, вытянув вперед правую руку, когда возвышение разлетелось на куски и из-под него вырвался огромный демон, ревущий во все свои три клыкастые пасти. Он вздыбился до самого купола, нагромождение блестящих жилистых рук, на каждой из которых сверкало по глазу. И все эти глаза были обращены на нее, и щупальца извивались в предвкушении.

Ашмира прижалась к стене. Разум и тело ей временно отказали. Откуда-то доносился голос кота, он звал ее, но она не могла ни ответить, ни собраться с силами, чтобы выхватить из-за пояса последний кинжал. Все, на что ее хватило, — это издать хриплый вопль. Ноги у нее подкосились, и она почувствовала, как медленно сползает по стенке, — а демон уже набросился на нее и тянулся к ее глотке.