Скрытые чувства - Марина Эльденберт

— Даже свитер с лакшаком?

Желтое безумие сегодня осталось в шкафу, его заменила зеленая блузка и жакет от Фелисы. Но под пристальным взглядом Берговица я чувствовала себя обнаженной.

— Особенно он.

Пора менять тему, иначе мы никуда не попадем.

— Так куда мы отправимся?

— Пусть это пока останется секретом.

Ладислав отстранился, и мы направились к лестнице.

— Я уже поняла, что не признаешься, но хотя бы намекни.

— Это одно из моих любимых мест.

— Там есть звезды?

— Что? - остановился он.

Я посмотрела ему в глаза. Мы же договорились о честности с его стороны, значит, будет честно, если я отвечу тем же.

— Просто заметила, что ты любишь звездное небо.

— Интересно, - сказал ящер. - Да, Лилиан, мы отправимся туда, где звезд очень много.

— Надеюсь, ты говоришь не о вручении какой-нибудь премии, - пробормотала я, чем вызвала смех Берговица.

Когда я свернула к холлу, меня снова ухватили на талию и потянули в обратную сторону - к лестнице, которая ведет на третий этаж.

— Сюда? Ты хочешь устроить свидание в одной из гостевых спален?

— Если в спальню, то только в мою, - усмехнулся Берговиц. - Но мы идем на крышу.

На крышу?

— Это… очень романтично.

— Ты противница романтики?

— Я практичная, - заметила я. Вид с крыши бесспорно открывается красивый, но как-то это не вяжется с заявлением ящера насчет того, что он не станет меня морозить.

— Я тоже, - весело заявил Ладислав и толкнул передо мной дверь. - И предпочитаю добираться куда-либо максимально быстро.

Холод осеннего вечера тут же пробрался под жакет, покалывая кожу, но все это уже вмиг стало неважно - в центре площадки стояла белая «стрекоза». Двухместная летательная машина, которой не страшны ни одни пробки.

«Стрекоза» поблескивала крыльями и даже издали выглядела внушительно, что уж говорить о том, когда мы приблизились, и Ладислав нажал на кнопку, поднимающую двери. В салоне оказались мягкие сиденья, а ремни безопасности застегивались на груди крест-накрест и держали крепко. Но стоило ящеру занять соседнее место и коснуться каких-то переключателей, поняла, что ладони взмокли от волнения.

— А вдруг я боюсь летать?

— Вдруг? - нахмурился он. - Ты никогда не летала?

Я покачала головой.

— Как же ты добралась в Уну?

— Сначала на отцовском грузовике, потом на пароме.

Перелет для нас с Натом тогда был слишком дорогим удовольствием. Летать я могла разве что по работе, но не доводилось: меня ни разу не отправляли в командировку дальше Эбра, и до него я тоже добиралась по воде.

— Хочешь вернуться? - предложил он, встречаясь со мной глазами.

— И испортить сюрприз?

— Я придумаю что-нибудь еще.

В груди разлились тепло и благодарность, полностью вытесняя остатки страха перед неизведанным.

— Ну нет! Только летим скорее, пока я не передумала.

«Стрекоза» загудела, крылья быстро-быстро зашелестели, рассекая воздух, Ладислав сдвинул рычаг, и мы оторвались от площадки раньше, чем я успела сделать следующий вдох.

Я ахнула и вцепилась в край сиденья. Кровь забурлила от впрыснутого в нее адреналина, холодок внизу живота сменился жаром во всем теле, пульс загрохотал в ушах громче гула самой машины, и показалось, что сердце вот-вот остановится. Пока «стрекоза» набирала высоту, я зажмурилась и молилась, чтобы ящер оказался хорошим пилотом.

— Лилиан, уже можно открыть глаза.

— Ни за что! - просипела я.

Несмотря на мерный гул машины, услышала, как Ладислав рассмеялся.

— Тогда ты не увидишь половину сюрприза.

Я простонала и резко распахнула глаза, чтобы тут же ахнуть, но уже не от страха, а от восторга. Внизу были темные воды залива, впереди пламенел красно-фиолетовый закат, отражающийся в высотках Уны.

— Тебе нравится?

— Это потрясающе!

На самом деле, на ум не приходило такого слова, которым я бы смогла выразить свои настоящие чувства. Вид действительно завораживал.

Ладислав потянул рычаг, «стрекоза» повернула налево, и я лишилась речи. Потому что впереди показался Западный мост в золотистых отблесках заката.

Постойте-ка…

— А говорил, что все честно, - покосилась я на мужчину.

— О чем ты?

Он приподнял брови и бросил на меня мимолетный взгляд.

— Про Западный мост. Почему мы здесь?

Теперь Ладислав смотрел прямо мне в глаза, и его удивление показалось искренним.

— Потому что это мой любимый мост в Кироне, - ответил он. - Даже дом строили с расчетом, чтобы его можно было увидеть. Решил, что тебе понравится. Что-то не так?

— Все так, - улыбнулась я, отбросив подозрительность. - Это и мой любимый вид тоже. С тех пор, как я впервые переехала в Уну. Но таким я его еще не видела.

Ящер облетел Западный мост с разных сторон, чтобы я могла его рассмотреть. А я, разглядывала невозможную красоту, открывающуюся внизу и понимала, что больше не боюсь упасть. Что-то подсказывало, что Ладислав этого не допустит: он управлял машиной, как я управляю пальцами на руке. Так легко и непринужденно, будто каждый день упражнялся в полетах над Уной. Я же настолько увлеклась видами, что даже пожалела, когда мы начали снижаться на площадку возле набережной, в самом старинном районе Уны.

— Голодна? - спросил ящер, передавая ключи мужчине, который подбежал к нам, стоило двигателям заглохнуть.

— Не очень, - честно призналась я.

— Тогда прогуляемся?

Я кивнула и вложила руку в его протянутую ладонь: большую и теплую, будто обещающую защиту от всего. И это мне тоже понравилось - чувствовать его прикосновение и просто идти рядом. Мы направились по улице, где кружевные дома соседствовали с современными.

— Значит, любишь закаты над Западным мостом? - спросил Ладислав.

— И рассветы тоже.

— А что еще любишь?

— Разве тебе не собрали на меня досье, когда ты брал меня на работу? - поддразнила я. - И ты еще не знаешь все мои тайны?

— Про рассветы там ничего не было.

— Но с ягодами они угадали.