Мумия и Тролль - Анна Гурова

И они с Ротгаром вышли.

– Сын мой, – пояснил Илья Всеволодович, садясь в машину. – Раздолбай редкий.

– Может, стоило спросить, что он хотел? – у Ротгара была интуиция высшего ши. Но к счастью, после событий в Стокгольме сила истинного Туат’ха Дананн далеко не полностью восстановилась, поэтому он совершенно спокойно воспринял мнение Хвостова о желаниях сына. И так же спокойно окинул взглядом джип, который они миновали, выезжая со двора. А между тем джип этот имел самое непосредственное отношение к поискам Ротгара и Сережи, потому что в нем сидела неразлучная парочка байкеров: Чара и Баран.

– Где-то я видел этого блондинчика… – пробормотал Чара, провожая взглядом машину Ильи Всеволодовича.

– Олигарх какой-нибудь, – выдал предположение Баран. – Такие рожи только у олигархов бывают.

– Счас тебе, – буркнул Чара. – Олигарх и без конвоя! Пошли, потолкуем с охранником.

Но разговор не получился. Вернее, в нем не оказалось надобности. Потому что объект их поисков собственной персоной появился во дворе.

– Что делаем? – спросил Баран. – Берем или наблюдаем?

– Берем, – решил Чара. – Привезем Катерине, а она пусть сама решает, что с ним делать.

– Пустите меня, придурки! – Сережа беспомощно трепыхался в мощных лапах Барана. – Лейка, Катя! Ну скажите им!

– Отпусти его! – велела Катя, байкер разжал пальцы, и Сережа от неожиданности плюхнулся на пол.

– Совсем за базаром мальчонка не следит, – укоризненно пробасил Баран. – Беду себе ищет.

Сережа сидел на полу, крепко прижимая к себе пакет с кейсом и документацией, и зыркал на всех снизу, как крысенок с придавленным хвостиком.

– Кейс! – Катя протянула руку.

– Не дам! – взвизгнул Сережа, но решал, увы, не он.

Баран отвесил ему подзатыльник, отнял пакет и протянул Кате.

– Ожерелье – внутри?

– Откуда я знаю? – огрызнулся Сережа. – У меня кода нет!

Катя повернулась к Карлссону. Тролль ухмылялся.

– Что-то случилось веселое? – холодно поинтересовалась Катя.

Все ее мысли вертелись вокруг Тэма. Который все еще спал – и просыпаться не собирался… Неужели все действительно так плохо?

– Случилось. – Карлссон ухмыльнулся еще шире. – Ротгар прошел в двух шагах от своей игрушки – и ничего не заметил!

– Ты можешь это открыть?

Карлссон повертел кейс в руках.

– Снаружи – никаких чар, – сообщил он. – Наверное, всё внутри.

– Открыть можешь?!

– Двалин откроет. Это по его части.

И опять заухмылялся.

– Что еще веселого? – раздраженно бросила Катя.

– Что ты на него кричишь! – возмутилась Лейка.

Ни тролль, ни Катя не обратили на нее внимания.

– Сейчас придет братец, и мы пойдем убивать Ротгара! – сказал тролль. – Можешь пойти с нами, Малышка. Это будет очень весело!

– Как бы не получилось наоборот! – с вызовом сказала Катя.

– Мы его задушим, как мышонка!

– Лиадан, – напомнила Катя. – Не уверена, что она останется в стороне. – И поймала краем глаза презрительную гримасу Лу. Повернулась резко:

– Ты что-то знаешь, сид?

Лу усмехнулся… И тут же скрючился от мощного удара в живот.

Баран одобрительно фыркнул, а Карлссон, ухватив эльфа за волосы, подтянул его к себе – нос к носу – и напомнил мягко:

– Когда Малышка спрашивает, сид отвечает.

И ткнул кулаком еще раз.

– Говори!

– Ротгар – правнук Лиадан, – с трудом выговорил Лу. – Она его очень любит. Даже и не думай, тролль, что сумеешь справиться.

– Однажды уже справился, – ухмыльнулся Карлссон.

– Видимо, застали ее врасплох. Я бы посоветовал не драться, а договориться. У вас есть, что предложить Лиадан.

– Например, ты?

– Например, я. И останки ее сестер, насколько я понимаю, тоже у вас.

– Хочешь, чтобы тебя надули, попробуй договориться с сидом, – проворчал Карлссон.

– А как же Тэм? Без помощи Лиадан он не проснется никогда… (чья реплика?)

Карлссон некоторое время пристально смотрел на эльфа, потом произнес одобрительно:

– Ты хорошо держишься, сид. Для сида. Твой папаша был послабже. Думаю, было бы правильно убить тебя, не откладывая. Но я обещал, что ты будешь жить, пока будет живо умертвие, – Карлссон хрюкнул, видно собственный оксюморон ему понравился.

В квартиру позвонили.

– А вот и Двалин, – сказал тролль. – Самое время.

Карлссон оказался прав. Для гнома вскрыть кейс не составило труда. Приложил мясистое ухо к замку, покрутил диски и… раз!

В кейсе обнаружилась шкатулка, испещренная рунами. Кате показалось, что некоторые из них светятся.

Двалин попытался открыть… Не получилось.

– Дай мне, – проворчал тролль. – Это уже по моей части.

Однако и ему открыть шкатулку не удалось. Крышка словно приросла.

– Разок топориком тюкнуть… – предложил Гендальф.

– По башке тебя топориком, – хмыкнул Двалин. – Эй, сид, иди сюда! – Он поманил Лу. – Откроешь?

Рыжеволосый эльф глянул мельком:

– Запросто.

– Ну так открывай! – скомандовал гном.

Лу вытянул руку… Зеленые огоньки заплясали под его ладонью, Карлссон подвинулся ближе, готовый в случае какой-нибудь пакости разбить Лу голову.

Не понадобилось.

Крышка шкатулки медленно, будто притянутая ладонью Лу, пошла вверх.

Ожерелье из крупных, грубо обработанных самоцветов: изумрудов, сапфиров и черных жемчужин лежало в выстеленной бархатом емкости.

Карлссон бесцеремонно схватил украшение, понюхал… И равнодушно уронил обратно.

– Ничего, – сообщил он. – Побрякушки.

– Чтоб ты понимал, тролль, – высокомерно уронил Лу. – Более безупречно сработанного вместилища я давно уже не видел. Те ожерелья, что лежат у тебя в чемодане, куда проще. Даже предположить не могу, из какой глуби будет вытянута та сущность, для которой сотворен этот шедевр.

– Да он пустой, как мой желудок! – заявил Карлссон.

– Естественно! – пожал плечами Лу. – Сущности в нем нет. Чтобы его активировать…

– Рот закрой, – приказал Карлссон, закрывая шкатулку и пряча ее обратно в сейф. – Я всё понял. Двалин, Чара, берите всех и везите к нам в офис. Я сейчас уйду, а без меня тут торчать не стоит. Если Ротгар унюхал ожерелье, то уже едет сюда. А может и не едет. Тогда я его накрою прямо там.