Тантрас - Скотт Чинчин

– Прекрасно! – с жаром произнес вор. – Отпусти меня, и я обработаю его лавку. Тогда твои клиенты вернутся!

Мясник покачал головой:

– Не думаю. – Он посмотрел на Квиллана: – Парень, вытяни-ка его правую руку, мы ее сейчас отрубим. Это будет ему уроком.

– Пожалуйста! – взмолился вор. – Не делайте это! Я верну деньги. Я никогда сюда больше не приду!

– Ха! – воскликнул мясник. Вору пришлось опустить руку на землю, но пальцы он не разжимал. – Ради спасения собственной шкуры ты пообещаешь сейчас все, что угодно. Все вы одинаковы. – Мясник поднял топор, и толпа затаила дыхание. – А теперь не дергайся, чтобы мы смогли побыстрее с этим покончить и вернуться к своим делам. Обещаю, что сделаю все быстро и аккуратно. Не могу, правда, гарантировать, что ты ничего не почувствуешь.

– Подождите! – крикнула Миднайт и ринулась вперед.

Стоявший в толпе менестрель с растущим интересом наблюдал за развитием событий. Мясник занес руку, и его топор заблестел в лучах солнца. Лезвие, будто подвешенное на тонкой нити, зависло над запястьем вора.

– Это тебя он хотел ограбить, красотка, – проревел мясник, – ты хочешь справедливости?

– Оглядись по сторонам, – зашептала мяснику чародейка. – Если ты так беспокоишься о своих делах, тогда остановись и подумай о том, что собираешься сделать. Ты что, хочешь, чтобы все эти благородные дамы и господа запомнили твою лавку как место, где на их глазах искалечили вора? – Чародейка заметила, как гнев на лице мясника сменился беспокойством. – Каждый раз, вспоминая о тебе, они будут представлять именно это. Думаешь, они решат, что ты хороший человек? Честный?

Мясник посмотрел на окружающих и понурился. Лишь на некоторых лицах читалось предвкушение зрелища, большая же часть людей застыла в ужасе. В стороне, незаметно ото всех, с хитрой улыбкой за чародейкой наблюдал менестрель. Мясник понял, что женщина права: покалечив вора, он потеряет все.

– Но мерзавец снова примется за свое, – прорычал мясник, опуская топор.

– Конечно примется, – сказала Миднайт. – Он этим живет. Но он не настолько глуп, чтобы снова прийти к твоей лавке. Если у него осталась хоть капля разума, он скажет своим приятелям, чтобы те тоже не совались к тебе. – Черноволосая чародейка повернулась к вору: – Ведь так?

– Скажу! Я сделаю все, что велит госпожа! – заскулил желтоволосый.

– Тогда убирайся, – прорычал мясник и сделал знак Квиллану отпустить вора. – И передай всем, кого знаешь в Воровской гильдии, чтобы никто не совался в лавку Бэрдмира.

Перед Миднайт возник менестрель;

– Прекрасная госпожа, я сложу песнь в честь твоей мудрости и храбрости.

Не успела Миднайт ответить ему, как менестрель повернулся и растворился в толпе.

Жизнь на рынке быстро вернулась в привычное русло, а мясник обратился к Миднайт:

– Похоже, я перед тобой в долгу. Что ты скажешь по поводу месячного запаса отборного мяса из лавки Бэрдмира?

Чародейка улыбнулась.

– Благодарю тебя, но я бы довольствовалась более скромным даром, – вежливо ответила она. – Я исследовательница и хотела бы знать, как бывший храм Вейкин превратился в лавку мясника.

– Очень просто, – сказал Бэрдмир. – Ратуша продала мне здание.

На лице чародейки отразилось неподдельное удивление. Такого ответа она не ожидала. Но Миднайт быстро опомнилась и продолжила расспрашивать мясника.

– И от почитателей Девы Свободы не осталось никаких артефактов или книг?

– А, – сказал Бэрдмир, чувствуя, что наконец-то раскусил любопытную посетительницу, – так ты коллекционируешь древности?

Миднайт улыбнулась, заметив, что Квиллан так и вертелся вокруг них, явно прислушиваясь к разговору.

– Да, – сказала чародейка, специально повысив голос. Юноша смутился и отвернулся.

Мясник кивнул и повел Миднайт и Квиллана к задней части дома, в котором когда-то располагался храм. Они прошли несколько комнат, превращенных в склад, и вышли к лестнице. Бэрдмир взял факел и повел чародейку и ее юного провожатого вниз.

Когда Миднайт сошла с лестничной площадки и оказалась в маленькой грязной комнатушке, набитой вещами из бывшего храма, ей сразу же ударил в нос запах плесени. На грязном неровном полу сырого подвала валялись пустые упаковочные ящики и промокшие гроссбухи.

– Понимаете, кое-что из оставшегося я продал, – сказал Бэрдмир, смахивая с лица паутину. – Но многие вещи не представляли ни для кого никакого интереса. Конечно, уничтожить их было бы святотатством, поэтому я храню их здесь, внизу. Кое-кто пытался их забрать, но я им не позволил. Это было бы неправильно.

Миднайт отодвинула в сторону ящик и оторопела от удивления, обнаружив, что оказалась лицом к лицу с красивой белокожей женщиной. Через секунду она поняла, что это статуя Вейкин, богини Торговли. У ног богини лежал один из золотых львов, когда-то украшавших ее храм.

Чародейка вытащила из дорожной сумки янтарно-желтый шар и поднесла магический предмет к статуе. Она понимала, что Бэйн наверняка изменил форму Камня Судьбы и хорошо его замаскировал.

Но когда шар коснулся статуи, ничего не произошло. Чародейка с трепещущим от волнения сердцем тщательно проверила весь подвал. Но каждый раз, когда она прикасалась к какому-нибудь храмовому предмету, результат был один и тот же. Магический шар оставался темным и целым.

Бэрдмир и Квиллан смотрели, как Миднайт сновала по подвалу.

– Тебе что-нибудь понравилось? – спросил в конце концов мясник, заинтересовавшись желтым шаром в руке волшебницы.

Миднайт убрала шар и с явным разочарованием ответила:

– К сожалению, нет.

Бэрдмир понимающе кивнул:

– А что именно ты ищешь?

Волшебница вымученно улыбнулась:

– Сама не знаю. Но как только увижу это, сразу пойму.

Покидая магазин, Миднайт поблагодарила Бэрдмира за терпение. Черноволосая чародейка и ее провожатый снова вышли на улицу.

– Что это было? – спросил Квиллан Денсери с притворной беззаботностью. – Тот желтый шар, которым ты размахивала. Он волшебный?

– Никаких вопросов, – твердо сказала Миднайт. Она остановилась и схватила темноволосого юношу за руку. – Сколько раз я должна говорить, что тебе лучше ничего не знать. Куда мы сейчас идем?

– Почти подошло время вечерней трапезы. Я думал, мы могли бы заскочить в таверну «Темная Жатва» и немного перекусить…

Миднайт еще сильнее сжала руку молодого парня.

– Квиллан, учитывая, какие деньги я тебе плачу, я рассчитываю, что ты будешь относиться ко мне серьезно. Я не собираюсь бесцельно бродить по харчевням, вместо того чтобы…

Парень вырвался из рук Миднайт.

– Для исследовательницы ты слишком нетерпелива.