Я украду тебя у смерти - Лидия Чайка

— Возьмут, — откликнулась Нина, задумчиво наблюдая, как меняется выражение лица сына. — Эй, очнись…

— А…да, — спохватился парень. — Я снова тут.

— Когда начнешь искать работу и ходить на собеседования? — покачав головой, промолвила его собеседница.

— Искать — сразу же, как только выйду из-за стола, — откликнулся Гром. — А там уж как пойдет.

— И правильно, — одобрила Нина Олеговна.

В этот вечер в их семье, наконец, наступила идиллия. Никто никуда не сбегал, не лил слезы и не находился в отчаянии от осознания всей тяжести свалившихся на голову бед. Которые, к счастью, прошли и пока что не желали возвращаться назад.

Как и обещал, Михаил основательно занялся поиском свободных вакансий. Его мама спокойно готовила и хлопотала по дому. Не хватало лишь худенькой темноволосой девушки, которая все никак не желала заходить в соцсеть. Будучи не в силах до конца отпустить ситуацию, молодой человек чаще, чем следовало, открывал в браузере заветную вкладку, чтобы проверить, не пришел ли ответ от Алины.

За три дня он уже успел сходить на одно собеседование. Обещали «рассмотреть» его кандидатуру и перезвонить в случае положительного ответа. И последний день обязательно бы прошел стороной, не запомнившись ничем примечательным, если бы, наконец, не объявилась Кнопка. Он как раз собирался вновь попытать удачу с работой и по уже устаканившейся привычке заглянул в интернет.

— Черт! — выругался Миша, читая ее ответ. — За что?!

— Ты что-то сказал? — в его комнату заглянула уже одетая и готовая к новому трудовому дню Нина Олеговна.

— Да… — тяжело вздохнул парень. — Ты была права. Алина меня уже похоронила.

— Так успокойся и переубеди ее, — посоветовала женщина. — Попроси новый номер мобильного, назначь встречу…

— Я до последнего отказывался верить в то, что ее мать способна на подобное… — процедил Громов.

— Да уж… — скорбно проговорила Нина. — Что не сделаешь ради счастья собственного чада?

Глаза защипало от навернувшихся слез. В ушах зазвенело и мне стало казаться, что небо сейчас свалится на мою голову.

— Тише… — пробормотала Машка, хватая меня под локоток. — Не вздумай падать в обморок, слышишь?

Хотела что-то сказать, но губы будто слиплись и не хотели размыкаться.

— «Вы издеваетесь?!», — мои руки по-прежнему дрожали, и у меня получилось написать сообщение только с третьего раза.

— Это тебе с того света пишут, что ли? — дошло до подруги.

— Да, — еле смогла выдавить из себя простое слово.

Примерно через минуту мне пришел ответ:

— «Аля, я не издеваюсь. Поверь в то, что я жив и со мной все хорошо».

— «Миша умер. Зачем вы мне пишите?»

— Ты думаешь, его страницу все же взломали? — не слишком уверенно спросила девушка, продолжая удерживать меня за локоть.

— Я уже ничего не думаю, — покачала головой. — Я просто не в состоянии нормально мыслить.

Молодой человек строчил очередной ответ и вместе с тем продолжал возмущаться:

— Счастья? Мам, ты о чем? — в карих глазах сверкали молнии. — Какое счастье, когда любящий человек узнает, что его вторая половинка умерла в реанимации?

— Я просто пытаюсь найти оправдание ее поступку и понять чисто по-женски, — невозмутимо откликнулась та.

— Лучше не надо, — поморщился Гром. — Два месяца смотреть на мучающуюся дочь… Она ведь мне в любви призналась, по смс, в день, когда у меня случился передоз!

— Бедная девочка… — его мать прижала руки к груди и шумно выдохнула. — Надеюсь, она не пала духом…

— Вот и я о том же, — фыркнул парень. — Но, признаю, она все-таки адекватнее меня в этом плане.

— Разбитое безутешное сердце способно спутать и толкнуть на ложный путь.

— По голосу станет все понятно…

Я не могла так просто поверить в то, что Гром не умер. Мама бы не стала меня обманывать. Зачем ей это? Ведь она видела, как мне плохо. Понимала, что я отреагирую на новость о смерти друга именно так. Или все же не ожидала увидеть такую реакцию?

— «Кнопка, давай ты дашь мне свой номер телефона, чтобы я тебе позвонил. Может, тогда ты поверишь? Или скажешь адрес? В таком случае я смогу приехать».

— «Почему я должна вам верить?» — заупрямилась я. Ну, не могла принять то, что Громов жив! Я два месяца жила с мыслью, что он мертв. А тут кто-то пишет с его страницы…

— «А помнишь дерево, на которое ты любила залезать? А я тебя уговаривал этого не делать…»

В какой-то момент я уже была готова довериться. Однако… помнится, когда он в последний раз напоминал мне о дереве, рядом находилась еще и Олька. А вдруг это ее не очень удачная шутка? Решила таким вот изощренным способом поиздеваться надо мной.

— «Аля, если ты не веришь в сообщения и не хочешь давать мне свой номер, просто приезжай завтра в ТЦ в районе двух часов дня. Я буду ждать тебя возле магазина, в котором ты раньше работала».

Отвечать ничего не стала. Потому что просто не знала, что написать. Я была в смятении и меня стали грызть сомнения. Откуда кому-то столько про меня известно? Не могли же за мной следить?

— И что думаешь делать? — ворвался в мои мысли голос Машки.

— Я… не знаю…

— А я знаю, — упрямо произнесла подруга. — Завтра в два часа дня ты должна быть возле какого-то там магазина. И ты возле него будешь, ясно? Если хочешь, я могу поехать с тобой. Только с родоками поговорю…

— Не стоит, — прервала я ее. — Сама со всем разберусь. Только вот… а вдруг меня просто обманывают?

Первым порывом было позвонить маме и спросить у нее на прямую, соврала она мне или нет. В день, когда женщина сообщила мне о смерти друга, я так и не смогла связаться с Ниной Олеговной. А потом мой телефон со всеми номерами пропал. Возможно, отец и не брал его? И это сделала мама. Верить в это не хотелось. Неужели, она могла на это пойти?

— Я, конечно, не имею права тебя уговаривать туда поехать, — сказала Маша. — Решай сама. Но на твоем месте я бы рискнула. Вдруг он и, правда, жив? А ты будешь продолжать сидеть здесь и лить по ночам слезы.

Она была права. В конце концов, я ничего не теряю.

— Прикроешь меня? — попросила девушку.

Та охотно согласилась мне помочь.

Пока гуляли по лесу, продумывали все детали моей легенды. Договорились о том, что если что, я гуляла с Машей. В последнее время мы очень много проводили времени вместе. Думаю, никого не удивит мое долгое отсутствие. Завтра хоть и будний день, но Машка в школу не ходила, из-за того, что только недавно переболела простудой, и к врачу ей надо было ехать только послезавтра.

— Нервничаешь? — обратив внимание на мои слегка дрожащие руки, спросила у меня подруга.