Подарок с того света - Эн Варко

Шери кивнула. С этим трудно было спорить.

– С тобой я оставалась сама собой, а теперь постоянно притворяюсь. Меня стали принимать одногруппники, больше никто не бойкотирует, на стул всякой гадости не наливает. Меня приглашают на вечеринки, и я приглашаю. Но я все равно чужая. Со мной никто не дружит просто так, как ты дружила со мной. Всем от меня чего-то надо, а вот я сама им не интересна. Мне нужно постоянно притворяться, чтобы не быть смешной. И все равно за глаза меня называют блаженной. Это потому, что я постоянно чему-то радуюсь, но для меня радоваться – значит жить. Я хочу радоваться, но получается все хуже и хуже. Почему все считают, что радоваться плохо? Что я делаю не так, Шери? Ну что ты опять молчишь?

– Я думаю. И не знаю ответа, – вздохнула Шери. – У меня тоже проблемы в группе.

– Потому что тебе никто не нужен, – фыркнула Истер. – А потом, вокруг тебя постоянно вьется Антон. Вы что, вместе теперь тренируетесь?

– Нет.

– Все-таки ты ужасно скрытная. Ладно, в конце концов, дело не в этом. Шери, мне нужна твоя помощь. Я знаю, что у вас с Антоном есть ключи в демонопарк.

– Уже нет, – поморщилась Шери. – Антон вернул их Стэфану.

При имени арха на лице Истер промелькнуло мечтательное выражение, но тотчас исчезло.

– Но вы ведь можете достать ключи… Шери, мне очень нужна пыльца феи. Совсем чуть-чуть. Я хочу, чтобы кое-кто забыл о тех глупостях, что я совершила. Чтобы больше не приходил ко мне… Видишь? – задрала она рукав мантии.

Шери вздрогнула. Она увидела следы укусов на запястье и локтевом сгибе. Но у архов не было клыков, для проколов они обычно использовали шприцы.

– Кто это сделал, Истер?

– Он угрожает мне, – всхлипнула она. – Если я проболтаюсь, то на сайте академии появится одно видео. Со мною. Это ужасно! Тогда, в «Созвездии», я так напилась! Если у меня будет пыльца, то в следующее его посещение я заставлю его отдать эти записи, а потом все забыть. Нет, вообще сотру его память и заставлю любить цветы. Цветы, они ведь такие безобидные, всем дарят радость и не просят ничего взамен. Они – самые совершенные создания природы. Я тебе точно это говорю. Вот только мне нужна пыльца фей. Тогда я смогу жить спокойно. Ты же знаешь ее свойства? Вы ведь писали доклад с Антоном по этой теме. А насчет карточки той дурацкой: да, я купила себе платье, чтобы как у Суок было. Чтобы не смеялись надо мной. Но это вообще пустяковая сумма. Я со стипендии тебе все отдам. А остальное… Это он заставил меня перечислять деньги. Однажды увидел карточку на столе, стал выпытывать меня, откуда. Я сказала, что это ты мне дала, а он засмеялся. Назвал счет и сумму – большую, и заставил отправить. А потом снова пил кровь и говорил, что я тебе не пара. Что ты – дрянь и эгоистка. И думаешь только о себе.

– Ладно, успокойся. – Шери подошла к Истер и обняла ее. – Мы придумаем, что делать. Пока не знаю – что, но придумаем.

Истер с благодарностью уткнулась в плечо Шери. Всхлипнула.

– Только, прости, Шери, но мы пока с тобой будем врагами. Чтобы он не знал. Так будет лучше.

Шери кивнула.

– Но имя-то ты можешь мне сказать?

Лицо Истер сделалось несчастным:

– Я не уверена. Иногда мне кажется, что это принц Ричард, но иной раз кажется по-другому. Он всегда приходит ночью и в маске. Я пробовала закрываться. Даже стулом дверь подпирала, но он как песок просачивается.

Шери похолодела. У нее сложилось непростое отношение к Ричарду: он был порою очень груб – кому как не Шери это знать, и все-таки она не могла отделаться от мысли, что он скорее нравится ей, чем нет. У Ричарда сложные отношения со многими. Например, с Валентайном. То они сражаются бок о бок, то начинают драку. Как этой ночью в таверне, когда Шери разбудили звуки разлетающейся вдребезги мебели. Братья мутузили друг друга так, что Шери стало по-настоящему страшно за них. Потом, правда, помирились, когда она опрокинула на них блюдо с фирменным кроликом. Снова пили вино и даже смеялись разбитыми губами. С другой стороны, ну что она знает об архах? Может, все они с виду такие невозмутимые и высокомерные, а как выпьют, так бешеные?

– И еще… знаешь, чего я боюсь? – прошептала Истер. – Недавно меня вызвали в лабораторию, чтобы я сдала свою кровь. Тебя заставляли сдавать?

Шери неопределенно пожала плечами.

– Ну, может, у тебя и брали, когда ты лежала в лазарете. Я не приходила, но очень переживала за тебя… У ребят в группе спрашивала – больше ни у кого не брали. Только у меня. А потом заставили еще раз сдать. Как ты думаешь, почему? Я боюсь, что у меня началось истощение. Эта сволочь меня убивает. Я не хочу умирать!

– Ты не умрешь, – пообещала Шери, решив, что все расскажет Валентайну. Одной ей с этим не справиться.

Истер ушла, а вот Шери больше не спалось. До общего подъема оставалось еще много времени, а ее все сильнее одолевало беспокойство. Кирюша тоже не спал. При Истер он не показывался, а сейчас все бегал рядом и о чем-то взволнованно кирюкал, что еще сильнее нервировало. Наконец, Шери не выдержала, оделась и пошла к Валентайну. Что бы там ни было, она доверяла ему настолько, что прикажи он ей спрыгнуть с крыши, спрыгнула бы. Истер сказала, что для нее радость и жизнь неразделимы, а для Шери Валентайн стал важной частью жизни, без которой она уже не мыслила свое существование. И ей очень хотелось надеяться, что принц серьезно отнесется к ее рассказу. Он арх, поэтому лучше разбирается в тонкостях разницы между обычным донорством и вампиризмом. Он обязательно что-нибудь посоветует. Или даст ключи от демонопарка. Это Шери тоже устроило бы, тем более другого способа их получить она не видела.

«Я только тихонько постучусь, если спит – то сразу уйду», – пообещала она себе.

Но тот открыл сразу, будто все это время за дверью и ждал.

– Шери? – удивился и раскрыл дверь пошире, впуская ее. – Тебе чего не спится?

Валентайн выглядел неважно: лицо опухло, глаза покраснели, но ссадин от драки почти не осталось. Сам он был в майке и пижамных штанах. Это выглядело непривычно, и Шери отвела взгляд.

– Подожди пару секунд, – понял ее смущение Валентайн. Он вышел и быстро вернулся в махровом халате. – Будешь кофе?

Она кивнула. Валентайн приглашающе махнул в сторону одной из комнат. Не той, из которой однажды вышла Катрин. С противоположной стороны.

В просторной кухне еще сильнее пахло сигаретами, запах которых она уловила еще у входа. На круглом столике стояла недопитая чашка кофе и пепельница, полная окурков. Валентайн направился к кофе-машине.

– Тебе с чем? Сливки, сахар, шоколад? – поинтересовался он.

Шери пожала плечами, а потом поняла, что Валентайн не видит ее – хозяйничает с напитком.

– Без разницы. – Голос прозвучал хрипло. Наставник в такой роли ее смущал.

– Простыла? – обернулся он.

– Да нет, все в порядке. Точнее, совсем не в порядке. Я пришла посоветоваться.