Нестоличная штучка - Хелена Руэлли

— Да, это точно, — согласилась Полли.

Но Гри был в слишком дурном настроении, поэтому не собирался соглашаться ни с чем, что сказала его подруга.

— Ты, верно, смеёшься надо мной? — задиристо ответил он. — Радуешься тому, что со мной приключилось?

— А что с тобой приключилось? — опешила Полли.

— Меня ограбили, напоив какой-то отравой! И ощущение такое, что и по голове приложили! А ты, конечно, ничего не знаешь! Тебе всё равно! Ты сидишь и любезничаешь с этим недоумком баронским!

Полли растерялась от такого напора.

— Что ты говоришь?! Откуда я могла знать, что с тобой случилось? И, в конце концов, ты сам сказал, что можешь позволить себе выпить! Да и при чём тут Руфус? Это же не он тебя поил, так?

— Ах, он уже для тебя Руфус!

— Это же его имя! Как ещё мне его называть?

— Тебе же он раньше не нравился!

— Он мне и сейчас не особо нравится, — пожала плечами Полли. — Хотя он старается стать лучше.

— Не особо, но всё же нравится? — прошипел Гри, пытаясь схватить Полли за руку. Девушка ловко увернулась.

— Гри, мне кажется, ты не в себе. Тебе надо отдохнуть, иначе ты петь не сможешь. И пить тебе не следует, особенно с кем попало…

— Не притворяйся, что тебе это небезразлично! — выкрикнул Гри.

В голове у него звенело, но он твёрдо решил высказать этой неблагодарной девице всё, что о ней думает. Правда, отчего она должна быть ему благодарна, ему в голову не приходило.

— Гри, тебе надо успокоиться. Может, тебе травяного чаю?

— Это из-за тебя!

— Что из-за меня?!

— Из-за тебя меня так подпоили и забрали все деньги! Вы все такие! Ты такая же, как те девки в трактире!..

Гри осёкся, наконец-то сообразив, что болтает лишнее. Полли побледнела.

— Я такая же, как те девки в трактире? — тихо повторила она. — Так это тебя девки подпоили и ограбили? А я у тебя в этом виновата. Понятно…

— Полли, погоди, Полли, я погорячился, наговорил тут… Ну подожди, давай поговорим. Полли, я же…

Но девушка уже не слушала. Повернувшись спиной к Гри, она решительным шагом направилась к дому.

Глава 73

Минуло несколько дней. Элинино расследование застопорилось, все ниточки оборвались или никуда не привели. Она просила у короля разрешения расспросить — не допросить! — принца Алгаса, но только вывела Витерия из себя.

— Мне незнакомо имя, которое ты называешь, — раздражённо ответил король.

Элина демонстративно закатила глаза к потолку. Между прочим, на потолке были трещины, значит, Белгой продолжает успешно разворовывать, то есть экономить, королевские деньги.

— Адар, я понимаю твои чувства, — осторожно начала Элина, — но хочу знать, куда тянутся нити этого заговора…

— На юг, они тянутся на юг, — всё так же раздражённо ответил Витерий. — Ты не забыла, что приезжает мой дорогой родственник Квирк?

— Не забыла. Но я хотела бы получить разрешение на визит в крепость, где содержат Алгаса…

— Нет! — отрезал Витерий. — Этого не проси.

— А что можно просить?

— Драгоценности, наряды, притиранья, — насмешливо ответствовал король.

Это было унизительно, словно Элина стала королевской фавориткой и выпрашивает подарки. Вполне в духе Витерия было сыпать такими оскорблениями.

— Спасибо, всё это я себе уже купила, — не удержалась Элина, — а вот арзы я бы попросила.

— Арзы? — растерялся король. — Ладно, будет тебе арза. Но всё равно ты поможешь мне с Квирком.

— Чем, адар?!

— Поговоришь с его людьми, может даже, с ним самим. Хочу, чтобы у тебя сложилось своё мнение о нём. Потом мне расскажешь.

Меньше всего на свете Элине хотелось говорить с южанином-контрабандистом, но ничего не поделаешь. Приказ есть приказ. И это вместо того, чтобы ехать в Жадвиль, добраться до Талулы, вытрясти из неё, откуда она берёт отраву… А заодно навести бы там порядок! Дать бы по шапке Квэддо, отпинать королевских советников и разогнать к демонам свинячьим всю кодлу бывших гвардейцев барона! Но нет, король держит её возле себя, словно цепную собаку!

Пока Элина обивала пороги за́мка, её команда получила небольшую передышку и отдыхала как могла и умела. Преданный Рэйшен, конечно, сопровождал дару старшую экспедиторшу в её напрасных хождениях между королём и его чиновниками. Лоркан втихаря посетил генерала Римардо. Это был не слишком радостный визит, с гораздо бóльшим удовольствием Лоркан потом навестил Акке. Возвращался от неё он благодушным и разомлевшим, словно сытый кот. Ингерам прижился на дворцовой кухне. Служанки всегда рады были видеть молодого симпатичного экспедитора и позволяли ему многие вольности.

Руфус предпочитал оставаться дома, чтобы чаще видеть Поллианну. Он провожал её на работу и встречал, так что теперь никто не посмел бы подойти к девушке и оскорбить её. Полли не возражала против общества молодого человека, втайне побаиваясь новой встречи с Гри и публичного скандала. А Гри и впрямь хотел подкараулить Полли на улице, сам не зная толком для чего. Впрочем, он не оставил надежду поговорить с девушкой, объяснить, что ещё не готов к семейной жизни, что его творчеству нужна свобода, что он… Он протёр глаза. Рядом с Полли снова шагал этот отвратительный баронский сынок! Он что-то говорил Полли, и она смеялась в ответ! Как так?! Было бы понятно, если бы она плакала в подушку каждую ночь!

На самом деле Гри был недалёк от истины. Полли очень тяжело переживала разрыв, мучительно вспоминала каждое обидное слово из их последнего разговора, а лёгкая болтовня с Руфусом отвлекала девушку от мрачных мыслей.

Руфус, сам того не замечая, понемногу менялся. Он стал внимательнее и добрее к матери, с живым интересом слушал рассказы Полли о её родном доме, где она жила до Жадвиля. Нет, он вовсе не простил Элине гибель своего отца и утраты своего положения в обществе, просто теперь он понимал Элину гораздо лучше.

Вдобавок Руфус был неглупым малым, он сознавал, что новая служба — шанс для него, и этот шанс надо использовать. На Рэйшена с Лорканом он зла не держал, они оказались, в общем-то, неплохими товарищами, и ни единым словом не напоминали Руфусу о его "перевоспитании", за что он был им искренне благодарен. И ни о каком Гри Руфус даже не вспоминал, пока не столкнулся с ним нос к носу прямо в доме.

В тот день кухарка отправилась на рынок за покупками, горничная занималась сменой белья, которое надо было не только перестелить, но и отнести прачке. Рицпа ушла на работу, а Полли осталась дома — хозяин лавки, где она работала, дал ей выходной. Руфусу