Свет vs Тьма. Избранная - Ольга Иванова

Власов чуть усмехнулся, а затем спросил:

— Вы умеете водить машину?

Я кивнула, и тогда Светлый достал из кармана брюк автомобильный ключ с брелоком:

— В таком случае, вы сами завезете нас ко мне домой, — и вложил его мне прямо в ладонь. — Так вас устроит?..

— Возможно, — я неуверенно сжала ключ. — Но есть еще вопрос. С кем вы собираетесь советоваться?

— Об этом вы тоже можете не волноваться — это мой человек, — Власов сделал ударение на слове «мой». — Его не нужно бояться… — а потом обратился к моему отцу: — Геннадий Сергеевич, будет лучше, если вы тоже с нами поедете…

— А я и не собрался оставлять свою дочь наедине с вами в такой момент, — резонно ответил тот и приобнял меня за плечи.

Мне же, наоборот, эта идея не очень понравилась: я по-прежнему тревожилась, что все это может оказаться ловушкой. Но отец был полон решимости и не терпел возражений, поэтому я сдалась на свой страх и риск.

До квартиры Власова мы доехали без приключений, внутри нас тоже не поджидало никаких неприятностей, и я позволила себе немного расслабиться. Власов, не успели мы войти в дом, сразу же начал набирать чей-то номер.

— Ваня? Можешь срочно приехать ко мне? — быстро заговорил он потом в трубку. — Это касается Скрябиной… Она тоже здесь… Да, хорошо… Жду… Ваня, подожди! Прихвати с собой несколько пицц, а то я сегодня еще не ужинал, а разговор, похоже, будет долгим…

Загадочный Ваня явился буквально через четверть часа, и когда я его увидела, то вновь испытала страх: это был тот самый неразговорчивый тип, похожий на худую птицу, из спецотдела. Неужели, все-таки ловушка?

Но в настоящий момент гость выглядел вполне миролюбивым, особенно с тремя коробками пиццы в руках. На меня он уже смотрел не столь испытующе и даже попытался изобразить улыбку.

— Иван, — коротко представился мне приятель Власова, хоть мы и виделись раньше. С отцом же он поздоровался едва заметным кивком.

— Анна, Геннадий Сергеевич, присоединяйтесь, — сам Власов тем временем, стоя около барной стойки, уже начал раскрывать пиццу.

Ощутив ее аромат, я неожиданно поняла, что голодна. Вспомнила, что я с утра тоже почти ничего не ела, а чай, который заварила для нас с отцом, так и остался нетронутым… И подумала, что ничего страшного, если приму это угощение.

— Ну что там? — спросил Иван, когда мы все расселись вокруг барной стойки и принялись за поздний ужин.

— Смотри, — Власов снова попросил нас с отцом показать сигнумы.

Иван, увидев, что с ним творится, даже на некоторое время перестал жевать за секунду до этого откушенный кусок пиццы.

— Как видишь, — добавил Власов, — это не только с Берниковым происходит…

Иван наконец проглотил еду и многозначительно посмотрел на приятеля:

— Теперь ты тоже думаешь, что и я?..

— Да, — отозвался тот. — Но надо еще проверить…

— Тогда пошли к Темным…

— Э-э-э, простите, что прерываю ваш занимательный разговор, — вмешалась уже я, — но я тоже, вообще-то, тут присутствую… Не могли бы вы и меня ввести в курс дела? Как-никак я не последнее лицо в этой истории…

— Не волнуйтесь, Анна, скоро все узнаете… — ответил Власов, задумчиво глядя на свой кусок пиццы. — А пока… Давайте побыстрее доедим и кое-куда съездим… Кстати, Вань, куда лучше двинемся? Уже ночь почти на дворе…

— Так это даже лучше, — Иван взял салфетку и стал тщательно вытирать свои руки, будто собрался отполировать каждый свой палец. — Наших не встретим… И Темных скорей отыщем. Как насчет «Койота», московского?

— Ну, «Койот» так «Койот», — пожал плечами Власов. — «Корочка» у тебя, надеюсь, с собой?

— Обижаешь, — Ваня хлопнул себя по карману рубашки.

— Тогда в путь, — Власов первый встал из-за стола. — Идемте, Анна Геннадьевна… А вы, Геннадий Сергеевич, — остановил он моего отца, который тоже собрался отправиться следом за ним, — останьтесь здесь… Вам не стоит мелькать в общественных местах, да еще в компании Светлых… Будьте на связи, мы быстро…

— Анна, а ничего подобного не происходило в момент общения с другими Темными? — поинтересовался Власов, когда мы уже мчались по ночным улицам Москвы.

— Нет, — уверенно ответила я. — Правда, кроме отца, близко я общалась только с Алиной и со своей бабушкой… С бабушкой даже обнималась…

— Понятно. Значит, сейчас попробуем пообщаться еще с несколькими Темненькими… — пробормотал Власов, обращаясь, скорее, к себе, чем ко мне.

«Койотом» оказался бар, где любили расслабляться Темные и всякая нежить. Официантки, одетые в коротенькие клетчатые юбчонки и едва прикрывающие грудь топы, сновали между столиками с полными подносами, а подвыпившие клиенты мужского пола, не стесняясь, хлопали их по упругим попкам. Иван несколько минут водил глазами по посетителям, потом, по-видимому, найдя, кого хотел, двинулся вглубь зала. Мы же с Власовым остались ждать его у входа. Вскоре он вернулся с двумя молодыми мужчинами, оба еле держались на ногах.

— Давайте вашу руку, Аня, — потребовал Иван вначале у меня, а потом и у своих спутников: — И вы тоже, быстрее…

— Это какое-то беззаконие, — заплетающимся языком проговорил один из них, но все же оголил свое левое запястье с черным «браслетом». — Я буду жаловаться…

— Это проверка Объединенного Управления, ясно? — гаркнул на него Ваня. — Следственный эксперимент. Ты же не хочешь пойти под Суд за отказ?..

— Ясно-ясно, — пьяно перекривлял тот, а Власов тем временем насильно соединил наши запястья.

Подождав пару минут и увидев, что сигнумы остались спокойными, он удовлетворенно кивнул, а Ваня уже подготовил следующего «клиента». С тем ситуация повторилась.

— Давай еще нескольких, — сказал Власов. — Женщину найди какую… Для чистоты выборки…

В ближайшие полчаса к моему сигнуму прикоснулось еще с десяток Темных, с несколькими из них меня даже заставили приобняться для пущего эффекта, но результат всегда был неизменным — знаки на запястьях подопытных никак себя не проявляли.

— Думаю, достаточно, — произнес Иван, отправляя восвояси тщедушного юнца с лицом, украшенным пирсингом.

— Теперь вы можете сказать мне, для чего мы