Нойоны. Сумерки Эрафии - Александр Бауров

Когда он закончил, повисла пауза, а затем Вокиал, как и другие, пораженный загадочной хитростью Моандора, воскликнул:

— Голосуем! Сандро, ты не имеешь слова! Голосуем за его уход. Голосуем, начиная с меня.

Когда нойоны голосуют, они просто называют свои имена, и теперь под сводами огромного зала раздавались их голоса. Каждое слово звучало для Сандро, как строка приговора всем его планам.

— Вокиал, Тамикзалла, Кси, Тант, Галтран, Чарна, Каликург, Моандор, Нагаш, Исра.

Все было ясно, но Вокиал все же спросил: кто против?

— Пти, Нимбус, Видомина, Стракер.

— Десять голосов против четырех, ты отстранен, Сандро! Оставь Полиарх и Цепь! — властно приказал Вокиал.

— Подчинись совету, Сандро, так поступают воины. — После этих слов изображение Нагаша померкло и исчезло.

Сандро устало сошел с платформы. Все так и застыли на месте, подобным жестом кого-то вызывали на поединок. Все тело Моандора напряглось, он потрогал свой могильный клинок. Готовился в любой момент сорвать браслеты молчания. Сандро считался неодолимым соперником в поединках среди нойонов. Только Нагаш мог сравниться с ним, но они давно не испытывали силу друг друга.

Моандор пару раз за последние лет пятьдесят бился с верховным нойоном ради тренировки и оба раза проиграл.

Сандро шел прямо к нему. Вокиал хотел что-то крикнуть, но передумал. У Танта и Тамикзаллы появилась мысль, а не ошиблись ли они, сделав ставку на Моандора и Нагаша?! Ведь он же сейчас просто уничтожит соперника, прямо здесь, в зале Совета! Вокиал потянулся к своему мечу, все замерли.

Сандро остановился напротив главы разведки и смотрел ему прямо в глаза, затем взмахнул жезлом. Вокиал выхватил-таки меч, призвал лезвие. То же сделала и Видомина, но Сандро просто швырнул черный посох к ногам Моандора. Ни один седой волос не шелохнулся, не подернулся взор хозяина Колдсоула, он стоял, и он выстоял.

— Это ты все устроил! Но вам, — Сандро резко обернулся, обведя присутствующих презрительным взглядом, — вам, видимо, неясно, в какую авантюру вы все ввязываетесь и на что идете! Захотелось войны? Что ж, вы ее получите! Но потом, когда титаны Арагона будут стоять на соседних холмах, а оттуда, — его перст указал на свод купола над их головами, — будут сыпаться груды обломков, вы вспомните мое предсказание! И ты, Моандор, тоже вспомнишь! Если гибель нойонов произойдет, а, по-моему, она теперь неизбежна, это будет на твоей совести! Выбирайте себе нового правителя! — Сорвав с себя Цепь власти, чародей замахнулся и бросил ее в центр зала, так что, проскользив по отполированным плитам, огненный камень вплотную подкатился к центральному энергетическому кристаллу. — Можете выбрать Вокиала или даже его! — Сандро указал на Моандора. — Но когда вам придется туго, когда случится то, о чем я предупредил, не зовите меня! Не зовите — я не приду! Со своими учениками я ухожу в земли востока! Подальше от готовящегося здесь безумства. Обещаю не предавать вас в руки арагонцев, ни в чем им не потворствовать. Не ищите меня, это будет чревато взаимной усобицей. Если же вы вдруг окажетесь правы и покорите весь мир, а я буду лишь занозой в вашем сердце… Тогда найти меня и свести счеты будет уже несложно. Не устраивайте братоубийств и будьте едины, это ваш единственный шанс. Прощайте!

Развернувшись, он направился к выходу. Видомина, Пти и Нимбус торжественно простились с уходящим. Остальные молча проводили его взглядами. Затем все обернулись к Моандору. Пока нойоны провожали Сандро, глава разведки успел подобрать брошенный посох власти.

— В связи с чрезвычайными обстоятельствами объявляю перерыв на три часа, для консультаций. Все, кроме Вокиала, могут идти!

Нойон стукнул посохом, и яркая синяя молния, извиваясь, исчезла в центральном энергокристалле. Бессмертные расходились. Вскоре под невыносимо высоким сводом остались лишь Вокиал и Моандор. Не говоря ни слова, глава разведки сошел со своей платформы и подошел к брошенной Сандро золотой цепи. Пульсируя, как вырванное сердце, перед ними лежал «камень силы» — Полиарх, сильнейший артефакт из всех, что когда-либо были в руках нойонов. Его мощь была сравнима с целым магическим концентратором. Глава разведки поддел цепь носком сапога и ловко перехватил ее. Покрутив в руках соблазнительный трофей, Моандор накинул цепь на центральный кристалл так же, как ювелиры надевают на подставку блестящее украшение.

— Вот видишь, Вокиал, я оказался прав! — резюмировал он.

— Это… прекрасно, — с глумливым подобострастием ответил хозяин Агону.

Западная Эрафия,

окрестности Александрета,

то же время

Почти на всех идущих к востоку дорогах в тот день было настоящее столпотворение. Еще не ушли арьергарды королевского отряда, ополовинившие гарнизон и стражу города, как следом за ними путь запрудили беженцы из западных кварталов. К ним присоединились гости с ярмарки, которых разогнали на два дня раньше срока. Навстречу горожанам двигались ремесленники и мастеровые. Различный рабочий люд, срочно сзываемый в Александрет лорд-мэром на строительные работы за большие, по местным меркам, деньги обещанной королевской помощи.

Если три основные дороги еще были хоть как-то проходимы, то там, где они пересекались, в районе маленькой безвестной деревушки, уже несколько часов сформировался затор. По удивительному стечению обстоятельств, многие герои этой истории оказались там одновременно, совершенно не подозревая о существовании друг друга.

Эскорт герцога Рууда застрял на столичном тракте. Сперва вице-канцлер был рад тому, что не поехал с королем, и лишь теперь понял, какой это было ошибкой. Массивный бронированный возок, в котором разместились герцог и Фош, восемь конных рыцарей сопровождения — вся эта пышная процессия остановилась здесь еще два часа назад.

Все из-за того, что два купеческих обоза не смогли разъехаться, и теперь вся дорога на несколько стадиев вперед была запружена. Брошенные повозки стояли боком и даже поперек дороги, виднелись какие-то мешки и пожитки. Люди съезжали в овраг, чтобы кого-то объехать, телеги переворачивались, скрипели… Кругом слышались конский храп и разъяренная ругань извозчиков и крестьян.

Рууд выглянул наружу и понял, что их дела плохи. Он открыл дверь, и его сапоги тут же погрузились в топкую дорожную грязь.

— Венк! — злобно крикнул вице-канцлер.

Передовой рыцарь развернулся и подъехал ближе.

— Чего изволите, хозяин? — С некоторых пор Венк стал перенимать раболепские привычки Фоша.

— Слушай, Венк, мы можем застрять здесь до завтрашнего утра, а мне надо обязательно догнать короля до того, как они начнут штурмовать Харлхорст. Если будем стоять так дальше, то успеем только на пепелище! А враги постараются оклеветать меня и вас!

— Вокруг много проселочных дорог, но нужно найти проводника, а то тут можно и заплутать, уйти далеко на север или на юг. Вон, видите, куда поскакали те всадники, — указал он герцогу, — там один из проселков.